26 цитат Сэма Хайеса — подборка на все случаи

Сэм Хайес — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 26 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Вспоминаются его слова: сначала ноги... носочки как у балерины... руки в замок... и входишь чистенько.

   Вспоминаются его слова: сначала ноги... носочки как у балерины... руки в замок... и входишь чистенько.

   — Ябеда · книга
2. «

   Докопаться до фактов — значит уничтожить бурлящее варево подозрений.

   Докопаться до фактов — значит уничтожить бурлящее варево подозрений.

   — Моя чужая дочь · книга
3. «

   Изучение местной истории сродни археологии. Упусти какую-нибудь деталь — и рискуешь неверно истолковать всё событие. Нарушь последовательность — и никогда не узнаешь, что именно случилось... Я хочу всё расставить по своим местам.

   Изучение местной истории сродни археологии. Упусти какую-нибудь деталь — и рискуешь неверно истолковать всё событие. Нарушь последовательность — и никогда не узнаешь, что именно случилось... Я хочу всё расставить по своим местам.

   — Ябеда · книга
4. «

   В гостиную вплыла Джози и озарила ее беспечностью и очарованием — искусство, которым она овладела, как только научилась ходить.

   В гостиную вплыла Джози и озарила ее беспечностью и очарованием — искусство, которым она овладела, как только научилась ходить.

   — Ябеда · книга
5. «

   Я выпотрошена, как покинутая раковина.

   Я выпотрошена, как покинутая раковина.

   — Ябеда · книга
6. «

   Он обнимает меня и не отпускает, и мало-помалу я забываю, где я и что я, тревога и боль бледнеют.

   Он обнимает меня и не отпускает, и мало-помалу я забываю, где я и что я, тревога и боль бледнеют.

   — Ябеда · книга
7. «

   Нина вышла в коридор и напрягла слух, затаив дыхание. Звуки были громкие и четкие — дверь хорошенько потянули, подергали за ручку. Она прекрасно знает голоса своего дома.

   Нина вышла в коридор и напрягла слух, затаив дыхание. Звуки были громкие и четкие — дверь хорошенько потянули, подергали за ручку. Она прекрасно знает голоса своего дома.

   — Ябеда · книга
8. «

   Единственное, чего Марк Мак-Кормак не сделал, это не стёр воспоминания. А они оказались самой неподъемной частью моего багажа, когда я по крутой лестнице волокла свою новую жизнь в комнатенку под крышей.

   Единственное, чего Марк Мак-Кормак не сделал, это не стёр воспоминания. А они оказались самой неподъемной частью моего багажа, когда я по крутой лестнице волокла свою новую жизнь в комнатенку под крышей.

   — Ябеда · книга
9. «

   Мы были с ней одинаковыми — брошенные сироты, которые не чаяли дождаться, когда кончится детство, и упорно бодали головой пустоту. Единственная разница была в том, что я теперь об этом ЗНАЛА. Я утратила благодать детского неведения.

   Мы были с ней одинаковыми — брошенные сироты, которые не чаяли дождаться, когда кончится детство, и упорно бодали головой пустоту. Единственная разница была в том, что я теперь об этом ЗНАЛА. Я утратила благодать детского неведения.

   — Ябеда · книга
10. «

    За восемь лет, проведённых в детском доме, во всём успела разобраться. Жизнь тут напоминала слоёный торт, который нам давали только на Рождество. Мы, дети, были фруктовой начинкой в самом низу — переспевшие бананы и персики с коричневыми бочками. Вроде и не нужны никому — и выбросить жалко.

    За восемь лет, проведённых в детском доме, во всём успела разобраться. Жизнь тут напоминала слоёный торт, который нам давали только на Рождество. Мы, дети, были фруктовой начинкой в самом низу — переспевшие бананы и персики с коричневыми бочками. Вроде и не нужны никому — и выбросить жалко.

    — Ябеда · книга
11. «

    У себя наверху они занялись любовью, беззвучно и медленно, — два родных тела, доверяющих и нужных друг другу.

    У себя наверху они занялись любовью, беззвучно и медленно, — два родных тела, доверяющих и нужных друг другу.

    — Ябеда · книга
12. «

    Когда в руках кисть, ему достаточно подумать о Нине — и его полотна наполняются будущим.

    Когда в руках кисть, ему достаточно подумать о Нине — и его полотна наполняются будущим.

    — Ябеда · книга
13. «

    Улыбка не сходила с ее лица, счастье струилось по венам теплым медом. Впервые в жизни ей казалось, что она не убегает, а бежит навстречу.

    Улыбка не сходила с ее лица, счастье струилось по венам теплым медом. Впервые в жизни ей казалось, что она не убегает, а бежит навстречу.

    — Ябеда · книга
14. «

    Там, внизу, темным-темно, — сказал он. — Следуй за пузырьками, они выведут на поверхность. А уж тогда — плыви что есть мочи!

    Там, внизу, темным-темно, — сказал он. — Следуй за пузырьками, они выведут на поверхность. А уж тогда — плыви что есть мочи!

    — Ябеда · книга
15. «

    В ответ на его слова в сердце Нины родилось теплое чувство, которое подхватило их обоих и понесло дальше — к любви, к женитьбе, к семье. В будущее.

    В ответ на его слова в сердце Нины родилось теплое чувство, которое подхватило их обоих и понесло дальше — к любви, к женитьбе, к семье. В будущее.

    — Ябеда · книга
16. «

    Надо посмотреть, все ли вещи девочки распаковали. Потом кровати, грязная одежда, косметика, фантики, салфетки и прочий девчачий хлам. Ещё нужно проверить, нет ли наркотиков, разобрать потерянные в прошлом году вещи, проконтролировать, чтобы все пообедали — у меня есть список малоежек.

    Надо посмотреть, все ли вещи девочки распаковали. Потом кровати, грязная одежда, косметика, фантики, салфетки и прочий девчачий хлам. Ещё нужно проверить, нет ли наркотиков, разобрать потерянные в прошлом году вещи, проконтролировать, чтобы все пообедали — у меня есть список малоежек.

    — Ябеда · книга
17. «

    Любить человека, которого у тебя отняли, – такая боль…

    Любить человека, которого у тебя отняли, – такая боль…

    — Моя чужая дочь · книга
18. «

    Мне удается выдавить улыбку — удивительное дело, я думала, у меня их уже не осталось.

    Мне удается выдавить улыбку — удивительное дело, я думала, у меня их уже не осталось.

    — Ябеда · книга
19. «

    С каждой стороны широкого постамента — дощечки с выгравированными на металле именами. — Местные жители, погибшие в двух мировых войнах. — Сняв очки, я представляю венки из алых маков, которые ложатся сюда в ноябре. В алфавитном порядке перечисляются фамилии здешних прихожан, павших в бою. Над каждой группой имен значится год смерти. — Сколько жизней потеряла эта деревня...

    С каждой стороны широкого постамента — дощечки с выгравированными на металле именами. — Местные жители, погибшие в двух мировых войнах. — Сняв очки, я представляю венки из алых маков, которые ложатся сюда в ноябре. В алфавитном порядке перечисляются фамилии здешних прихожан, павших в бою. Над каждой группой имен значится год смерти. — Сколько жизней потеряла эта деревня...

    — Ябеда · книга
20. «

    Голову даю на отсечение — маршрут стал другим. Ей-богу, это место непрестанно меняется, здание поворачивается на своем фундаменте, со скрипом приноравливается к переделкам. Словно строители-невидимки еженощно перекладывают стены, пробивают новые дверные проемы, добавляют проходы в запутанную сеть коридоров.

    Голову даю на отсечение — маршрут стал другим. Ей-богу, это место непрестанно меняется, здание поворачивается на своем фундаменте, со скрипом приноравливается к переделкам. Словно строители-невидимки еженощно перекладывают стены, пробивают новые дверные проемы, добавляют проходы в запутанную сеть коридоров.

    — Ябеда · книга