Прист — 35 цитат с глубоким смыслом

Подборка из 35 цитат Приста: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Любовь моя, войди в мою дверь. Тебе ли не знать, как в разлуке мне грустно.

   Любовь моя, войди в мою дверь. Тебе ли не знать, как в разлуке мне грустно.

   — Топить в вине бушующее пламя печали · книга
2. «

   Мир смертных подобен огненной тюрьме, и те, кто глубоко влюблен, не ведают прощения.

   Мир смертных подобен огненной тюрьме, и те, кто глубоко влюблен, не ведают прощения.

   — Топить в вине бушующее пламя печали · книга
3. «

   По легенде, когда-то давно в мире существовало большое дерево под названием Чунь, весна и осень для которого наступали каждые восемьсот лет. Люди часто говорили «живи долго, как Чунь», чтобы пожелать долголетия своим родителям. Однако люди, в конце концов, не были ни травой, ни деревьями.

   По легенде, когда-то давно в мире существовало большое дерево под названием Чунь, весна и осень для которого наступали каждые восемьсот лет. Люди часто говорили «живи долго, как Чунь», чтобы пожелать долголетия своим родителям. Однако люди, в конце концов, не были ни травой, ни деревьями.

   — Лю Яо: Возрождение клана Фуяо · книга
4. «

   Лазурное небо спокойно, ни облачка нет на нем.

   Лазурное небо спокойно, ни облачка нет на нем.

   — Топить в вине бушующее пламя печали · книга
5. «

   Ручьи сливаются в один поток, тьму рассеивает свет небес. Но тучи закрывают солнце, а правду затеняет ложь.

   Ручьи сливаются в один поток, тьму рассеивает свет небес. Но тучи закрывают солнце, а правду затеняет ложь.

   — Хэлань И · книга
6. «

   Смеяться, когда весело, плакать, когда грустно, или хулиганить просто потому, что напало вдохновение — Вэнь Кэсин всегда решал сам, чего ему больше хочется. Приличия и уместность не имели значения.

   Смеяться, когда весело, плакать, когда грустно, или хулиганить просто потому, что напало вдохновение — Вэнь Кэсин всегда решал сам, чего ему больше хочется. Приличия и уместность не имели значения.

   — Вэнь Кэсин · книга
7. «

   Всю жизнь я судил о красоте людей по их лопаткам и ни разу не ошибся. Поэтому А-Сюй, сними маску, позволь мне целовать и обнимать тебя до тех пор, пока я не утолю свой голод. Красивые люди встречаются редко, но их не так уж и мало. В стремлении познать всех красавцев этого мира я ни за кого никогда не держался. Если ты покажешь своё истинное лицо и проведëшь со мной ночь, кто знает… Возможно, буря моей страсти разожжëт пламя твоего желания, а наутро я просто обо всем забуду. Ну а пока то, как ты ведëшь себя… заставляет меня желать провести с тобой всю оставшуюся жизнь.

   Всю жизнь я судил о красоте людей по их лопаткам и ни разу не ошибся. Поэтому А-Сюй, сними маску, позволь мне целовать и обнимать тебя до тех пор, пока я не утолю свой голод. Красивые люди встречаются редко, но их не так уж и мало. В стремлении познать всех красавцев этого мира я ни за кого никогда не держался. Если ты покажешь своё истинное лицо и проведëшь со мной ночь, кто знает… Возможно, буря моей страсти разожжëт пламя твоего желания, а наутро я просто обо всем забуду. Ну а пока то, как ты ведëшь себя… заставляет меня желать провести с тобой всю оставшуюся жизнь.

   — Вэнь Кэсин · книга
8. «

   Для великих умов одиночество предписано судьбой. Кто я такой, чтобы вмешиваться в предначертанное?

   Для великих умов одиночество предписано судьбой. Кто я такой, чтобы вмешиваться в предначертанное?

   — Чжоу Цзышу · книга
9. «

   — Папочка Сяо, если я пожертвую собой ради этой работы, Управление ведь возместит все необходимые расходы на похороны? Но перед этим не соизволите ли вы отдать мне мою кредитную карту?

   — Папочка Сяо, если я пожертвую собой ради этой работы, Управление ведь возместит все необходимые расходы на похороны? Но перед этим не соизволите ли вы отдать мне мою кредитную карту?

   — Сюань Цзи · книга
10. «

    Возможно, самым сложным для понимания в мире было не намерение врага, а искреннее намерение возлюбленного, которое иногда все же могло заставить человека чувствовать себя неуверенно.

    Возможно, самым сложным для понимания в мире было не намерение врага, а искреннее намерение возлюбленного, которое иногда все же могло заставить человека чувствовать себя неуверенно.

    — Убить волка · книга
11. «

    Мертвые — значит мертвые. Мы умираем, подобно погасшим лампам. Призраков и богов придумали люди, в надежде обмануть самих себя.

    Мертвые — значит мертвые. Мы умираем, подобно погасшим лампам. Призраков и богов придумали люди, в надежде обмануть самих себя.

    — Шэн Линъюань · книга
12. «

    Убийство с последующим поджогом, должно быть, самый дьявольский способ вершить добрые дела.

    Убийство с последующим поджогом, должно быть, самый дьявольский способ вершить добрые дела.

    — Вэнь Кэсин · книга
13. «

    Некоторые люди легко менялись, становясь совершенно другими всего за несколько лет. В то время как другие напоминали тихие воды, проходящие через сто восемьдесят тысяч миль, но при этом их сердца оставались неизменными.

    Некоторые люди легко менялись, становясь совершенно другими всего за несколько лет. В то время как другие напоминали тихие воды, проходящие через сто восемьдесят тысяч миль, но при этом их сердца оставались неизменными.

    — Убить волка · книга
14. «

    Если вы не можете себе чего-то позволить, значит, вы не можете это заполучить. Вам остается только восхищаться. В этом мире так много красивых людей, что дух захватывает. Нет необходимости вести себя словно влюбленный подросток и устраивать переполох.

    Если вы не можете себе чего-то позволить, значит, вы не можете это заполучить. Вам остается только восхищаться. В этом мире так много красивых людей, что дух захватывает. Нет необходимости вести себя словно влюбленный подросток и устраивать переполох.

    — Сюань Цзи · книга
15. «

    Отрешись от мирской суеты, все сущее подобно ветру в твоих ушах. Жизнь ничего не дает, а смерть ничего не отнимает.

    Отрешись от мирской суеты, все сущее подобно ветру в твоих ушах. Жизнь ничего не дает, а смерть ничего не отнимает.

    — Шэн Линъюань · книга
16. «

    Ах, какая приятная случайность, Чжоу-сюн! Судьба снова свела нас. Сколько раз мы ненароком сталкивались под светом луны? Наши сердца и души связаны — не иначе.

    Ах, какая приятная случайность, Чжоу-сюн! Судьба снова свела нас. Сколько раз мы ненароком сталкивались под светом луны? Наши сердца и души связаны — не иначе.

    — Вэнь Кэсин · книга
17. «

    Вот он и вился назойливым комаром рядом с бродягой — ведь в шторм любая гавань хороша. Как говорят, после трёх лет в армии даже свинья покажется красоткой. Обстоятельства Вэнь Кэсина мало отличались — у него попросту не было выбора. Хотя в данном конкретном случае объектом его интереса стал, страшно сказать, кабан.

    Вот он и вился назойливым комаром рядом с бродягой — ведь в шторм любая гавань хороша. Как говорят, после трёх лет в армии даже свинья покажется красоткой. Обстоятельства Вэнь Кэсина мало отличались — у него попросту не было выбора. Хотя в данном конкретном случае объектом его интереса стал, страшно сказать, кабан.

    — Вэнь Кэсин · книга
18. «

    — Если кто-то умирает за правду, винить следует не правду, а того, кто желал ее скрыть.

    — Если кто-то умирает за правду, винить следует не правду, а того, кто желал ее скрыть.

    — Сяо Чжэн · книга
19. «

    — Говорят, что русалки — это просто большие рыбы. Они не ведают, что значит «продать». Но даже эти глупые создания попадались в ловушку любви.

    — Говорят, что русалки — это просто большие рыбы. Они не ведают, что значит «продать». Но даже эти глупые создания попадались в ловушку любви.

    — Кукла-горничная · книга
20. «

    Глядя на обычных людей, совершенствующиеся считали, что те слишком невежественны и никогда не обретут свободу. Глядя на совершенствующихся, обычные люди, вероятно, никак не могли понять, в чем смысл становиться бессмертными, всю жизнь посвящая кропотливым практикам. Для них все это не имело никакого смысла. На самом деле, все имеет смысл, ведь это личный выбор каждого.

    Глядя на обычных людей, совершенствующиеся считали, что те слишком невежественны и никогда не обретут свободу. Глядя на совершенствующихся, обычные люди, вероятно, никак не могли понять, в чем смысл становиться бессмертными, всю жизнь посвящая кропотливым практикам. Для них все это не имело никакого смысла. На самом деле, все имеет смысл, ведь это личный выбор каждого.

    — Шэн Линъюань · книга