79 фраз Робертсона Дэвиса, которые запоминаются

Ниже 79 цитат Робертсона Дэвиса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я и сам был мальчишкой, а потому знаю, что он такое, — либо дурак, либо мужчина, задыхающийся в детской оболочке и рвущийся наружу.

   Я и сам был мальчишкой, а потому знаю, что он такое, — либо дурак, либо мужчина, задыхающийся в детской оболочке и рвущийся наружу.

   — Пятый персонаж · книга
2. «

   Нельзя понять настоящее, не зная прошлого.

   Нельзя понять настоящее, не зная прошлого.

   — Что в костях заложено · книга
3. «

   Творческое безделье — не для того, чтобы грезить или спать, но чтобы расставить информацию в голове наилучшим образом.

   Творческое безделье — не для того, чтобы грезить или спать, но чтобы расставить информацию в голове наилучшим образом.

   — Лира Орфея · книга
4. «

   Ты из тех, кому зеркало нужно, чтобы ровно повязать галстук, а не затем, чтобы заглянуть в глаза самому себе.

   Ты из тех, кому зеркало нужно, чтобы ровно повязать галстук, а не затем, чтобы заглянуть в глаза самому себе.

   — Мятежные ангелы · книга
5. «

   Любовь способна побуждать к самым низким поступкам — если тебе кажется, что тобой пренебрегли.

   Любовь способна побуждать к самым низким поступкам — если тебе кажется, что тобой пренебрегли.

   — Пятый персонаж · книга
6. «

   Брак — это не только домашняя жизнь, продолжение рода, узаконенный секс или форма собственности... Думаю, это — способ найти свою душу.

   Брак — это не только домашняя жизнь, продолжение рода, узаконенный секс или форма собственности... Думаю, это — способ найти свою душу.

   — Лира Орфея · книга
7. «

   ... почти все женщины, не исключая самых закоренелых старых дев, предпочитают мужскую компанию.

   ... почти все женщины, не исключая самых закоренелых старых дев, предпочитают мужскую компанию.

   — Пятый персонаж · книга
8. «

   Я ничего не имею против образования — для большинства людей это насущная необходимость, но если вы хотите стать гением, то должны попытаться либо вообще обойтись без него, либо трудиться в поте лица, чтобы избавиться от того, что вам навязали. Образование — для заурядных людей, и оно лишь усиливает их заурядность. Конечно, оно делает их полезными, но в самом утилитарном смысле.

   Я ничего не имею против образования — для большинства людей это насущная необходимость, но если вы хотите стать гением, то должны попытаться либо вообще обойтись без него, либо трудиться в поте лица, чтобы избавиться от того, что вам навязали. Образование — для заурядных людей, и оно лишь усиливает их заурядность. Конечно, оно делает их полезными, но в самом утилитарном смысле.

   — Мир чудес · книга
9. «

   ... Коллеги посмотрели на меня, как коровы на проезжающий мимо поезд, и вернулись к разговору о гольфе.

   ... Коллеги посмотрели на меня, как коровы на проезжающий мимо поезд, и вернулись к разговору о гольфе.

   — Пятый персонаж · книга
10. «

    ... Ненависть баснословно близка к любви, и оба этих чувства означают одержимость. Слишком сильно подавляемые страсти иногда перекидываются в свою противоположность.

    ... Ненависть баснословно близка к любви, и оба этих чувства означают одержимость. Слишком сильно подавляемые страсти иногда перекидываются в свою противоположность.

    — Лира Орфея · книга
11. «

    Знаешь, я многое повидал в жизни. Самое отвратительное, что можно сделать с дружбой — это назначить ей цену.

    Знаешь, я многое повидал в жизни. Самое отвратительное, что можно сделать с дружбой — это назначить ей цену.

    — Фрэнсис Корниш · книга
12. «

    О чудеса, чудеса! Они происходят повсюду. И они зависят от обстоятельств. Если я вас сфотографирую, это будет скучноватая любезность. Если я отправлюсь в южноамериканские джунгли и сфотографирую дикаря, он сочтёт это чудом и может даже испугаться, что я украл часть его души. А собака попросту не знает, как она выглядит, а потому не прореагирует на свой снимок. Чудо — это то, чему люди не могут найти объяснения. В Средние века ваш протез воспринимался бы как чудо, возможно даже сатанинское чудо. Чудеса сильно зависят от времени и места, от того, что мы знаем и чего не знаем.

    О чудеса, чудеса! Они происходят повсюду. И они зависят от обстоятельств. Если я вас сфотографирую, это будет скучноватая любезность. Если я отправлюсь в южноамериканские джунгли и сфотографирую дикаря, он сочтёт это чудом и может даже испугаться, что я украл часть его души. А собака попросту не знает, как она выглядит, а потому не прореагирует на свой снимок. Чудо — это то, чему люди не могут найти объяснения. В Средние века ваш протез воспринимался бы как чудо, возможно даже сатанинское чудо. Чудеса сильно зависят от времени и места, от того, что мы знаем и чего не знаем.

    — Падре Бласон · книга
13. «

    Знаете, мне иногда хочется надавить на газ и умчаться от всего этого — от всех обязательств, зависти, проблем и людей, которым все время что-то нужно.

    Знаете, мне иногда хочется надавить на газ и умчаться от всего этого — от всех обязательств, зависти, проблем и людей, которым все время что-то нужно.

    — Мантикора · книга
14. «

    Неразвитые чувства обидчивы, чуть что — и в позу.

    Неразвитые чувства обидчивы, чуть что — и в позу.

    — Мантикора · книга
15. «

    Его философия была изуродована столь роковой для философа болезнью — личным опытом.

    Его философия была изуродована столь роковой для философа болезнью — личным опытом.

    — Что в костях заложено · книга
16. «

    Я любил знать, а не трепать языком о том, что знаю...

    Я любил знать, а не трепать языком о том, что знаю...

    — Пятый персонаж · книга
17. «

    Возможно, всему виной моя скука. Скуки, подобно армейской, я не испытывал ни до, ни после, она тяжелым свинцом наливала каждую клеточку моего тела. Обычно скука ассоциируется с бездельем, но тут был совершенно другой случай, ведь пехотинец, проходящий боевую подготовку, не знает покоя с утра до позднего вечера, а затем спит как убитый. Ту скуку, о которой я говорю, порождала отрезанность от всего, что украшает жизнь, или возбуждает любопытство, или расширяет горизонты восприятия. Это была скука выполнения бесконечных задач, ничего не дающих ни уму, ни сердцу, скука приобретения навыков, без которых ты бы с радостью обошелся. Я научился шагать в ногу и поворачивать по команде, научился стрелять и держать себя в опрятном (по армейским стандартам) виде, в частности — заправлять койку, чистить сапоги, до блеска надраивать пуговицы и накручивать себе на ноги длинные полосы толстой, навозного цвета ткани, и все это — единственным положенным образом. Я научился все это делать, и даже делать хорошо, хотя и не видел в том особого смысла.

    Возможно, всему виной моя скука. Скуки, подобно армейской, я не испытывал ни до, ни после, она тяжелым свинцом наливала каждую клеточку моего тела. Обычно скука ассоциируется с бездельем, но тут был совершенно другой случай, ведь пехотинец, проходящий боевую подготовку, не знает покоя с утра до позднего вечера, а затем спит как убитый. Ту скуку, о которой я говорю, порождала отрезанность от всего, что украшает жизнь, или возбуждает любопытство, или расширяет горизонты восприятия. Это была скука выполнения бесконечных задач, ничего не дающих ни уму, ни сердцу, скука приобретения навыков, без которых ты бы с радостью обошелся. Я научился шагать в ногу и поворачивать по команде, научился стрелять и держать себя в опрятном (по армейским стандартам) виде, в частности — заправлять койку, чистить сапоги, до блеска надраивать пуговицы и накручивать себе на ноги длинные полосы толстой, навозного цвета ткани, и все это — единственным положенным образом. Я научился все это делать, и даже делать хорошо, хотя и не видел в том особого смысла.

    — Данстан Рамзи · книга
18. «

    Для него вся реальность жизни лежала во внешних вещах, для меня же не было иной реальности, чем реальность духа — разума, как я думал в то время, не успев ещё осознать, каким грубым насмешником и жестоким хозяином может быть интеллект.

    Для него вся реальность жизни лежала во внешних вещах, для меня же не было иной реальности, чем реальность духа — разума, как я думал в то время, не успев ещё осознать, каким грубым насмешником и жестоким хозяином может быть интеллект.

    — Пятый персонаж · книга
19. «

    — Так что же мне делать? — Примирись со своим горем и хорошенько, внимательно пересчитай свои удачи.

    — Так что же мне делать? — Примирись со своим горем и хорошенько, внимательно пересчитай свои удачи.

    — Лира Орфея · книга
20. «

    Когда мужчина делает «девушку мечты» из обыкновенной живой девушки, ей это чаще всего ужасно вредно. Некоторые девушки ведутся на это и пытаются превратиться в воплощение мечты, получается ужасная липа, и это верный путь к катастрофе. А другие девушки превращаются в законченных стерв, потому что не могут этого перенести.

    Когда мужчина делает «девушку мечты» из обыкновенной живой девушки, ей это чаще всего ужасно вредно. Некоторые девушки ведутся на это и пытаются превратиться в воплощение мечты, получается ужасная липа, и это верный путь к катастрофе. А другие девушки превращаются в законченных стерв, потому что не могут этого перенести.

    — Что в костях заложено · книга