Что говорила Роберта Джеллис: 41 цитата

Ниже 41 цитата Роберты Джеллиса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Пока я жив, принцип, по которому можно убежать из-за того, чтобы сразиться на следующий день, отменяется. Человек, который сбежит с поля, на котором я нахожусь, будет моим убийцей, как если бы он сам нанес мне смертельный удар.

   Пока я жив, принцип, по которому можно убежать из-за того, чтобы сразиться на следующий день, отменяется. Человек, который сбежит с поля, на котором я нахожусь, будет моим убийцей, как если бы он сам нанес мне смертельный удар.

   — Генрих VII Тюдор · книга
2. «

   — Ты скучаешь по Англии, мой сын? — Мой господин, разве вы никогда не оглядывались на свое детство и оно не казалось вам безоблачным и радостным? Хотя, вы, должно быть, знаете, что счастливые дети страдают больше всех. Когда я оглядываюсь назад, мне кажется, что Англия была сладкой страной с молочными берегами, и я мечтаю. Но, очнувшись, я понимаю, что это не так. Я люблю свою мечту, хотя знаю, что это только мечта. Я не думаю, что это возможно.

   — Ты скучаешь по Англии, мой сын? — Мой господин, разве вы никогда не оглядывались на свое детство и оно не казалось вам безоблачным и радостным? Хотя, вы, должно быть, знаете, что счастливые дети страдают больше всех. Когда я оглядываюсь назад, мне кажется, что Англия была сладкой страной с молочными берегами, и я мечтаю. Но, очнувшись, я понимаю, что это не так. Я люблю свою мечту, хотя знаю, что это только мечта. Я не думаю, что это возможно.

   — Франциск Бретонский · книга
3. «

   Необдуманное добро может иногда нанести больше вреда, чем преднамеренное зло.

   Необдуманное добро может иногда нанести больше вреда, чем преднамеренное зло.

   — отец Ансельм · книга
4. «

   Часто случается так, что самые заклятые враги делают человеку больше хорошего, чем его наилучшие друзья.

   Часто случается так, что самые заклятые враги делают человеку больше хорошего, чем его наилучшие друзья.

   — Ричард Фокс · книга
5. «

   Люди как-то всегда находят время для ссоры...

   Люди как-то всегда находят время для ссоры...

   — Бруно Джернейвский · книга
6. «

   Горожане тоже толпились вокруг, выкрикивая в знак одобрения слов мэра приветственные возгласы и бросая цветы. Генрих почувствовал облегчение, ибо лондонцам было свойственно молчать с угрюмым видом или же более энергично выражать свое несогласие, используя камни и мусор. Когда-нибудь, мрачно размышлял Генрих, это может стать его судьбой, но сегодня они любили его.

   Горожане тоже толпились вокруг, выкрикивая в знак одобрения слов мэра приветственные возгласы и бросая цветы. Генрих почувствовал облегчение, ибо лондонцам было свойственно молчать с угрюмым видом или же более энергично выражать свое несогласие, используя камни и мусор. Когда-нибудь, мрачно размышлял Генрих, это может стать его судьбой, но сегодня они любили его.

   — Дракон и роза · книга
7. «

   Дождь не может помешать настоящему англичанину, который родился мокрый, крестился мокрый и обычно тонул, если покидал свою страну.

   Дождь не может помешать настоящему англичанину, который родился мокрый, крестился мокрый и обычно тонул, если покидал свою страну.

   — Генрих VII Тюдор · книга
8. «

   Открытый враг менее опасен, чем союзник, посвященный в ваши планы и предающий вас.

   Открытый враг менее опасен, чем союзник, посвященный в ваши планы и предающий вас.

   — Мелюзина Улльская · книга
9. «

   Они смешали свою кровь, – подумал Генрих. – Когда люди могут быть еще ближе после этого? А они стараются уничтожить друг друга. В эти горькие времена смешение крови ничего не значило. Безнравственный дядя убивает беспомощного племянника, а брат сражается с братом на поле брани.

   Они смешали свою кровь, – подумал Генрих. – Когда люди могут быть еще ближе после этого? А они стараются уничтожить друг друга. В эти горькие времена смешение крови ничего не значило. Безнравственный дядя убивает беспомощного племянника, а брат сражается с братом на поле брани.

   — Генрих VII Тюдор · книга
10. «

    Генрих должен был покинуть страну, в которой родился, где будь он даже преступником или пленником, его бы знали и любили. Ему придется просить убежища и даже хлеб у Франции! Любая милость или немилость со стороны французов была постыдной для Генриха – потомка Эдварда III, молота Франции.

    Генрих должен был покинуть страну, в которой родился, где будь он даже преступником или пленником, его бы знали и любили. Ему придется просить убежища и даже хлеб у Франции! Любая милость или немилость со стороны французов была постыдной для Генриха – потомка Эдварда III, молота Франции.

    — Дракон и роза · книга
11. «

    В реальной жизни мечты часто разбиваются, а осколки ещё долго терзают душу...

    В реальной жизни мечты часто разбиваются, а осколки ещё долго терзают душу...

    — Бруно Джернейвский · книга
12. «

    — Вы играете в очень опасную игру, сир. — Когда мне было шесть лет, Эдвард призвал меня ко двору. Если бы моя мать забрала меня, я бы умер. Когда мне было четырнадцать, мой дядя убежал со мной в Бретань, и мы угодили прямо в зубы бури, которая обещала утопить нас. Когда мне было восемнадцать, Эдвард предложил мне мою нынешнюю жену в качестве приманки и послал за мной двух убийц. Когда мне было двадцать шесть, Ричард подкупил Ландойса, чтобы тот убил меня или послал меня сюда, на кровопролитие. Я не принимаю в счет убийц, которые пытались убить меня и потерпели неудачу. Так что ты сказал об опасности?

    — Вы играете в очень опасную игру, сир. — Когда мне было шесть лет, Эдвард призвал меня ко двору. Если бы моя мать забрала меня, я бы умер. Когда мне было четырнадцать, мой дядя убежал со мной в Бретань, и мы угодили прямо в зубы бури, которая обещала утопить нас. Когда мне было восемнадцать, Эдвард предложил мне мою нынешнюю жену в качестве приманки и послал за мной двух убийц. Когда мне было двадцать шесть, Ричард подкупил Ландойса, чтобы тот убил меня или послал меня сюда, на кровопролитие. Я не принимаю в счет убийц, которые пытались убить меня и потерпели неудачу. Так что ты сказал об опасности?

    — Реджинальд Брэй · книга
13. «

    Еще с тех пор, когда Генрих был смышленым ребенком, она мечтала о власти и славе для него. Эта мечта глубоко укоренилась в ее душе, но была задавлена огромным чувством страха. Годы, проведенные при дворе Эдварда, показали ей, какими ужасами обрастает власть и насколько грязной в конечном счете выглядит слава.

    Еще с тех пор, когда Генрих был смышленым ребенком, она мечтала о власти и славе для него. Эта мечта глубоко укоренилась в ее душе, но была задавлена огромным чувством страха. Годы, проведенные при дворе Эдварда, показали ей, какими ужасами обрастает власть и насколько грязной в конечном счете выглядит слава.

    — Дракон и роза · книга
14. «

    Я так люблю тебя, Элизабет, что для меня не имеет значения, каким ты хочешь меня видеть – мертвым или живым. Я не могу причинить тебе вред. Зачем я должен мучить себя догадками о твоих намерениях по отношению ко мне? Я не думаю, что ты можешь готовить для меня смерть. Я не хочу даже верить, что ты желаешь этого. Для меня этого достаточно.

    Я так люблю тебя, Элизабет, что для меня не имеет значения, каким ты хочешь меня видеть – мертвым или живым. Я не могу причинить тебе вред. Зачем я должен мучить себя догадками о твоих намерениях по отношению ко мне? Я не думаю, что ты можешь готовить для меня смерть. Я не хочу даже верить, что ты желаешь этого. Для меня этого достаточно.

    — Генрих VII Тюдор · книга
15. «

    Лучше один раз пройти через ужас смерти, чем постоянно жить в страхе.

    Лучше один раз пройти через ужас смерти, чем постоянно жить в страхе.

    — Джаспер Тюдор · книга
16. «

    — После того, как откроется сессия, возможно, я буду более свободен. — Ты говоришь, как будто ты заключенный, а не король. — Король есть своего рода заключенный, если он хороший король.

    — После того, как откроется сессия, возможно, я буду более свободен. — Ты говоришь, как будто ты заключенный, а не король. — Король есть своего рода заключенный, если он хороший король.

    — Генрих VII Тюдор · книга
17. «

    Мое замужество и собственность зависят от воли дяди, но мои чувства принадлежат мне, и никто не может приказать, какими они должны быть.

    Мое замужество и собственность зависят от воли дяди, но мои чувства принадлежат мне, и никто не может приказать, какими они должны быть.

    — леди Одрис · книга
18. «

    Очень жаль, что даже самые умные женщины бывают такими глупыми.

    Очень жаль, что даже самые умные женщины бывают такими глупыми.

    — Королева Мод · книга
19. «

    Дружба с подхалимами и прилипалами к чужому богатству ничего не стоит.

    Дружба с подхалимами и прилипалами к чужому богатству ничего не стоит.

    — Хью Лайкорн · книга
20. «

    Однажды я простил и дал предупреждение. Я никогда не прощу снова даже простого неповиновения. Никогда снова.

    Однажды я простил и дал предупреждение. Я никогда не прощу снова даже простого неповиновения. Никогда снова.

    — Генрих VII Тюдор · книга