228 цитат Роберта Музиля

Подборка из 228 цитат Роберта Музиля: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Всякое зло совершается с большей или меньшей фантазией и страстью, тогда как добро отличается несомненной бедностью и убогостью чувств.

   Всякое зло совершается с большей или меньшей фантазией и страстью, тогда как добро отличается несомненной бедностью и убогостью чувств.

   — Ульрих · книга
2. «

   Воздух гремел и звенел деловито взволнованными голосами и пахнул солнцем, льющим свой свет на всякую всячину на земле.

   Воздух гремел и звенел деловито взволнованными голосами и пахнул солнцем, льющим свой свет на всякую всячину на земле.

   — Человек без свойств · книга
3. «

   Совершенно неверно, что исследователь гонится за истиной, она гонится за ним. Он ее претерпевает. Истинное истинно, а факт реален, и до исследователя им нет никакого дела.

   Совершенно неверно, что исследователь гонится за истиной, она гонится за ним. Он ее претерпевает. Истинное истинно, а факт реален, и до исследователя им нет никакого дела.

   — Ульрих · книга
4. «

   Фейермауль пишет стихи о том, что человек добр. В это теперь многие верят.

   Фейермауль пишет стихи о том, что человек добр. В это теперь многие верят.

   — генерал Штумм фон Бордвер · книга
5. «

   Ведь наверное всякий мозг — это нечто одинокое и отдельное ото всех...

   Ведь наверное всякий мозг — это нечто одинокое и отдельное ото всех...

   — Соединения · книга
6. «

   Когда одного великого первооткрывателя спросили, как это ему пришло в голову столько нового, он ответил: «Просто я непрестанно об этом думал».

   Когда одного великого первооткрывателя спросили, как это ему пришло в голову столько нового, он ответил: «Просто я непрестанно об этом думал».

   — Человек без свойств · книга
7. «

   Это феномен, вероятно, вполне объяснимый, что во времена, дух которых похож на рынок, настоящей противоположностью им считаются поэты, ничего общего со своим временем не имеющие.

   Это феномен, вероятно, вполне объяснимый, что во времена, дух которых похож на рынок, настоящей противоположностью им считаются поэты, ничего общего со своим временем не имеющие.

   — Человек без свойств · книга
8. «

   Не нравится нам эта штука со скоростями — так затеем другую. Например, что-нибудь совсем медленое, с колышущимся, как покрывало, таинственным, как моллюск, счастьем и с глубоким коровьим взором, о котором мечтали уже греки.

   Не нравится нам эта штука со скоростями — так затеем другую. Например, что-нибудь совсем медленое, с колышущимся, как покрывало, таинственным, как моллюск, счастьем и с глубоким коровьим взором, о котором мечтали уже греки.

   — Человек без свойств · книга
9. «

   Тезис, что большой сбыт мыла свидетельствует о большой чистоплотности, не нужно распространять на мораль, где справедливее более новое положение, что ярко выраженная потребность в мытье указывает на не совсем чистый душевный уклад.

   Тезис, что большой сбыт мыла свидетельствует о большой чистоплотности, не нужно распространять на мораль, где справедливее более новое положение, что ярко выраженная потребность в мытье указывает на не совсем чистый душевный уклад.

   — Человек без свойств · книга
10. «

    Первая страсть взрослеющего человека — это не любовь к одной, а ненависть ко всем.

    Первая страсть взрослеющего человека — это не любовь к одной, а ненависть ко всем.

    — Душевные смуты воспитанника Тёрлеса · книга
11. «

    Похоже, что любая правда появляется сегодня на свет разложенной на две противоположных друг другу неправды.

    Похоже, что любая правда появляется сегодня на свет разложенной на две противоположных друг другу неправды.

    — Ульрих · книга
12. «

    Есть на свете натуры критические и есть покладистые.

    Есть на свете натуры критические и есть покладистые.

    — Человек без свойств · книга
13. «

    Благодаря своему независимому богатству он стал центральной фигурой среди всех других патриотов.

    Благодаря своему независимому богатству он стал центральной фигурой среди всех других патриотов.

    — Человек без свойств · книга
14. «

    «Я» никогда не воспринимает свои впечатления и порождения по отдельности, а всегда в связях, в реальном или выдуманном, сходном или несходном соответствии с другим. Если связи эти по какому либо поводу перестают действовать, то опять-таки сразу оказываешься перед неописуемой и бесчеловечной, даже перед ниспровергнутой и превращенной в хаос вселенной.

    «Я» никогда не воспринимает свои впечатления и порождения по отдельности, а всегда в связях, в реальном или выдуманном, сходном или несходном соответствии с другим. Если связи эти по какому либо поводу перестают действовать, то опять-таки сразу оказываешься перед неописуемой и бесчеловечной, даже перед ниспровергнутой и превращенной в хаос вселенной.

    — Ульрих · книга
15. «

    Вероятность узнать что-либо необычное из газеты гораздо больше, чем вероятность столкнуться с этим самому.

    Вероятность узнать что-либо необычное из газеты гораздо больше, чем вероятность столкнуться с этим самому.

    — Человек без свойств · книга
16. «

    Дураки воображают, что обладать деньгами — это наслаждение! На самом деле это ужасная ответственность. Не стану говорить о бесчисленных жизнях, зависящих от меня, для которых я олицетворяю чуть ли не судьбу; позвольте мне сказать только о том, что мой дед начал с мусороуборочного предприятия в одном рейнском городе средней величины.

    Дураки воображают, что обладать деньгами — это наслаждение! На самом деле это ужасная ответственность. Не стану говорить о бесчисленных жизнях, зависящих от меня, для которых я олицетворяю чуть ли не судьбу; позвольте мне сказать только о том, что мой дед начал с мусороуборочного предприятия в одном рейнском городе средней величины.

    — Арнгейм · книга
17. «

    Я обычно говорю своим референтам, когда они приносят мне какую-нибудь срочную бумагу: на свете нет ничего срочного, кроме отлучки в одно место.

    Я обычно говорю своим референтам, когда они приносят мне какую-нибудь срочную бумагу: на свете нет ничего срочного, кроме отлучки в одно место.

    — генерал Штумм фон Бордвер · книга
18. «

    Чтобы устанавливать основные идеалы жизни надо так досконально знать жизнь и людей и одновременно так героически преодолеть страсти и эгоизм, как то суждено было очень немногим личностям в течение тысячелетий. И эти учителя человечества исповедывали одну и ту же истину во все времена.

    Чтобы устанавливать основные идеалы жизни надо так досконально знать жизнь и людей и одновременно так героически преодолеть страсти и эгоизм, как то суждено было очень немногим личностям в течение тысячелетий. И эти учителя человечества исповедывали одну и ту же истину во все времена.

    — Линднер · книга
19. «

    Не будем говорить о том, что плоть слаба, а будем говорить о том, что и дух слаб тоже! Дьявола, вселяющегося в его плоть, человек, хоть и делает вид, что борется с ним, боится куда меньше, чем просветления, которое идет от духа.

    Не будем говорить о том, что плоть слаба, а будем говорить о том, что и дух слаб тоже! Дьявола, вселяющегося в его плоть, человек, хоть и делает вид, что борется с ним, боится куда меньше, чем просветления, которое идет от духа.

    — Кардинал · книга
20. «

    Наша молодежь, конечно, совершено права, когда палит в фазанов и кабанов, сидит верхом и ищет смазливых бабенок, — тут ничего не возразишь, на то и молодость; но прежде-то домашние учителя направляли часть этой молодой силы на то, чтобы заботиться о духе и об искусстве так же, как о фазанах, а сегодня этого нет и в помине.

    Наша молодежь, конечно, совершено права, когда палит в фазанов и кабанов, сидит верхом и ищет смазливых бабенок, — тут ничего не возразишь, на то и молодость; но прежде-то домашние учителя направляли часть этой молодой силы на то, чтобы заботиться о духе и об искусстве так же, как о фазанах, а сегодня этого нет и в помине.

    — Граф Лейнсдорф · книга