31 цитата Сэмюэла Беккета

Ниже 31 цитата Сэмюэла Беккета — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Думаешь, ты из одного куска? — Из тысячи.

   — Думаешь, ты из одного куска? — Из тысячи.

   — Конец игры · книга
2. «

   just think if all this one day all this one fine day just think if one day one fine day all this stopped just think

   just think if all this one day all this one fine day just think if one day one fine day all this stopped just think
3. «

   Вчерашний день такой человек помнит не лучше, чем завтрашний. Его.вчера сушится на бельевой веревке, а чуть дальше полощется на ветру самый дождливый в истории наблюдений августовский национальный праздник.

   Вчерашний день такой человек помнит не лучше, чем завтрашний. Его.вчера сушится на бельевой веревке, а чуть дальше полощется на ветру самый дождливый в истории наблюдений августовский национальный праздник.

   — Осколки · книга
4. «

   Меры предосторожности, как и решения, надо принимать с предосторожностью.

   Меры предосторожности, как и решения, надо принимать с предосторожностью.

   — Трилогия: Моллой. Мэлон умирает. Безымянный · книга
5. «

   Повторяя снова любимых не отнимут ни девять дней Ни девять месяцев Ни девять жизней Повторяя снова Если ты не научишь меня я не научусь Повторяя снова есть последнее Из последних времен Времен мольбы Времен любви Времен когда знаешь что не знаешь и притворяешься Последнее из последних времен когда есть слова Если ты не полюбишь меня никто меня не полюбит Если я не буду любить тебя я не буду любить никого В сердце снова мешанина слов Любовь любовь любовь чавкает старый поршень Взбивая все ту же Сыворотку слов И снова страшно Не любить Любить но не тебя Быть любимым но не тобой

   Повторяя снова любимых не отнимут ни девять дней Ни девять месяцев Ни девять жизней Повторяя снова Если ты не научишь меня я не научусь Повторяя снова есть последнее Из последних времен Времен мольбы Времен любви Времен когда знаешь что не знаешь и притворяешься Последнее из последних времен когда есть слова Если ты не полюбишь меня никто меня не полюбит Если я не буду любить тебя я не буду любить никого В сердце снова мешанина слов Любовь любовь любовь чавкает старый поршень Взбивая все ту же Сыворотку слов И снова страшно Не любить Любить но не тебя Быть любимым но не тобой
6. «

   Спал ли я, когда другие страдали. Сплю ли я сейчас? Завтра, когда мне покажется, что я проснулся, что скажу я про этот день?

   Спал ли я, когда другие страдали. Сплю ли я сейчас? Завтра, когда мне покажется, что я проснулся, что скажу я про этот день?

   — Владимир · книга
7. «

   Сначала, когда все изменилось, я возблагодарил Господа. Я думал, конечно, сказано, все теперь прошло..

   Сначала, когда все изменилось, я возблагодарил Господа. Я думал, конечно, сказано, все теперь прошло..

   — Игра · книга
8. «

   — Но ты не можешь идти босиком. — Иисус мог. — Иисус! Нашел кого вспомнить! Ты же не будешь себя с ним сравнивать? — Всю свою жизнь я себя с ним сравнивал. — Но там было тепло! Там было хорошо! — Да. И распинали на крестах.

   — Но ты не можешь идти босиком. — Иисус мог. — Иисус! Нашел кого вспомнить! Ты же не будешь себя с ним сравнивать? — Всю свою жизнь я себя с ним сравнивал. — Но там было тепло! Там было хорошо! — Да. И распинали на крестах.

   — Владимир · книга
9. «

   Итак, он снова был мой. Целиком. Я была счастлива. Я ходила и пела. Мир.

   Итак, он снова был мой. Целиком. Я была счастлива. Я ходила и пела. Мир.

   — Игра · книга
10. «

    Try Again. Fail again. Fail better.

    Try Again. Fail again. Fail better.
11. «

    Мы довольны. (Молчание.) Что нам теперь делать, когда мы довольны?

    Мы довольны. (Молчание.) Что нам теперь делать, когда мы довольны?

    — Эстрагон · книга
12. «

    О да, я еще надеюсь дожить до этого дня, чтобы услышать, как ты зовешь меня, — зовешь так, как будто ты опять маленький и боишься темноты, а я — твоя единственная надежда.

    О да, я еще надеюсь дожить до этого дня, чтобы услышать, как ты зовешь меня, — зовешь так, как будто ты опять маленький и боишься темноты, а я — твоя единственная надежда.

    — Нагг · книга
13. «

    Каким бы ни был объект, наша жажда обладания неутолима по определению.

    Каким бы ни был объект, наша жажда обладания неутолима по определению.

    — Осколки · книга
14. «

    ... Для чего тогда ты лезешь из кожи, чтобы переделать меня? Чтобы тебе не надо было больше меня любить... — чтобы над тобой не висел приговор любить меня, чтобы ты получила увольнительную от любви ко мне... Все женщины одинаковы, до черта одинаковы, вы не можете любить, сходите с дистанции,... вы не можете любить и пяти минут, чтобы не захотеть покончить с любовью с помощью пащенков и чертова домашнего хозяйства. Боже мой, как я ненавижу Венеру-кухарку и ее секс а-ля сосиски с пюре.

    ... Для чего тогда ты лезешь из кожи, чтобы переделать меня? Чтобы тебе не надо было больше меня любить... — чтобы над тобой не висел приговор любить меня, чтобы ты получила увольнительную от любви ко мне... Все женщины одинаковы, до черта одинаковы, вы не можете любить, сходите с дистанции,... вы не можете любить и пяти минут, чтобы не захотеть покончить с любовью с помощью пащенков и чертова домашнего хозяйства. Боже мой, как я ненавижу Венеру-кухарку и ее секс а-ля сосиски с пюре.

    — Мерфи · книга
15. «

    Научись сначала ходить, потом будешь брать уроки плавания.

    Научись сначала ходить, потом будешь брать уроки плавания.

    — Трилогия: Моллой. Мэлон умирает. Безымянный · книга
16. «

    Sleep till death Healeth Come ease This life disease.

    Sleep till death Healeth Come ease This life disease.
17. «

    Так утверждается изобразительная множественность Альбертины, которая со временем разовьется в ее пластическую, и нравственную множественность — не просто состоящую в смене выражающих внутреннее разнообразие граней, вызванных изменением угла зрения наблюдателя, но сводящуюся к множественности в глубине, сумятице объективных, внутренне присущих противоречий, над которыми субъект безвластен.

    Так утверждается изобразительная множественность Альбертины, которая со временем разовьется в ее пластическую, и нравственную множественность — не просто состоящую в смене выражающих внутреннее разнообразие граней, вызванных изменением угла зрения наблюдателя, но сводящуюся к множественности в глубине, сумятице объективных, внутренне присущих противоречий, над которыми субъект безвластен.

    — Осколки · книга
18. «

    — Мы всегда что-нибудь придумываем, а, Диди, чтобы сделать вид, что мы живем. — (нетерпеливо) Да, да. Мы волшебники. Мы не даем сбить себя с толку.

    — Мы всегда что-нибудь придумываем, а, Диди, чтобы сделать вид, что мы живем. — (нетерпеливо) Да, да. Мы волшебники. Мы не даем сбить себя с толку.

    — Владимир · книга
19. «

    — Не будем говорить плохо о нашей эпохе, она не страшнее предыдущих. (молчание) И хорошо о ней не будем говорить. (молчание) Не будем о ней говорить. (молчание)

    — Не будем говорить плохо о нашей эпохе, она не страшнее предыдущих. (молчание) И хорошо о ней не будем говорить. (молчание) Не будем о ней говорить. (молчание)

    — Поццо · книга
20. «

    Восстанавливать тишину — привилегия окружающих нас предметов.

    Восстанавливать тишину — привилегия окружающих нас предметов.

    — Трилогия: Моллой. Мэлон умирает. Безымянный · книга