65 цитат Романа Злотникова про любовь, время и выбор

Роман Злотников — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 65 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Если о человеке судят по калибру его врагов, то мы с тобой просто великие люди.

   Если о человеке судят по калибру его врагов, то мы с тобой просто великие люди.

   — Сергей Мусаниф · книга
2. «

   — Знаешь, Тимофей, — с легкой усмешкой спросил он, — как добиться того, чтобы некое дело было сделано наилучшим образом? Тимофей многое знал об этом и многое мог бы порассказать, но… в тот раз отрицательно мотнул головой. — Надобно отыскать человека, который способен сделать его самым наилучшим образом и… дать ему все для того, чтобы он смог его сделать. И все. Тогда Тимофей не понял. Ну не то чтобы совсем. В общем, в теории, он даже был с этим согласен, но… Вот именно, рядышком существовало множество «но» — контроль, поощрение, наказание, управление и исправление ошибок и оплошностей и так далее. Как же без этого? Но вот сейчас, сегодня, он внезапно понял, насколько государь был прав. Если ты найдешь человека, который способен сделать какое-то дело самым наилучшим образом, — ничего этого не надо. Ни контроля, ни поощрения. Ибо человек устроен таким образом, что лучше всего делает то, что нравится, о чем он и сам мечтает. И возможность делать это и будет для него самым лучшим поощрением. Да вообще за возможность заниматься тем, о чем он сам мечтает, человек готов еще и доплачивать…

   — Знаешь, Тимофей, — с легкой усмешкой спросил он, — как добиться того, чтобы некое дело было сделано наилучшим образом? Тимофей многое знал об этом и многое мог бы порассказать, но… в тот раз отрицательно мотнул головой. — Надобно отыскать человека, который способен сделать его самым наилучшим образом и… дать ему все для того, чтобы он смог его сделать. И все. Тогда Тимофей не понял. Ну не то чтобы совсем. В общем, в теории, он даже был с этим согласен, но… Вот именно, рядышком существовало множество «но» — контроль, поощрение, наказание, управление и исправление ошибок и оплошностей и так далее. Как же без этого? Но вот сейчас, сегодня, он внезапно понял, насколько государь был прав. Если ты найдешь человека, который способен сделать какое-то дело самым наилучшим образом, — ничего этого не надо. Ни контроля, ни поощрения. Ибо человек устроен таким образом, что лучше всего делает то, что нравится, о чем он и сам мечтает. И возможность делать это и будет для него самым лучшим поощрением. Да вообще за возможность заниматься тем, о чем он сам мечтает, человек готов еще и доплачивать…

   — Царь Федор. Орел расправляет крылья · книга
3. «

   Есть три узды, овладев которыми можно повести человечество к свету либо к тьме. Первая из них — сила, вторая — деньги, третья — слово Господне.

   Есть три узды, овладев которыми можно повести человечество к свету либо к тьме. Первая из них — сила, вторая — деньги, третья — слово Господне.

   — Ив Счастливчик · книга
4. «

   ... Лучше ошибиться, совершая добро, чем остаться при своих или даже получить прибыль, умножая зло, которого и так много в этом мире...

   ... Лучше ошибиться, совершая добро, чем остаться при своих или даже получить прибыль, умножая зло, которого и так много в этом мире...

   — Арвендейл. Император людей · книга
5. «

   Презрение ранит больнее, чем даже ненависть. У презираемого намного скорее возникнет желание не только НЕ ОТБИТЬ удар, направленный в твою спину, которую он прикрывает, а и пырнуть самому.

   Презрение ранит больнее, чем даже ненависть. У презираемого намного скорее возникнет желание не только НЕ ОТБИТЬ удар, направленный в твою спину, которую он прикрывает, а и пырнуть самому.

   — Арвендейл · книга
6. «

   ... жизнь — это такая штука, которая позволяет сыграть свою партию только теми инструментами, которые есть у тебя под рукой.

   ... жизнь — это такая штука, которая позволяет сыграть свою партию только теми инструментами, которые есть у тебя под рукой.

   — Генерал Прохоров · книга
7. «

   Если ты в какой-то момент самонадеянно решишь, что понял уже всё и больше понимать тебе нечего, то именно в этот момент ты и останавливаешь своё развитие понимания того, над чем размышлял, и обрубаешь для себя возможность понять больше, чем ты уже понял...

   Если ты в какой-то момент самонадеянно решишь, что понял уже всё и больше понимать тебе нечего, то именно в этот момент ты и останавливаешь своё развитие понимания того, над чем размышлял, и обрубаешь для себя возможность понять больше, чем ты уже понял...

   — Игреон Асвартен · книга
8. «

   Всё, чего коснулся человеческий взгляд, намертво запечатлевается в мозгу, каждая черточка, каждая деталь всего увиденного остаются с нами навсегда. Однако столь большое количество подробностей способно так перегрузить мозг, что человек не сможет этого выдержать. Поэтому природа создала защитный механизм, оставляющий в сознательной памяти человека, к которой можно обращаться довольно свободно, только те факты и события, которые несут на себе ещё и какую-то эмоциональную окраску. Причем даже и это мы можем запомнить лишь в самом общем виде, случайно зафиксировав отдельные детали. Но если суметь активизировать у человека глубинную, бесстрастную клеточную память, человек вспомнит всё, причём с такими подробностями, каких он вроде бы не заметил даже в тот самый момент, когда прямо смотрел на интересующую нас личность или предмет.

   Всё, чего коснулся человеческий взгляд, намертво запечатлевается в мозгу, каждая черточка, каждая деталь всего увиденного остаются с нами навсегда. Однако столь большое количество подробностей способно так перегрузить мозг, что человек не сможет этого выдержать. Поэтому природа создала защитный механизм, оставляющий в сознательной памяти человека, к которой можно обращаться довольно свободно, только те факты и события, которые несут на себе ещё и какую-то эмоциональную окраску. Причем даже и это мы можем запомнить лишь в самом общем виде, случайно зафиксировав отдельные детали. Но если суметь активизировать у человека глубинную, бесстрастную клеточную память, человек вспомнит всё, причём с такими подробностями, каких он вроде бы не заметил даже в тот самый момент, когда прямо смотрел на интересующую нас личность или предмет.

   — Филипп Гранин · книга
9. «

   Пустота, оставленная без присмотра, быстро перестает быть таковой.

   Пустота, оставленная без присмотра, быстро перестает быть таковой.

   — Сергей Мусаниф · книга
10. «

    Я познакомился с одним русским — мичманом спецназа. Мы вместе участвовали в одной операции. Несколько раз он спас меня, и мне не стыдно в этом признаться. Потом, когда все закончилось, я спросил его: почему русским всегда удается вылезать из любого дерьма, в которое не раз попадало их государство? И он мне ответил: просто мы никогда не сдаемся… — Но и американцы не сдаются, и… — начала Абигайль. — Правильно! Так я ему и сказал, а он говорит: «Нет, ты не понял. Американцы, как и многие другие, не сдаются потому, что у них практически всегда есть надежда. А если нет надежды, то есть надежда на надежду. А у нас — за тысячи лет — часто бывало, что нет вообще никакой надежды: все, кранты. Киев, Владимир — в руинах. Баскаки повсюду. Или Наполеон — в Москве. Гитлер, под которым уже вся Европа, на Волге… А мы все равно не сдаемся». Я тогда надолго задумался и спросил: «А в чем суть-то?..» — «Вот в этом и есть, — ответил он, — не сдаваться. Никогда. Можно проиграть, можно погибнуть, в жизни всякое бывает, а сдаваться нельзя никогда».

    Я познакомился с одним русским — мичманом спецназа. Мы вместе участвовали в одной операции. Несколько раз он спас меня, и мне не стыдно в этом признаться. Потом, когда все закончилось, я спросил его: почему русским всегда удается вылезать из любого дерьма, в которое не раз попадало их государство? И он мне ответил: просто мы никогда не сдаемся… — Но и американцы не сдаются, и… — начала Абигайль. — Правильно! Так я ему и сказал, а он говорит: «Нет, ты не понял. Американцы, как и многие другие, не сдаются потому, что у них практически всегда есть надежда. А если нет надежды, то есть надежда на надежду. А у нас — за тысячи лет — часто бывало, что нет вообще никакой надежды: все, кранты. Киев, Владимир — в руинах. Баскаки повсюду. Или Наполеон — в Москве. Гитлер, под которым уже вся Европа, на Волге… А мы все равно не сдаемся». Я тогда надолго задумался и спросил: «А в чем суть-то?..» — «Вот в этом и есть, — ответил он, — не сдаваться. Никогда. Можно проиграть, можно погибнуть, в жизни всякое бывает, а сдаваться нельзя никогда».

    — Сандерс · книга
11. «

    Мы верим, что в этом мире нет случайностей. Любое событие, сколь бы спонтанным и нелепым оно ни казалось, закономерно и является частью общей картины. Рок ведет тебя к твоей цели.

    Мы верим, что в этом мире нет случайностей. Любое событие, сколь бы спонтанным и нелепым оно ни казалось, закономерно и является частью общей картины. Рок ведет тебя к твоей цели.

    — Сергей Мусаниф · книга
12. «

    Все мы в руках рока независимо от степени нашей веры в него.

    Все мы в руках рока независимо от степени нашей веры в него.

    — Сергей Мусаниф · книга
13. «

    Насыщенная событиями жизнь отучила меня верить в бескорыстность человеческих поступков. И нечеловеческих, как выяснилось, тоже.

    Насыщенная событиями жизнь отучила меня верить в бескорыстность человеческих поступков. И нечеловеческих, как выяснилось, тоже.

    — Сергей Мусаниф · книга
14. «

    Я в очередной раз убедился, что используемые на станции электронные замки годятся только на то, чтобы останавливать хулиганствующую молодежь.

    Я в очередной раз убедился, что используемые на станции электронные замки годятся только на то, чтобы останавливать хулиганствующую молодежь.

    — Сергей Мусаниф · книга
15. «

    Жизнь — чертовски забавная штука.

    Жизнь — чертовски забавная штука.

    — Сергей Мусаниф · книга
16. «

    Лучший среди баранов все равно становится добычей для льва.

    Лучший среди баранов все равно становится добычей для льва.

    — Сергей Мусаниф · книга
17. «

    Чем сложнее план, тем больше вероятность, что все пойдет не так, как задумано.

    Чем сложнее план, тем больше вероятность, что все пойдет не так, как задумано.

    — Сергей Мусаниф · книга
18. «

    Потому как ежели дети до сих пор родителя уважают, да к слову его прислушиваются, при этом вполне успешно живя и собственным умом, так разве ж это не счастье? И не в этом ли мой самый важный и большой жизненный успех?

    Потому как ежели дети до сих пор родителя уважают, да к слову его прислушиваются, при этом вполне успешно живя и собственным умом, так разве ж это не счастье? И не в этом ли мой самый важный и большой жизненный успех?

    — Царь Федор. Орел взмывает ввысь · книга
19. «

    Дерево будущего не возникает из ниоткуда. Оно берет свои корни в прошлом, и оракул может сказать, в какую сторону будут повернуты ветки этого дерева.

    Дерево будущего не возникает из ниоткуда. Оно берет свои корни в прошлом, и оракул может сказать, в какую сторону будут повернуты ветки этого дерева.

    — Сергей Мусаниф · книга
20. «

    Люди больше любят принимать сторону не правого, а выигравшего. Или считающегося таковым.

    Люди больше любят принимать сторону не правого, а выигравшего. Или считающегося таковым.

    — Адамс · книга