41 сильных цитата Приста

Подборка из 41 цитата Приста: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   У героев нет хорошего конца.

   У героев нет хорошего конца.

   — Гу Юнь · книга
2. «

   Некоторые люди легко менялись, становясь совершенно другими всего за несколько лет. В то время как другие напоминали тихие воды, проходящие через сто восемьдесят тысяч миль, но при этом их сердца оставались неизменными.

   Некоторые люди легко менялись, становясь совершенно другими всего за несколько лет. В то время как другие напоминали тихие воды, проходящие через сто восемьдесят тысяч миль, но при этом их сердца оставались неизменными.

   — Убить волка · книга
3. «

   Мир смертных подобен огненной тюрьме, и те, кто глубоко влюблен, не ведают прощения.

   Мир смертных подобен огненной тюрьме, и те, кто глубоко влюблен, не ведают прощения.

   — Топить в вине бушующее пламя печали · книга
4. «

   Помни, на поле боя кто не хочет умирать, умрет первым... ...даже если твой враг — кучка ничтожеств.

   Помни, на поле боя кто не хочет умирать, умрет первым... ...даже если твой враг — кучка ничтожеств.

   — Гу Юнь · книга
5. «

   Некоторые люди проживают жизнь весьма заурядно, начиная ждать ужин сразу по окончании обеда. Попроси таких задуматься о чём-то поглубже, выйти за привычные рамки, и у них разболится голова. Другие же всесторонне рассматривают события, тщательно их обдумывают, прокручивают в голове снова и снова, иногда даже неосознанно.

   Некоторые люди проживают жизнь весьма заурядно, начиная ждать ужин сразу по окончании обеда. Попроси таких задуматься о чём-то поглубже, выйти за привычные рамки, и у них разболится голова. Другие же всесторонне рассматривают события, тщательно их обдумывают, прокручивают в голове снова и снова, иногда даже неосознанно.

   — Далёкие странники · книга
6. «

   В этом мире не все люди хорошие. Но большинство хочет быть таковыми. Даже плохие люди изо всех сил притворяются хорошими. Что касается вопроса, почему люди так поступают… Я думаю, из-за правила «если ты добр к другим, другие добры к тебе». Не существует иного способа завести друзей, создать семью или найти единомышленников, которые захотят быть рядом. Без всего этого ты не познаешь ни истинную любовь, ни искреннюю привязанность и рискуешь остаться в полном одиночестве, остерегаясь всех и каждого. Разве найдётся участь печальнее? Видишь ли, быть плохим человеком может оказаться слишком больно.

   В этом мире не все люди хорошие. Но большинство хочет быть таковыми. Даже плохие люди изо всех сил притворяются хорошими. Что касается вопроса, почему люди так поступают… Я думаю, из-за правила «если ты добр к другим, другие добры к тебе». Не существует иного способа завести друзей, создать семью или найти единомышленников, которые захотят быть рядом. Без всего этого ты не познаешь ни истинную любовь, ни искреннюю привязанность и рискуешь остаться в полном одиночестве, остерегаясь всех и каждого. Разве найдётся участь печальнее? Видишь ли, быть плохим человеком может оказаться слишком больно.

   — Чжоу Цзышу · книга
7. «

   Если бы все в этом мире делилось только на черное и белое, было бы намного проще соблюдать границы. Отношения с родственниками и друзьями были бы чистыми и искренними, все было бы идеально, можно было бы просто любить и больше ни о чем думать. И только враги были бы абсолютным злом. Их головы были бы покрыты язвами, и на пятках расцветали нарывы. В них не было бы ни капли хорошего. Их образы полностью соответствовали бы стандартному описанию злодея. Их с чистой совестью можно было бы ненавидеть.

   Если бы все в этом мире делилось только на черное и белое, было бы намного проще соблюдать границы. Отношения с родственниками и друзьями были бы чистыми и искренними, все было бы идеально, можно было бы просто любить и больше ни о чем думать. И только враги были бы абсолютным злом. Их головы были бы покрыты язвами, и на пятках расцветали нарывы. В них не было бы ни капли хорошего. Их образы полностью соответствовали бы стандартному описанию злодея. Их с чистой совестью можно было бы ненавидеть.

   — Топить в вине бушующее пламя печали · книга
8. «

   Лазурное небо спокойно, ни облачка нет на нем.

   Лазурное небо спокойно, ни облачка нет на нем.

   — Топить в вине бушующее пламя печали · книга
9. «

   Можно сломать себе шею в борьбе за чужие тайны. Можно прикрываться чужими цитатами и поклоняться им как великой мудрости. Но только если верить, что у тех, кто все это придумал, было по две головы. Или при нехватке своей головы на плечах.

   Можно сломать себе шею в борьбе за чужие тайны. Можно прикрываться чужими цитатами и поклоняться им как великой мудрости. Но только если верить, что у тех, кто все это придумал, было по две головы. Или при нехватке своей головы на плечах.

   — Е Байи · книга
10. «

    Я хочу, чтобы однажды страна процветала, у людей была работа, весь мир был стабильным, а моему генералу не пришлось бы защищать пограничные ворота ценой своей жизни. Я хочу быть похожим на мастера Фэн Ханя, борющегося за развязывание узла между императорской властью и Цзылюцзинем. Я надеюсь, что все машины, работающие на земле, будут работать на полях, что летящие в небе Воздушные Змеи будут заполнены обычными путешественниками, которые везут свои семьи домой, чтобы навестить родственников... Каждый сможет жить достойно.

    Я хочу, чтобы однажды страна процветала, у людей была работа, весь мир был стабильным, а моему генералу не пришлось бы защищать пограничные ворота ценой своей жизни. Я хочу быть похожим на мастера Фэн Ханя, борющегося за развязывание узла между императорской властью и Цзылюцзинем. Я надеюсь, что все машины, работающие на земле, будут работать на полях, что летящие в небе Воздушные Змеи будут заполнены обычными путешественниками, которые везут свои семьи домой, чтобы навестить родственников... Каждый сможет жить достойно.

    — Чан Гэн · книга
11. «

    Для великих умов одиночество предписано судьбой. Кто я такой, чтобы вмешиваться в предначертанное?

    Для великих умов одиночество предписано судьбой. Кто я такой, чтобы вмешиваться в предначертанное?

    — Чжоу Цзышу · книга
12. «

    Вот он и вился назойливым комаром рядом с бродягой — ведь в шторм любая гавань хороша. Как говорят, после трёх лет в армии даже свинья покажется красоткой. Обстоятельства Вэнь Кэсина мало отличались — у него попросту не было выбора. Хотя в данном конкретном случае объектом его интереса стал, страшно сказать, кабан.

    Вот он и вился назойливым комаром рядом с бродягой — ведь в шторм любая гавань хороша. Как говорят, после трёх лет в армии даже свинья покажется красоткой. Обстоятельства Вэнь Кэсина мало отличались — у него попросту не было выбора. Хотя в данном конкретном случае объектом его интереса стал, страшно сказать, кабан.

    — Вэнь Кэсин · книга
13. «

    Чжоу Цзышу вдруг показалось ужасно забавным, что прохожие на улице спешили куда-то, словно в погоне за смертью, тогда как он — человек, находящийся одной ногой в могиле — наконец-то перестал торопиться.

    Чжоу Цзышу вдруг показалось ужасно забавным, что прохожие на улице спешили куда-то, словно в погоне за смертью, тогда как он — человек, находящийся одной ногой в могиле — наконец-то перестал торопиться.

    — Чжоу Цзышу · книга
14. «

    Разве не естественно для человека желать, чтобы в конце дня, когда он, наконец, придет домой, измученный жизненными невзгодами, кто-нибудь открыл бы ему дверь и спросил: «Где ты пропадал на этот раз?»

    Разве не естественно для человека желать, чтобы в конце дня, когда он, наконец, придет домой, измученный жизненными невзгодами, кто-нибудь открыл бы ему дверь и спросил: «Где ты пропадал на этот раз?»

    — Лю Яо: Возрождение клана Фуяо · книга
15. «

    — Если кто-то умирает за правду, винить следует не правду, а того, кто желал ее скрыть.

    — Если кто-то умирает за правду, винить следует не правду, а того, кто желал ее скрыть.

    — Сяо Чжэн · книга
16. «

    Подобно засохшей иве, я рухну под такой тяжестью, так как неизлечимо болен и долго не проживу. Вэнь-сюну придётся облюбовать другое дерево, чтобы повеситься. К счастью, на земле полно лесов.

    Подобно засохшей иве, я рухну под такой тяжестью, так как неизлечимо болен и долго не проживу. Вэнь-сюну придётся облюбовать другое дерево, чтобы повеситься. К счастью, на земле полно лесов.

    — Чжоу Цзышу · книга
17. «

    Мертвые — значит мертвые. Мы умираем, подобно погасшим лампам. Призраков и богов придумали люди, в надежде обмануть самих себя.

    Мертвые — значит мертвые. Мы умираем, подобно погасшим лампам. Призраков и богов придумали люди, в надежде обмануть самих себя.

    — Шэн Линъюань · книга
18. «

    Если бы в мире никто не страдал, то никто бы не верил в богов и Будду.

    Если бы в мире никто не страдал, то никто бы не верил в богов и Будду.

    — Убить волка · книга
19. «

    Холодные слёзы льют осень над умирающим маковым деревом. Сквозь покрывало тонкое для ночной прохлады ускользает время. Я хочу с тобой пройти жизнь и смерть. Досадно, что встретились мы так поздно, слишком поздно.

    Холодные слёзы льют осень над умирающим маковым деревом. Сквозь покрывало тонкое для ночной прохлады ускользает время. Я хочу с тобой пройти жизнь и смерть. Досадно, что встретились мы так поздно, слишком поздно.

    — Далёкие странники · книга
20. «

    Те, кто идет по пути самосовершенствования, преодолевают тысячи испытаний и сотни невзгод. Лишь те, кто пережил сотни ударов молнии, могут на что-то рассчитывать. С самого начала семейные отношения ничего не значат для них. В то время как дружба, возникшая на этом нелегком пути — действительно долговечна.

    Те, кто идет по пути самосовершенствования, преодолевают тысячи испытаний и сотни невзгод. Лишь те, кто пережил сотни ударов молнии, могут на что-то рассчитывать. С самого начала семейные отношения ничего не значат для них. В то время как дружба, возникшая на этом нелегком пути — действительно долговечна.

    — Вэнь Я · книга