74 афоризмов Роберта Гэлбрейта

Роберт Гэлбрейт — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 74 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Гашиш, даже употребляемый по духовным соображениям, делает потребителя тупым параноиком.

   Гашиш, даже употребляемый по духовным соображениям, делает потребителя тупым параноиком.

   — Корморан Страйк · книга
2. «

   Мертвые могут говорить лишь устами живых. А также оставленными по себе знаками.

   Мертвые могут говорить лишь устами живых. А также оставленными по себе знаками.

   — Зов кукушки · книга
3. «

   — Кто это нарисовал? — полюбопытствовала она, когда Страйк вернулся в свежей рубашке. — Мой племянник Джек. Он ко мне хорошо относится, по непонятной причине.

   — Кто это нарисовал? — полюбопытствовала она, когда Страйк вернулся в свежей рубашке. — Мой племянник Джек. Он ко мне хорошо относится, по непонятной причине.

   — Робин · книга
4. «

   Писатели — особая порода. У человека либо талант, либо нормальный характер.

   Писатели — особая порода. У человека либо талант, либо нормальный характер.

   — Шелкопряд · книга
5. «

   Умереть — это всё равно, что уйти с вечеринки, а потому не стоит горевать, если свалить придется пораньше.

   Умереть — это всё равно, что уйти с вечеринки, а потому не стоит горевать, если свалить придется пораньше.

   — Даффилд · книга
6. «

   Джейго Росс: во всех отношениях — антипод Страйка. Владелец доверительного фонда; прекрасный арийский принц, рожденный, чтобы занять уготованное судьбой и семьей место под солнцем; вобравший в себя уверенность двенадцати поколений родовой аристократии.

   Джейго Росс: во всех отношениях — антипод Страйка. Владелец доверительного фонда; прекрасный арийский принц, рожденный, чтобы занять уготованное судьбой и семьей место под солнцем; вобравший в себя уверенность двенадцати поколений родовой аристократии.

   — Зов кукушки · книга
7. «

   Мы любим не конкретного человека, мы любим свое представление об этом человеке. Очень мало кто это понимает и способен принять. Людьми движет слепая вера в свои созидательные способности. По большому счету любовь – это всегда любовь к себе.

   Мы любим не конкретного человека, мы любим свое представление об этом человеке. Очень мало кто это понимает и способен принять. Людьми движет слепая вера в свои созидательные способности. По большому счету любовь – это всегда любовь к себе.

   — Шелкопряд · книга
8. «

   Настолько я успел сродниться с горем, Что стал чуждым надежде.

   Настолько я успел сродниться с горем, Что стал чуждым надежде.

   — Шелкопряд · книга
9. «

   Налево поверните, там тропинка, Она ведёт от совести нечистой В лес, полный недоверия и страхов.

   Налево поверните, там тропинка, Она ведёт от совести нечистой В лес, полный недоверия и страхов.

   — Шелкопряд · книга
10. «

    Великими умами движет месть.

    Великими умами движет месть.

    — Шелкопряд · книга
11. «

    При всякой превратности фортуны самое тяжкое несчастье в том, что ты был счастлив.

    При всякой превратности фортуны самое тяжкое несчастье в том, что ты был счастлив.

    — Зов кукушки · книга
12. «

    Покуда пьешь, смакуй букет: Вина в загробном мире нет.

    Покуда пьешь, смакуй букет: Вина в загробном мире нет.

    — Шелкопряд · книга
13. «

    Может быть, будет нам впредь об этом сладостно вспоминать.

    Может быть, будет нам впредь об этом сладостно вспоминать.

    — Вергилий · книга
14. «

    — А из обслуги есть кто-нибудь? — Две уборщицы, полячки. По английски — ни бум-бум. Ты от них ничего не добьешься.

    — А из обслуги есть кто-нибудь? — Две уборщицы, полячки. По английски — ни бум-бум. Ты от них ничего не добьешься.

    — Корморан Страйк · книга
15. «

    И ничего мучительнее нет, Чем собственные злые мысли.

    И ничего мучительнее нет, Чем собственные злые мысли.

    — Шелкопряд · книга
16. «

    Служба год за годом исподволь меняет твою личность; подгоняет тебя под общую мерку, чтобы легче плылось по волнам армейской жизни.

    Служба год за годом исподволь меняет твою личность; подгоняет тебя под общую мерку, чтобы легче плылось по волнам армейской жизни.

    — Зов кукушки · книга
17. «

    До чего же легко рассуждать о склонности человека к саморазрушению, до чего же просто столкнуть его в небытие, а потом отойти в сторонку, пожать плечами и согласиться, что это был неизбежный исход беспорядочной, катастрофической жизни.

    До чего же легко рассуждать о склонности человека к саморазрушению, до чего же просто столкнуть его в небытие, а потом отойти в сторонку, пожать плечами и согласиться, что это был неизбежный исход беспорядочной, катастрофической жизни.

    — Зов кукушки · книга
18. «

    Британская армия требует от военнослужащих такого отречения от личных нужд и привязанностей, какое трудно понять гражданским умом. Она считает, что нет ничего выше ее требований. Непредсказуемые переломные моменты человеческой жизни — рождения и смерти, свадьбы, разводы, болезни — обычно влияют на планы военных не больше, чем камешки, стучащие в днище танка.

    Британская армия требует от военнослужащих такого отречения от личных нужд и привязанностей, какое трудно понять гражданским умом. Она считает, что нет ничего выше ее требований. Непредсказуемые переломные моменты человеческой жизни — рождения и смерти, свадьбы, разводы, болезни — обычно влияют на планы военных не больше, чем камешки, стучащие в днище танка.

    — Зов кукушки · книга
19. «

    — Мне требуется только одно, Страйк, — хрипло выговорил Бристоу, багровый от волнения. – Справедливость. Он как будто ударил по магическому камертону: это слово зазвенело в убогом кабинете и отозвалось неслышной, но протяжной нотой в груди Страйка. Бристоу словно нащупал сигнальную лампочку, которую Страйк сумел уберечь, когда все остальное разбилось. Он отчаянно нуждался в деньгах, но Бристоу дал ему другую, более вескую причину отбросить угрызения совести.

    — Мне требуется только одно, Страйк, — хрипло выговорил Бристоу, багровый от волнения. – Справедливость. Он как будто ударил по магическому камертону: это слово зазвенело в убогом кабинете и отозвалось неслышной, но протяжной нотой в груди Страйка. Бристоу словно нащупал сигнальную лампочку, которую Страйк сумел уберечь, когда все остальное разбилось. Он отчаянно нуждался в деньгах, но Бристоу дал ему другую, более вескую причину отбросить угрызения совести.

    — Джон Бристоу · книга
20. «

    Иные люди считают, что ты должен их от пуль заслонять, а сами имя твое запомнить не утруждаются.

    Иные люди считают, что ты должен их от пуль заслонять, а сами имя твое запомнить не утруждаются.

    — Деррик Уилсон · книга