Роберт Рождественский: 69 высказываний о главном

Ниже 69 цитат Роберта Рождественского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Люди! Покуда сердца стучатся, – помните! Какою ценой завоевано счастье, – пожалуйста, помните!

   Люди! Покуда сердца стучатся, – помните! Какою ценой завоевано счастье, – пожалуйста, помните!
2. «

   Время в символах разобраться! Люди — винтики. Люди — винтики... Сам я винтиком был. Старался! Был безропотным. Еле видимым. Мне всю жизнь за это расплачиваться! Мне себя, как пружину, раскручивать! Верить веку. И с вами раскланиваться, люди-винтики, люди-шурупчики. Предначертаны ваши шляхи, назначение каждому выдано. И не шляпы на вас, а шляпки. Шляпки винтиков, шляпки винтиков! Вы изнашивайтесь, вы ржавейте, исполняйте всё, что вам задано. И в свою исключительность верьте! Впрочем, это не обязательно. Всё равно обламают отчаянных! Всё равно вы должны остаться там, где ввинтят, - в примусе, в часиках, в кране, в крышке унитаза. Установлено так. Положено. И - не будем на эту тему... Славься, винтичная психология! Царствуй, лозунг: «Не наше дело!» Пусть звучит он как откровение! Пусть дороги зовут напрасно!.. Я не верю, - хоть жгите, - не верю в бессловесный винтичный разум! Я смирению не завидую, но, эпоху понять пытаясь, - я не верю, что это винтики с грозным космосом побратались. Что они седеют над формулами и детей пеленают бережно. Перед чуткими микрофонами говорят с планетою бешеной. И машины ведут удивительные. И влюбляются безутешно... Я не верю, что это винтики на плечах нашу землю держат!.. Посредине двадцатого века облетают ржавые символы...

   Время в символах разобраться! Люди — винтики. Люди — винтики... Сам я винтиком был. Старался! Был безропотным. Еле видимым. Мне всю жизнь за это расплачиваться! Мне себя, как пружину, раскручивать! Верить веку. И с вами раскланиваться, люди-винтики, люди-шурупчики. Предначертаны ваши шляхи, назначение каждому выдано. И не шляпы на вас, а шляпки. Шляпки винтиков, шляпки винтиков! Вы изнашивайтесь, вы ржавейте, исполняйте всё, что вам задано. И в свою исключительность верьте! Впрочем, это не обязательно. Всё равно обламают отчаянных! Всё равно вы должны остаться там, где ввинтят, - в примусе, в часиках, в кране, в крышке унитаза. Установлено так. Положено. И - не будем на эту тему... Славься, винтичная психология! Царствуй, лозунг: «Не наше дело!» Пусть звучит он как откровение! Пусть дороги зовут напрасно!.. Я не верю, - хоть жгите, - не верю в бессловесный винтичный разум! Я смирению не завидую, но, эпоху понять пытаясь, - я не верю, что это винтики с грозным космосом побратались. Что они седеют над формулами и детей пеленают бережно. Перед чуткими микрофонами говорят с планетою бешеной. И машины ведут удивительные. И влюбляются безутешно... Я не верю, что это винтики на плечах нашу землю держат!.. Посредине двадцатого века облетают ржавые символы...
3. «

   Надо верить в обычное. Надо рассчитывать здраво. У поэтов с убийцами, в сущности, равная слава. Кто в веках уцелел? Разберись в наслоенье мотивов!.. Мы не помним царей. Помним: были Дантес и Мартынов.

   Надо верить в обычное. Надо рассчитывать здраво. У поэтов с убийцами, в сущности, равная слава. Кто в веках уцелел? Разберись в наслоенье мотивов!.. Мы не помним царей. Помним: были Дантес и Мартынов.
4. «

   И если кто-нибудь повелевает сном, - пусть просто сон пришлет. Спокойный сон.

   И если кто-нибудь повелевает сном, - пусть просто сон пришлет. Спокойный сон.
5. «

   Надо было назвать дурака дураком! По роскошной трибуне рубануть кулаком!.. Ты — мой бедненький - не рубанул, не назвал... А потом бутерброды в буфете жевал, И награды носил. И заботы терпел.

   Надо было назвать дурака дураком! По роскошной трибуне рубануть кулаком!.. Ты — мой бедненький - не рубанул, не назвал... А потом бутерброды в буфете жевал, И награды носил. И заботы терпел.
6. «

   Если я в твоей судьбе Ничего уже не значу, Я забуду о тебе, Я смогу, я не заплачу. Эту боль перетерпя, Я дышать не перестану, Всё равно счастливой стану, Даже если без тебя.

   Если я в твоей судьбе Ничего уже не значу, Я забуду о тебе, Я смогу, я не заплачу. Эту боль перетерпя, Я дышать не перестану, Всё равно счастливой стану, Даже если без тебя.
7. «

   Все крохотней «Завтра» И все необъятней «Вчера».

   Все крохотней «Завтра» И все необъятней «Вчера».
8. «

   — Отдать тебе любовь? — Отдай. — Она в грязи. — Отдай в грязи. — Я погадать хочу... — Гадай. — Ещё хочу спросить... — Спроси. — Допустим, постучусь... — Впущу. — Допустим, позову... — Пойду. — А если там беда? — В беду. — А если обману? — Прощу. — «Спой!» — прикажу тебе... — Спою. — «Запри для друга дверь!»... — Запру. — Скажу тебе: «Убей!»... — Убью. — А если захлебнусь? — Спасу. — А если будет боль? — Стерплю. — А если узел? — Разрублю. — А если сто? — И сто узлов! — ЛЮБОВЬ тебе отдать? — Любовь. — Не будет этого!!! — За что? — За то, что не люблю рабов...

   — Отдать тебе любовь? — Отдай. — Она в грязи. — Отдай в грязи. — Я погадать хочу... — Гадай. — Ещё хочу спросить... — Спроси. — Допустим, постучусь... — Впущу. — Допустим, позову... — Пойду. — А если там беда? — В беду. — А если обману? — Прощу. — «Спой!» — прикажу тебе... — Спою. — «Запри для друга дверь!»... — Запру. — Скажу тебе: «Убей!»... — Убью. — А если захлебнусь? — Спасу. — А если будет боль? — Стерплю. — А если узел? — Разрублю. — А если сто? — И сто узлов! — ЛЮБОВЬ тебе отдать? — Любовь. — Не будет этого!!! — За что? — За то, что не люблю рабов...
9. «

   А кто слабым был — сильным стал тогда. А кто сильным был — стал еще сильней.

   А кто слабым был — сильным стал тогда. А кто сильным был — стал еще сильней.
10. «

    И поговорка вновь торжествует: «Незаменимых не существует». Трусы, герои, прачки, министры - все заменимо. Все заменимы.

    И поговорка вновь торжествует: «Незаменимых не существует». Трусы, герои, прачки, министры - все заменимо. Все заменимы.
11. «

    Мы совпали, ещё не зная ничего о зле и добре. И навечно совпало с нами это время в календаре.

    Мы совпали, ещё не зная ничего о зле и добре. И навечно совпало с нами это время в календаре.
12. «

    Слова говори мне любые, какие захочешь, Чтоб только не молча, Любимый, чтоб только не молча! Без этого радость — не в радость. Скажи, что со мной хорошо И что я тебе нравлюсь, Скажи, что ты любишь меня, Притворись на мгновенье! Скажи, что меня не забудешь, Соври! — я поверю.

    Слова говори мне любые, какие захочешь, Чтоб только не молча, Любимый, чтоб только не молча! Без этого радость — не в радость. Скажи, что со мной хорошо И что я тебе нравлюсь, Скажи, что ты любишь меня, Притворись на мгновенье! Скажи, что меня не забудешь, Соври! — я поверю.
13. «

    Человеку надо мало: после грома — тишину. Голубой клочок тумана. Жизнь — одну. И смерть — одну. Утром свежую газету - с Человечеством родство. И всего одну планету: Землю! Только и всего. И — межзвездную дорогу, да мечту о скоростях. Это, в сущности, — немного. Это, в общем-то, — пустяк.

    Человеку надо мало: после грома — тишину. Голубой клочок тумана. Жизнь — одну. И смерть — одну. Утром свежую газету - с Человечеством родство. И всего одну планету: Землю! Только и всего. И — межзвездную дорогу, да мечту о скоростях. Это, в сущности, — немного. Это, в общем-то, — пустяк.
14. «

    Стали волосы - смертельной белизны!..

    Стали волосы - смертельной белизны!..
15. «

    Филологов не понимает физтех, — Молчит в темноте. Эти не понимают тех. А этих — те.

    Филологов не понимает физтех, — Молчит в темноте. Эти не понимают тех. А этих — те.
16. «

    Никому из нас не жить повторно. Мысли о бессмертьи — суета. Миг однажды грянет, за которым — ослепительная темнота... Из того, что довелось мне сделать, Выдохнуть случайно довелось, может, наберётся строчек десять...

    Никому из нас не жить повторно. Мысли о бессмертьи — суета. Миг однажды грянет, за которым — ослепительная темнота... Из того, что довелось мне сделать, Выдохнуть случайно довелось, может, наберётся строчек десять...
17. «

    Знаешь, я хочу, чтоб каждое слово этого утреннего стихотворенья вдруг потянулось к рукам твоим, словно соскучившаяся ветка сирени. Знаешь, я хочу, чтоб каждая строчка, неожиданно вырвавшись из размера и всю строфу разрывая в клочья, отозваться в сердце твоем сумела. Знаешь, я хочу, чтоб каждая буква глядела бы на тебя влюбленно. И была бы заполнена солнцем, будто капля росы на ладони клена.

    Знаешь, я хочу, чтоб каждое слово этого утреннего стихотворенья вдруг потянулось к рукам твоим, словно соскучившаяся ветка сирени. Знаешь, я хочу, чтоб каждая строчка, неожиданно вырвавшись из размера и всю строфу разрывая в клочья, отозваться в сердце твоем сумела. Знаешь, я хочу, чтоб каждая буква глядела бы на тебя влюбленно. И была бы заполнена солнцем, будто капля росы на ладони клена.
18. «

    Слишком холодно на дворе, Зря любовь пришла в декабре. У любви зимой — короткий век. Тихо падает на землю снег.

    Слишком холодно на дворе, Зря любовь пришла в декабре. У любви зимой — короткий век. Тихо падает на землю снег.
19. «

    Встать рано утром. Чуть попозже солнца. Когда оно за дымкою неплотной. Когда песок на берегу не жжется. Когда еще он влажный и холодный… Встать рано утром. Чтобы каждым нервом почуять свежесть утреннего счастья. Чтоб сердце было — настежь! Окна — настежь! Пусть окна, занавешенные небом, — одним лишь небом, — тихим и бездонным, одним лишь небом! — до предела светлым — не закрываются… Уйти из дома. Бежать к реке и улыбнуться ветру. И этим ветром радостным умыться…

    Встать рано утром. Чуть попозже солнца. Когда оно за дымкою неплотной. Когда песок на берегу не жжется. Когда еще он влажный и холодный… Встать рано утром. Чтобы каждым нервом почуять свежесть утреннего счастья. Чтоб сердце было — настежь! Окна — настежь! Пусть окна, занавешенные небом, — одним лишь небом, — тихим и бездонным, одним лишь небом! — до предела светлым — не закрываются… Уйти из дома. Бежать к реке и улыбнуться ветру. И этим ветром радостным умыться…
20. «

    На Земле безжалостно маленькой жил да был человек маленький. У него была служба маленькая. И маленький очень портфель. Получал он зарплату маленькую... И однажды — прекрасным утром — постучалась к нему в окошко небольшая, казалось, война... Автомат ему выдали маленький. Сапоги ему выдали маленькие. Каску выдали маленькую и маленькую — по размерам — шинель.

    На Земле безжалостно маленькой жил да был человек маленький. У него была служба маленькая. И маленький очень портфель. Получал он зарплату маленькую... И однажды — прекрасным утром — постучалась к нему в окошко небольшая, казалось, война... Автомат ему выдали маленький. Сапоги ему выдали маленькие. Каску выдали маленькую и маленькую — по размерам — шинель.