37 мудрых мыслей Робертсона Дэвис: жизненные цитаты

Ниже 37 цитат Робертсона Дэвис: жизненные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Богатство, говорил он, внушает тому, кто им владеет, иллюзию, будто он слеплен из другого теста, чем простые люди. Он говорил о низкопоклонстве, что испытывают перед большим богатством люди, для которых мирские достижения — единственная мера успеха. Богатство порождает и пестует иллюзии, а иллюзии развращают.

   Богатство, говорил он, внушает тому, кто им владеет, иллюзию, будто он слеплен из другого теста, чем простые люди. Он говорил о низкопоклонстве, что испытывают перед большим богатством люди, для которых мирские достижения — единственная мера успеха. Богатство порождает и пестует иллюзии, а иллюзии развращают.

   — Робертсон Дэвис · книга
2. «

   ... Дети слышат гораздо больше, чем о том подозревают взрослые, и многое понимают.

   ... Дети слышат гораздо больше, чем о том подозревают взрослые, и многое понимают.

   — Робертсон Дэвис · книга
3. «

   — Значит, ваша дочь взбунтовалась? Но ведь все дети бунтуют. Это необходимо... — Почему необходимо? — Чтобы найти себя. Любовью можно задушить, вы согласны? <...> Я имею в виду родительскую любовь. Даже любовь добрейших, самоотверженнейших родителей.

   — Значит, ваша дочь взбунтовалась? Но ведь все дети бунтуют. Это необходимо... — Почему необходимо? — Чтобы найти себя. Любовью можно задушить, вы согласны? <...> Я имею в виду родительскую любовь. Даже любовь добрейших, самоотверженнейших родителей.

   — Робертсон Дэвис · книга
4. «

   Я находился в обычнейшей ситуации — хотел быть честным и не мог избавиться от сожалений, что эта честность слишком дорого мне обходится.

   Я находился в обычнейшей ситуации — хотел быть честным и не мог избавиться от сожалений, что эта честность слишком дорого мне обходится.

   — Робертсон Дэвис · книга
5. «

   Мы все создаем свое собственное внешнее «я» для предъявления миру, и некоторые постепенно привыкают к мысли, что они такие и есть.

   Мы все создаем свое собственное внешнее «я» для предъявления миру, и некоторые постепенно привыкают к мысли, что они такие и есть.

   — Робертсон Дэвис · книга
6. «

   За много лет наблюдений я уяснил себе, что имущество человека — гораздо более верный ключ к его характеру, чем все слова и поступки. Если понимаешь язык вещей.

   За много лет наблюдений я уяснил себе, что имущество человека — гораздо более верный ключ к его характеру, чем все слова и поступки. Если понимаешь язык вещей.

   — Робертсон Дэвис · книга
7. «

   Когда человеку крупно не везёт, он способен поглотить немыслимое количество кофе и пончиков.

   Когда человеку крупно не везёт, он способен поглотить немыслимое количество кофе и пончиков.

   — Робертсон Дэвис · книга
8. «

   Вы представляете себе, что это такое — быть бродягой? Бродяги — пропащие люди, и этого никто не понимает, почти никто. Я слышал и читал всякие глупости насчет того, что им нестерпимы оковы цивилизации, и они хотят дышать воздухом свободы, и что многие из них — образованные люди с великолепными принципами, и что им смешны люди, проводящие всю свою жизнь в упорном труде, — те самые люди, у которых они клянчат подаяние, и все это чушь, чушь собачья, от начала до конца. Там же все больше психи, преступники да выродки, и бродяжничество делает их еще хуже, и все это от жизни на свежем воздухе. Ну да, конечно же, если у тебя есть еда и есть кров, под который ты можешь вернуться, тогда свежий воздух отличная штука, но если у тебя ничего этого нет, он доводит тебя до бешенства; голод и кислород — взрывчатая смесь для того, кто не привык к ней с младенчества, как, скажем, дикари. А эти люди не дикари. Слабаки по большей части, но слабаки злобные.

   Вы представляете себе, что это такое — быть бродягой? Бродяги — пропащие люди, и этого никто не понимает, почти никто. Я слышал и читал всякие глупости насчет того, что им нестерпимы оковы цивилизации, и они хотят дышать воздухом свободы, и что многие из них — образованные люди с великолепными принципами, и что им смешны люди, проводящие всю свою жизнь в упорном труде, — те самые люди, у которых они клянчат подаяние, и все это чушь, чушь собачья, от начала до конца. Там же все больше психи, преступники да выродки, и бродяжничество делает их еще хуже, и все это от жизни на свежем воздухе. Ну да, конечно же, если у тебя есть еда и есть кров, под который ты можешь вернуться, тогда свежий воздух отличная штука, но если у тебя ничего этого нет, он доводит тебя до бешенства; голод и кислород — взрывчатая смесь для того, кто не привык к ней с младенчества, как, скажем, дикари. А эти люди не дикари. Слабаки по большей части, но слабаки злобные.

   — Робертсон Дэвис · книга
9. «

   Важнейшее умение преподавателя — не показывать студентам, что их оскорбления тебя задели. Надо выждать и сквитаться с ними, когда настанет удачный момент.

   Важнейшее умение преподавателя — не показывать студентам, что их оскорбления тебя задели. Надо выждать и сквитаться с ними, когда настанет удачный момент.

   — Робертсон Дэвис · книга
10. «

    ... Оно [чувство юмора] — отличная приправа к любому характеру и почти заменяет здравый смысл, не говоря уже о мудрости.

    ... Оно [чувство юмора] — отличная приправа к любому характеру и почти заменяет здравый смысл, не говоря уже о мудрости.

    — Робертсон Дэвис · книга
11. «

    Мужчин, которые на самом деле не любят цветы, очень мало, а тех, которые не реагируют на красивую женщину, еще меньше. Это идет не от секса; дело в духовном подъеме, который дарует красота.

    Мужчин, которые на самом деле не любят цветы, очень мало, а тех, которые не реагируют на красивую женщину, еще меньше. Это идет не от секса; дело в духовном подъеме, который дарует красота.

    — Робертсон Дэвис · книга
12. «

    Это одна из жестоких особенностей жизненного театра, все мы считаем себя звёздами, напрочь отказываясь понять и признать свою истинную сущность второстепенных персонажей, а то и статистов.

    Это одна из жестоких особенностей жизненного театра, все мы считаем себя звёздами, напрочь отказываясь понять и признать свою истинную сущность второстепенных персонажей, а то и статистов.

    — Робертсон Дэвис · книга
13. «

    Для него вся реальность жизни лежала во внешних вещах, для меня же не было иной реальности, чем реальность духа — разума, как я думал в то время, не успев ещё осознать, каким грубым насмешником и жестоким хозяином может быть интеллект.

    Для него вся реальность жизни лежала во внешних вещах, для меня же не было иной реальности, чем реальность духа — разума, как я думал в то время, не успев ещё осознать, каким грубым насмешником и жестоким хозяином может быть интеллект.

    — Робертсон Дэвис · книга
14. «

    Мужчины очень жёстоко мстят женщинам, которые, как считают мужчины, их очаровали, хотя вся вина, этих несчастных, в том, что по воле судьбы они были хорошенькими, или пели, или смеялись в неудачный для них момент.

    Мужчины очень жёстоко мстят женщинам, которые, как считают мужчины, их очаровали, хотя вся вина, этих несчастных, в том, что по воле судьбы они были хорошенькими, или пели, или смеялись в неудачный для них момент.

    — Робертсон Дэвис · книга
15. «

    ... Нужно жить, а иногда это значит просто терпеть.

    ... Нужно жить, а иногда это значит просто терпеть.

    — Робертсон Дэвис · книга
16. «

    Неграмотность в денежных вопросах так же связывает человека, как и любая другая неграмотность.

    Неграмотность в денежных вопросах так же связывает человека, как и любая другая неграмотность.

    — Робертсон Дэвис · книга
17. «

    Понимаешь, тело — это фактор, от которого не убежишь. Ты можешь поддерживать хорошую физическую форму для своего типа, но радикально измениться невозможно. Здоровый человек — это не тот, кто превратил себя в греческую статую, а тот, который живет в соответствии со своим телом.

    Понимаешь, тело — это фактор, от которого не убежишь. Ты можешь поддерживать хорошую физическую форму для своего типа, но радикально измениться невозможно. Здоровый человек — это не тот, кто превратил себя в греческую статую, а тот, который живет в соответствии со своим телом.

    — Робертсон Дэвис · книга
18. «

    Возможно, всему виной моя скука. Скуки, подобно армейской, я не испытывал ни до, ни после, она тяжелым свинцом наливала каждую клеточку моего тела. Обычно скука ассоциируется с бездельем, но тут был совершенно другой случай, ведь пехотинец, проходящий боевую подготовку, не знает покоя с утра до позднего вечера, а затем спит как убитый. Ту скуку, о которой я говорю, порождала отрезанность от всего, что украшает жизнь, или возбуждает любопытство, или расширяет горизонты восприятия. Это была скука выполнения бесконечных задач, ничего не дающих ни уму, ни сердцу, скука приобретения навыков, без которых ты бы с радостью обошелся. Я научился шагать в ногу и поворачивать по команде, научился стрелять и держать себя в опрятном (по армейским стандартам) виде, в частности — заправлять койку, чистить сапоги, до блеска надраивать пуговицы и накручивать себе на ноги длинные полосы толстой, навозного цвета ткани, и все это — единственным положенным образом. Я научился все это делать, и даже делать хорошо, хотя и не видел в том особого смысла.

    Возможно, всему виной моя скука. Скуки, подобно армейской, я не испытывал ни до, ни после, она тяжелым свинцом наливала каждую клеточку моего тела. Обычно скука ассоциируется с бездельем, но тут был совершенно другой случай, ведь пехотинец, проходящий боевую подготовку, не знает покоя с утра до позднего вечера, а затем спит как убитый. Ту скуку, о которой я говорю, порождала отрезанность от всего, что украшает жизнь, или возбуждает любопытство, или расширяет горизонты восприятия. Это была скука выполнения бесконечных задач, ничего не дающих ни уму, ни сердцу, скука приобретения навыков, без которых ты бы с радостью обошелся. Я научился шагать в ногу и поворачивать по команде, научился стрелять и держать себя в опрятном (по армейским стандартам) виде, в частности — заправлять койку, чистить сапоги, до блеска надраивать пуговицы и накручивать себе на ноги длинные полосы толстой, навозного цвета ткани, и все это — единственным положенным образом. Я научился все это делать, и даже делать хорошо, хотя и не видел в том особого смысла.

    — Робертсон Дэвис · книга
19. «

    ... Ненависть баснословно близка к любви, и оба этих чувства означают одержимость. Слишком сильно подавляемые страсти иногда перекидываются в свою противоположность.

    ... Ненависть баснословно близка к любви, и оба этих чувства означают одержимость. Слишком сильно подавляемые страсти иногда перекидываются в свою противоположность.

    — Робертсон Дэвис · книга
20. «

    Дьявол сегодня не очень популярен. Лишь немногие принимают его всерьез.

    Дьявол сегодня не очень популярен. Лишь немногие принимают его всерьез.

    — Робертсон Дэвис · книга