354 цитаты Рэя Брэдбери: от иронии до философии

Ниже 354 цитаты Рэя Брэдбери — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Полковник спустил с кровати хрупкие, желтые, как слоновая кость, ноги и изумился — они совсем тонкие! Казалось, эти сухие палки прикрепили к его телу однажды ночью, пока он спал, а другие ноги, помоложе, сняли и сожгли в печи. За долгие годы все его тело разрушили, отняли руки и ноги и оставили взамен нечто жалкое и беспомощное, как шахматные фигурки. А теперь хотят добраться до самого неуловимого — до его памяти: пытаются обрезать провода, которые ведут назад, в прошлое.

   Полковник спустил с кровати хрупкие, желтые, как слоновая кость, ноги и изумился — они совсем тонкие! Казалось, эти сухие палки прикрепили к его телу однажды ночью, пока он спал, а другие ноги, помоложе, сняли и сожгли в печи. За долгие годы все его тело разрушили, отняли руки и ноги и оставили взамен нечто жалкое и беспомощное, как шахматные фигурки. А теперь хотят добраться до самого неуловимого — до его памяти: пытаются обрезать провода, которые ведут назад, в прошлое.

   — Вино из одуванчиков · книга
2. «

   Расплавьте все ружья, переломайте ножи, сожгите гильотины, но и тогда злобные душонки будут писать письма, способные убивать.

   Расплавьте все ружья, переломайте ножи, сожгите гильотины, но и тогда злобные душонки будут писать письма, способные убивать.

   — Смерть - дело одинокое · книга
3. «

   — Том, — сказал Дуглас. — Обещай мне одну вещь, ладно? — Обещаю? А что это? — Конечно, ты мой брат, и, может, я другой раз на тебя злюсь, но ты меня не оставляй, будь где-нибудь рядом, ладно? — Это как? Значит, мне можно ходить с тобой и с большими ребятами гулять? — Ну... ясно... и это тоже. Я что хочу сказать: ты не уходи, не исчезай, понял? Гляди, чтоб никакая машина тебя не переехала, и с какой-нибудь скалы не свались. — Вот еще! Дурак я, что ли? — Тогда, на самый худой конец, если уж дело будет совсем плохо и оба мы совсем состаримся — ну, если когда-нибудь нам будет лет сорок или даже сорок пять, — мы можем владеть золотыми приисками где-нибудь на Западе. Будем сидеть там, покуривать маисовый табак и отращивать бороды. — Бороды! Ух ты! — Вот я и говорю, болтайся где нибудь рядом и чтоб с тобой ничего не стряслось. — Уж будь спокоен, — ответил Том.

   — Том, — сказал Дуглас. — Обещай мне одну вещь, ладно? — Обещаю? А что это? — Конечно, ты мой брат, и, может, я другой раз на тебя злюсь, но ты меня не оставляй, будь где-нибудь рядом, ладно? — Это как? Значит, мне можно ходить с тобой и с большими ребятами гулять? — Ну... ясно... и это тоже. Я что хочу сказать: ты не уходи, не исчезай, понял? Гляди, чтоб никакая машина тебя не переехала, и с какой-нибудь скалы не свались. — Вот еще! Дурак я, что ли? — Тогда, на самый худой конец, если уж дело будет совсем плохо и оба мы совсем состаримся — ну, если когда-нибудь нам будет лет сорок или даже сорок пять, — мы можем владеть золотыми приисками где-нибудь на Западе. Будем сидеть там, покуривать маисовый табак и отращивать бороды. — Бороды! Ух ты! — Вот я и говорю, болтайся где нибудь рядом и чтоб с тобой ничего не стряслось. — Уж будь спокоен, — ответил Том.

   — Вино из одуванчиков · книга
4. «

   Возможно, любовь — это если кто-то, кто все видит и все помнит, помогает нам вновь обрести себя, но ставши чуточку лучше, чем был, чем смел мечтать...

   Возможно, любовь — это если кто-то, кто все видит и все помнит, помогает нам вновь обрести себя, но ставши чуточку лучше, чем был, чем смел мечтать...

   — Бабушка · книга
5. «

   ... Почему бы людям не влюбляться снова и снова в одного человека, чтобы продлить свое счастье?

   ... Почему бы людям не влюбляться снова и снова в одного человека, чтобы продлить свое счастье?

   — Полуночный танец дракона · книга
6. «

   Что такое Вселенная? Это большой театр. А театру нужна публика. Мы — публика. Жизнь на Земле создана затем, чтобы свидетельствовать и наслаждаться спектаклем. Вот зачем мы здесь. А если вам не нравится пьеса — выметайтесь к черту!

   Что такое Вселенная? Это большой театр. А театру нужна публика. Мы — публика. Жизнь на Земле создана затем, чтобы свидетельствовать и наслаждаться спектаклем. Вот зачем мы здесь. А если вам не нравится пьеса — выметайтесь к черту!
7. «

   Пусть луч мира пройдет через вас как через призму. Пламенем на бумажный лист будущей книги.

   Пусть луч мира пройдет через вас как через призму. Пламенем на бумажный лист будущей книги.
8. «

   Под Дугласом шептались травы. Он опустил руку и ощутил их пушистые ножны. И где-то далеко, в теннисных туфлях, шевельнул пальцами. В ушах, как в раковинах, вздыхал ветер. Многоцветный мир переливался в зрачках, точно пестрые картинки в хрустальном шаре. Лесистые холмы были усеяны цветами, будто осколками солнца и огненными клочками неба. По огромному опрокинутому озеру небосвода мелькали птицы, точно камушки, брошенные ловкой рукой.

   Под Дугласом шептались травы. Он опустил руку и ощутил их пушистые ножны. И где-то далеко, в теннисных туфлях, шевельнул пальцами. В ушах, как в раковинах, вздыхал ветер. Многоцветный мир переливался в зрачках, точно пестрые картинки в хрустальном шаре. Лесистые холмы были усеяны цветами, будто осколками солнца и огненными клочками неба. По огромному опрокинутому озеру небосвода мелькали птицы, точно камушки, брошенные ловкой рукой.

   — Вино из одуванчиков · книга
9. «

   Будущее стремительно мчится на тебя. И пока оно не умчалось прочь, у тебя есть одно-единственное мгновение, чтобы превратить его в милое, узнаваемое и достойное прошлое. Мгновение за мгновением будущее мерцает в твоей руке. Если ты не сумеешь поймать, не схватив руками, не разрушив, придать форму этой веренице мгновений, у тебя не останется ничего за спиной. Твоя цель, её цель, цель всех нас — вылепить самих себя и оставить свой отпечаток на этих разрозненных кусочках будущего, которые, соприкоснувшись, перерастут в быстро исчезающие кусочки прошлого.

   Будущее стремительно мчится на тебя. И пока оно не умчалось прочь, у тебя есть одно-единственное мгновение, чтобы превратить его в милое, узнаваемое и достойное прошлое. Мгновение за мгновением будущее мерцает в твоей руке. Если ты не сумеешь поймать, не схватив руками, не разрушив, придать форму этой веренице мгновений, у тебя не останется ничего за спиной. Твоя цель, её цель, цель всех нас — вылепить самих себя и оставить свой отпечаток на этих разрозненных кусочках будущего, которые, соприкоснувшись, перерастут в быстро исчезающие кусочки прошлого.

   — Кладбище для безумцев · книга
10. «

    Хуже нет, если человек застрял в детстве.

    Хуже нет, если человек застрял в детстве.

    — Блик · книга
11. «

    Как бы ты ни старалась оставаться прежней, ты все равно будешь только такой, какая ты сейчас, сегодня. Время гипнотизирует людей. В девять лет человеку кажется, что ему всегда было девять и всегда так и будет девять. В тридцать он уверен, что всю жизнь оставался на этой прекрасной грани зрелости. А когда ему минет семьдесят, ему всегда и навсегда семьдесят. Человек живет в настоящем, будь то молодое настоящее или старое настоящее; но иного он никогда не увидит и не узнает.

    Как бы ты ни старалась оставаться прежней, ты все равно будешь только такой, какая ты сейчас, сегодня. Время гипнотизирует людей. В девять лет человеку кажется, что ему всегда было девять и всегда так и будет девять. В тридцать он уверен, что всю жизнь оставался на этой прекрасной грани зрелости. А когда ему минет семьдесят, ему всегда и навсегда семьдесят. Человек живет в настоящем, будь то молодое настоящее или старое настоящее; но иного он никогда не увидит и не узнает.

    — мистер Бентли · книга
12. «

    Ваше безумие совершенно до изумления!

    Ваше безумие совершенно до изумления!

    — Мистер Ыыы · книга
13. «

    У нас одна обязанность — быть счастливыми.

    У нас одна обязанность — быть счастливыми.

    — Механизмы радости · книга
14. «

    Вот идёт любопытнейший экземпляр, на всех языках мира именуемый дураком.

    Вот идёт любопытнейший экземпляр, на всех языках мира именуемый дураком.

    — 451 градус по Фаренгейту · книга
15. «

    Книги – только одно из вместилищ, где мы храним то, что боимся забыть. В них нет никакой тайны, никакого волшебства. Волшебство лишь в том, что они говорят, в том, как они сшивают лоскутки вселенной в единое целое.

    Книги – только одно из вместилищ, где мы храним то, что боимся забыть. В них нет никакой тайны, никакого волшебства. Волшебство лишь в том, что они говорят, в том, как они сшивают лоскутки вселенной в единое целое.

    — Фабер · книга
16. «

    Хорошо при случае послушать тишину, — говорил он, — потому что тогда удается услышать, как носится в воздухе пыльца полевых цветов, а воздух так и гудит пчелами...

    Хорошо при случае послушать тишину, — говорил он, — потому что тогда удается услышать, как носится в воздухе пыльца полевых цветов, а воздух так и гудит пчелами...

    — Вино из одуванчиков · книга
17. «

    — Но я люблю ее, — возразил он. — А я люблю вас, — ответила она. — Вам не кажется, что и в ней есть маленькая искорка любви ко мне? — поинтересовался он, высовываясь на свет веранды. — А вам не кажется, что и в вас могла бы быть маленькая искорка любви ко мне? — спросила она. — Возможно, я смогу что-то с этим поделать. — Никто из нас ничего не может с этим поделать. Все любят не тех, кого надо, все ненавидят не тех, кого надо.

    — Но я люблю ее, — возразил он. — А я люблю вас, — ответила она. — Вам не кажется, что и в ней есть маленькая искорка любви ко мне? — поинтересовался он, высовываясь на свет веранды. — А вам не кажется, что и в вас могла бы быть маленькая искорка любви ко мне? — спросила она. — Возможно, я смогу что-то с этим поделать. — Никто из нас ничего не может с этим поделать. Все любят не тех, кого надо, все ненавидят не тех, кого надо.

    — Треугольник · книга
18. «

    Возьми меня за руку и проведи через эту ночь. Чтобы я не чувствовал, что я один.

    Возьми меня за руку и проведи через эту ночь. Чтобы я не чувствовал, что я один.
19. «

    Его единственные друзья жили под обложками книг.

    Его единственные друзья жили под обложками книг.

    — Мы - плотники незримого собора · книга
20. «

    — Ну, прошлое ведь не может вам ничего сделать. — Не может, конечно, но все время пытается...

    — Ну, прошлое ведь не может вам ничего сделать. — Не может, конечно, но все время пытается...

    — Полуночный танец дракона · книга