Ромен Роллан: 26 фраз, которые разошлись на цитаты

Ромен Роллан — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 26 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   В жизни каждого человека наступает пора, когда надо дерзнуть быть несправедливым, уметь покончить со всяким восхищением и преклонением по чужой подсказке и все отмести: и ложь и правду – все, что ты сам не признал правдой. И воспитание ребенка, и все то, что он видит и слышит вокруг, отравляет его душу фальшью и глупостью – вперемежку с важнейшими истинами жизни, – и сбросить с себя все это – насущная потребность для юноши, который хочет превратиться в здорового духом человека.

   В жизни каждого человека наступает пора, когда надо дерзнуть быть несправедливым, уметь покончить со всяким восхищением и преклонением по чужой подсказке и все отмести: и ложь и правду – все, что ты сам не признал правдой. И воспитание ребенка, и все то, что он видит и слышит вокруг, отравляет его душу фальшью и глупостью – вперемежку с важнейшими истинами жизни, – и сбросить с себя все это – насущная потребность для юноши, который хочет превратиться в здорового духом человека.

   — Жан-Кристоф · книга
2. «

   Заботы о личном благе вполне естественны, и нельзя их скидывать со счетов. Но если заботиться только об этом, пренебрегая общественным благом и защитой всего человеческого общества, жизнь станет постыдной, мелкой и — прямо скажу — гнусной.

   Заботы о личном благе вполне естественны, и нельзя их скидывать со счетов. Но если заботиться только об этом, пренебрегая общественным благом и защитой всего человеческого общества, жизнь станет постыдной, мелкой и — прямо скажу — гнусной.
3. «

   Несправедливость неисчислима: исправляя одну, рискуешь совершить другую.

   Несправедливость неисчислима: исправляя одну, рискуешь совершить другую.
4. «

   Кто сам в себе носит солнце и жизнь, не станет искать света где-то на стороне.

   Кто сам в себе носит солнце и жизнь, не станет искать света где-то на стороне.
5. «

   Любовь стоит ровно столько, сколько стоит человек, который её испытывает.

   Любовь стоит ровно столько, сколько стоит человек, который её испытывает.
6. «

   Человек больших страстей не умеет притворяться.

   Человек больших страстей не умеет притворяться.

   — Очарованная душа · книга
7. «

   Ненависть — худший враг, чем враг.

   Ненависть — худший враг, чем враг.
8. «

   Великая подмога – уметь смеяться над самим собой, когда сглупил и видишь это.

   Великая подмога – уметь смеяться над самим собой, когда сглупил и видишь это.

   — Кола Брюньон · книга
9. «

   Добро — это не наука, а действие.

   Добро — это не наука, а действие.
10. «

    Если девушек нет в кровати, ими заполнен мозг.

    Если девушек нет в кровати, ими заполнен мозг.

    — Очарованная душа · книга
11. «

    Я делал все возможное, чтобы моих пятерых детей не душило уважение ко мне; и это мне, я бы сказал, удалось; но что бы вы ни делали и как бы они вас ни любили, они всегда будут смотреть на вас слегка как на чужого: вы пришли из краев, где они не родились, а вы не узнаете тех стран, куда они идут; так как же вам вполне понять друг друга? Вы друг друга стесняете, и вас это сердит. И потом страшно сказать: человек, которого больше всего любят, должен меньше всего подвергать испытанию любовь своих близких: это значило бы искушать бога. Нельзя слишком многого требовать от нашей человеческой природы. Хорошие дети хороши; мне жаловаться не на что. И они еще лучше, если не приходится к ним обращаться. Я бы мог многое рассказать на этот счет, если бы хотел. Словом, у меня есть гордость. Я не люблю отнимать пирог у тех, кому я его дал. Я словно говорю им: «Платите!»

    Я делал все возможное, чтобы моих пятерых детей не душило уважение ко мне; и это мне, я бы сказал, удалось; но что бы вы ни делали и как бы они вас ни любили, они всегда будут смотреть на вас слегка как на чужого: вы пришли из краев, где они не родились, а вы не узнаете тех стран, куда они идут; так как же вам вполне понять друг друга? Вы друг друга стесняете, и вас это сердит. И потом страшно сказать: человек, которого больше всего любят, должен меньше всего подвергать испытанию любовь своих близких: это значило бы искушать бога. Нельзя слишком многого требовать от нашей человеческой природы. Хорошие дети хороши; мне жаловаться не на что. И они еще лучше, если не приходится к ним обращаться. Я бы мог многое рассказать на этот счет, если бы хотел. Словом, у меня есть гордость. Я не люблю отнимать пирог у тех, кому я его дал. Я словно говорю им: «Платите!»

    — Кола Брюньон · книга
12. «

    За одну минуту любви больше узнаешь о человеке, чем за месяц наблюдений.

    За одну минуту любви больше узнаешь о человеке, чем за месяц наблюдений.
13. «

    Мужество ума состоит в том, чтобы не отступать перед тяготами умственного труда.

    Мужество ума состоит в том, чтобы не отступать перед тяготами умственного труда.
14. «

    Самых хороших и самых плохих актеров мы видим отнюдь не на сцене.

    Самых хороших и самых плохих актеров мы видим отнюдь не на сцене.
15. «

    Трижды убийца тот, кто убивает мысль.

    Трижды убийца тот, кто убивает мысль.
16. «

    Творить — значит убивать смерть.

    Творить — значит убивать смерть.
17. «

    Подлинное поражение, единственно непоправимое поражение, исходит не от врага, а от самого себя.

    Подлинное поражение, единственно непоправимое поражение, исходит не от врага, а от самого себя.
18. «

    У всякой нации, во всяком искусстве можно найти свою долю лицемерия. Мир питается крупицами истины и большим количеством лжи. Немощен ум человеческий: он плохо переносит правду в чистом виде; надо, чтобы религия, мораль, политика, чтобы поэты и художники подавали ему правду в шелухе лжи. Эта ложь подделывается под дух нации: она меняет свое обличье сообразно особенностям каждой из них; именно ложь так затрудняет взаимное понимание между народами, но зато взаимное презрение возникает легко и скоро. Все дышат ею от колыбели и до могилы; она становится какой-то непременной принадлежностью жизни. И лишь немногим гениям под силу стряхнуть с себя эту ложь, героически преодолеть кризисы, которые им приходится переживать в одиночестве, в вольном мире своей мысли.

    У всякой нации, во всяком искусстве можно найти свою долю лицемерия. Мир питается крупицами истины и большим количеством лжи. Немощен ум человеческий: он плохо переносит правду в чистом виде; надо, чтобы религия, мораль, политика, чтобы поэты и художники подавали ему правду в шелухе лжи. Эта ложь подделывается под дух нации: она меняет свое обличье сообразно особенностям каждой из них; именно ложь так затрудняет взаимное понимание между народами, но зато взаимное презрение возникает легко и скоро. Все дышат ею от колыбели и до могилы; она становится какой-то непременной принадлежностью жизни. И лишь немногим гениям под силу стряхнуть с себя эту ложь, героически преодолеть кризисы, которые им приходится переживать в одиночестве, в вольном мире своей мысли.

    — Жан-Кристоф · книга
19. «

    Никто не вправе жертвовать долгом во имя сердца.

    Никто не вправе жертвовать долгом во имя сердца.
20. «

    Ложь развращает того, кто ею пользуется, гораздо раньше, чем губит того, против кого она направлена.

    Ложь развращает того, кто ею пользуется, гораздо раньше, чем губит того, против кого она направлена.