Роберт Музиль — 167 цитат с глубоким смыслом

Подборка из 167 цитат Роберта Музиля: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Все дороги к уму идут от души, но ни одна не ведёт назад.

   Все дороги к уму идут от души, но ни одна не ведёт назад.

   — Человек без свойств · книга
2. «

   В обществе благовоспитанных людей предполагается, что на все есть свои причины, и считается дурным тоном с любопытством до них доискиваться.

   В обществе благовоспитанных людей предполагается, что на все есть свои причины, и считается дурным тоном с любопытством до них доискиваться.

   — Человек без свойств · книга
3. «

   Возникает вопрос: так ли уж все неправильно в мире, что его нужно то и дело переворачивать? Но на это мир сам дал два ответа. Ведь с тех пор, как он существует, большинство людей были в юности за то, чтобы перевернуть. Они находили смешным, что старшие привязаны к существующему. Однако, придя в возраст свершений, они больше уже не вспоминали об этом, да и вспоминать не желали.

   Возникает вопрос: так ли уж все неправильно в мире, что его нужно то и дело переворачивать? Но на это мир сам дал два ответа. Ведь с тех пор, как он существует, большинство людей были в юности за то, чтобы перевернуть. Они находили смешным, что старшие привязаны к существующему. Однако, придя в возраст свершений, они больше уже не вспоминали об этом, да и вспоминать не желали.

   — Человек без свойств · книга
4. «

   Мораль — для большинства это система обеспечения собственной правоты.

   Мораль — для большинства это система обеспечения собственной правоты.
5. «

   Как не любить мир, если просто видишь его и слышишь его запахи? И мы не можем его любить, потому что не согласны с тем, что творится в головах его жителей.

   Как не любить мир, если просто видишь его и слышишь его запахи? И мы не можем его любить, потому что не согласны с тем, что творится в головах его жителей.

   — Ульрих · книга
6. «

   В этом братстве было, без сомнения, не больше любви друг к другу, чем желания отстраниться от остального мира.

   В этом братстве было, без сомнения, не больше любви друг к другу, чем желания отстраниться от остального мира.

   — Ульрих · книга
7. «

   Человеческий талант вообще нуждается в известном стеснении, чтобы развернуться вовсю.

   Человеческий талант вообще нуждается в известном стеснении, чтобы развернуться вовсю.

   — Арнгейм · книга
8. «

   Любовь, если это любовь, — исключение и не может служить образцом для обыденной жизни.

   Любовь, если это любовь, — исключение и не может служить образцом для обыденной жизни.

   — Ульрих · книга
9. «

   Проституция это такая штука, которую видишь очень по-разному в зависимости от того, откуда на нее смотришь — сверху или снизу.

   Проституция это такая штука, которую видишь очень по-разному в зависимости от того, откуда на нее смотришь — сверху или снизу.

   — Человек без свойств · книга
10. «

    Идеальное требование любить своего ближнего выполняется реальными людьми в два этапа: первое состоит в том, что своих сочеловеков терпеть не можешь, а второй поправляет дело тем, что с одной их половиной вступаешь в сексуальные отношения.

    Идеальное требование любить своего ближнего выполняется реальными людьми в два этапа: первое состоит в том, что своих сочеловеков терпеть не можешь, а второй поправляет дело тем, что с одной их половиной вступаешь в сексуальные отношения.

    — Ульрих · книга
11. «

    Высокое чувство собственного «я» спорило с жутковатым чувством неплотного прилегания собственной шкуры.

    Высокое чувство собственного «я» спорило с жутковатым чувством неплотного прилегания собственной шкуры.

    — Человек без свойств · книга
12. «

    У всех людей, уничтожающих достижения предшествующего хорошего периода, есть чувство, будто они их улучшают.

    У всех людей, уничтожающих достижения предшествующего хорошего периода, есть чувство, будто они их улучшают.

    — Человек без свойств · книга
13. «

    Ульрих был в ее жизни бог весть которым по счету случаем. С такими страдающими любовным бешенством женщинами мужчины, разобравшись, что к чему, обращаются чаще всего немногим лучше, чем с идиотами, которых можно глупейшими средствами заставлять спотыкаться снова и снова на том же месте.

    Ульрих был в ее жизни бог весть которым по счету случаем. С такими страдающими любовным бешенством женщинами мужчины, разобравшись, что к чему, обращаются чаще всего немногим лучше, чем с идиотами, которых можно глупейшими средствами заставлять спотыкаться снова и снова на том же месте.

    — Человек без свойств · книга
14. «

    ... красота и доброта людей идут от того, во что они верят, а не от того, что они знают.

    ... красота и доброта людей идут от того, во что они верят, а не от того, что они знают.

    — Человек без свойств · книга
15. «

    Ни я, ни кто-либо вообще не знает, что такое истинный, истинная, истинное.

    Ни я, ни кто-либо вообще не знает, что такое истинный, истинная, истинное.

    — Ульрих · книга
16. «

    Неожиданные идеи появляются не от чего другого, как от того, что их ждут.

    Неожиданные идеи появляются не от чего другого, как от того, что их ждут.

    — Человек без свойств · книга
17. «

    Не будем говорить о том, что плоть слаба, а будем говорить о том, что и дух слаб тоже! Дьявола, вселяющегося в его плоть, человек, хоть и делает вид, что борется с ним, боится куда меньше, чем просветления, которое идет от духа.

    Не будем говорить о том, что плоть слаба, а будем говорить о том, что и дух слаб тоже! Дьявола, вселяющегося в его плоть, человек, хоть и делает вид, что борется с ним, боится куда меньше, чем просветления, которое идет от духа.

    — Кардинал · книга
18. «

    Спорт груб. Он, можно сказать, есть сгусток тончайше распределенной всеобщей ненависти, который оттягивается в состязании. Утверждают, конечно, обратное: спорт, мол, объединяет людей, делает их товарищами и тому подобное; но по сути это только доказывает, что грубость и любовь отстоят друг от друга не дальше, чем одно крыло какой-нибудь большой пестрой немой птицы от другого.

    Спорт груб. Он, можно сказать, есть сгусток тончайше распределенной всеобщей ненависти, который оттягивается в состязании. Утверждают, конечно, обратное: спорт, мол, объединяет людей, делает их товарищами и тому подобное; но по сути это только доказывает, что грубость и любовь отстоят друг от друга не дальше, чем одно крыло какой-нибудь большой пестрой немой птицы от другого.

    — Ульрих · книга
19. «

    Государство — это мощь, нужная для того, чтобы уцелеть в борьбе народов.

    Государство — это мощь, нужная для того, чтобы уцелеть в борьбе народов.

    — генерал Штумм фон Бордвер · книга
20. «

    Красота у мужчины — только вторичный половой признак, мужчина возбуждает прежде всего надеждой на его успех.

    Красота у мужчины — только вторичный половой признак, мужчина возбуждает прежде всего надеждой на его успех.

    — Ульрих · книга