28 цитат, которые говорил Сергей Александрович Караганов

Подборка из 28 цитат Сергея Александровича Караганова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Но кто сейчас думает о приличиях? Власти Запада в истерике, потому что не управляют своими обществами, с одной стороны, и потому что до них только сейчас доходит простая истина — их нынешняя либеральная демократия уходит в прошлое. Когда-то в СССР говорили о коммунизме как о будущем всего человечества и весьма болезненно реагировали на любые доказательства того, что это не так. Сегодня Западу становится очевидным, что либеральная демократия также не является будущим человечества. Оно (будущее) не определено, и есть множество вариантов того, как оно будет строиться.

   Но кто сейчас думает о приличиях? Власти Запада в истерике, потому что не управляют своими обществами, с одной стороны, и потому что до них только сейчас доходит простая истина — их нынешняя либеральная демократия уходит в прошлое. Когда-то в СССР говорили о коммунизме как о будущем всего человечества и весьма болезненно реагировали на любые доказательства того, что это не так. Сегодня Западу становится очевидным, что либеральная демократия также не является будущим человечества. Оно (будущее) не определено, и есть множество вариантов того, как оно будет строиться.
2. «

   Трагическая ошибка внешней политики последних двадцати пяти лет, не последних трёх — четырёх, — это желание понравиться Западу и надежда, что нас туда примут. Это была трагическая ошибка, которая привела... Мы являемся соучастниками нынешней трагедии в Украине, потому что мы слишком долго улыбались, думали, что как-нибудь рассосётся; на авось; подписывали основополагающий акт Россия-НАТО, и это всё тянулось где-то до 2008 — 2009 года — мы пытались договориться... И мы, таким образом, наших соседей тоже как бы сиренами загнали; они думали, что мы такие и будем, что вообще они всегда будут побеждать. Если бы мы встали пожёстче, там десять лет тому назад, то может быть не было бы вот этой трагедии Украины, которая теперь безысходна... Это наша ошибка.

   Трагическая ошибка внешней политики последних двадцати пяти лет, не последних трёх — четырёх, — это желание понравиться Западу и надежда, что нас туда примут. Это была трагическая ошибка, которая привела... Мы являемся соучастниками нынешней трагедии в Украине, потому что мы слишком долго улыбались, думали, что как-нибудь рассосётся; на авось; подписывали основополагающий акт Россия-НАТО, и это всё тянулось где-то до 2008 — 2009 года — мы пытались договориться... И мы, таким образом, наших соседей тоже как бы сиренами загнали; они думали, что мы такие и будем, что вообще они всегда будут побеждать. Если бы мы встали пожёстче, там десять лет тому назад, то может быть не было бы вот этой трагедии Украины, которая теперь безысходна... Это наша ошибка.
3. «

   Что делать? Думать своей головой. И прекратить говорить «Как на Западе». Даже в нашей узкой компании. Единственное, что можно сказать — не делать как на Западе. Надо делать так, как нужно, как велит нам наша история, наша совесть, наши традиции, которые впитали и европейскую гуманистическую традицию.

   Что делать? Думать своей головой. И прекратить говорить «Как на Западе». Даже в нашей узкой компании. Единственное, что можно сказать — не делать как на Западе. Надо делать так, как нужно, как велит нам наша история, наша совесть, наши традиции, которые впитали и европейскую гуманистическую традицию.
4. «

   Путин очень чутко прислушивается к мнению населения. Для него это важно. Мы сейчас переживаем время реакции, но откройте «ящик Пандоры» — и вы увидите, что народ наш — антизападник. Авторитаризм России не навязан сверху. Он результат нашей истории, сформировавшей наш генетический код. Без централизации власти нельзя было освоить и обеспечить безопасность такой гигантской страны с географически не защищёнными границами. Когда эта власть ослабевала — в начале XVII века — были смута, развал и интервенция поляков. То же самое — развал, гражданская война, интервенция — последовало после демократической революции февраля 1917 года. А потом пришли большевики и ужас ГУЛАГа. До сих пор считаю, что страна чудом не погибла после революции 1991 года и последовавшего развала.

   Путин очень чутко прислушивается к мнению населения. Для него это важно. Мы сейчас переживаем время реакции, но откройте «ящик Пандоры» — и вы увидите, что народ наш — антизападник. Авторитаризм России не навязан сверху. Он результат нашей истории, сформировавшей наш генетический код. Без централизации власти нельзя было освоить и обеспечить безопасность такой гигантской страны с географически не защищёнными границами. Когда эта власть ослабевала — в начале XVII века — были смута, развал и интервенция поляков. То же самое — развал, гражданская война, интервенция — последовало после демократической революции февраля 1917 года. А потом пришли большевики и ужас ГУЛАГа. До сих пор считаю, что страна чудом не погибла после революции 1991 года и последовавшего развала.
5. «

   Ситуация усугубляется «стратегическим паразитизмом» – за 75 лет относительного мира люди забыли ужасы войны, перестали бояться даже ядерного оружия. Повсеместно, но особенно на Западе, ослаб инстинкт самосохранения. Я многие годы занимался историей ядерной стратегии и пришёл для себя к однозначному, пусть и звучащему не совсем научно, выводу. Появление ядерного оружия – результат вмешательства Всевышнего, который ужаснулся, увидев, что люди, европейцы и примкнувшие к ним японцы, развязали на протяжении одного поколения две мировые войны, унёсшие десятки миллионов жизней, и вручил человечеству оружие Армагеддона, показал потерявшим страх перед адом, что он существует. На этом страхе покоился относительный мир последних трех четвертей века. Теперь этот страх пропал. Происходит немыслимое с точки зрения прежних представлений о ядерном сдерживании – правящие круги группы стран в припадке отчаянной ярости развязали полномасштабную войну в подбрюшье ядерной сверхдержавы. Страх ядерной эскалации нужно восстанавливать. Иначе человечество обречено.

   Ситуация усугубляется «стратегическим паразитизмом» – за 75 лет относительного мира люди забыли ужасы войны, перестали бояться даже ядерного оружия. Повсеместно, но особенно на Западе, ослаб инстинкт самосохранения. Я многие годы занимался историей ядерной стратегии и пришёл для себя к однозначному, пусть и звучащему не совсем научно, выводу. Появление ядерного оружия – результат вмешательства Всевышнего, который ужаснулся, увидев, что люди, европейцы и примкнувшие к ним японцы, развязали на протяжении одного поколения две мировые войны, унёсшие десятки миллионов жизней, и вручил человечеству оружие Армагеддона, показал потерявшим страх перед адом, что он существует. На этом страхе покоился относительный мир последних трех четвертей века. Теперь этот страх пропал. Происходит немыслимое с точки зрения прежних представлений о ядерном сдерживании – правящие круги группы стран в припадке отчаянной ярости развязали полномасштабную войну в подбрюшье ядерной сверхдержавы. Страх ядерной эскалации нужно восстанавливать. Иначе человечество обречено.
6. «

   Из-за экономического спада, который только начинает развёртываться в мире, посыпется огромное количество государств и систем. Мой ответ для нас простой – неоизоляционизм. Это значит – рубить по возможности все точки внешней уязвимости и заниматься своими внутренними делами, экономическим возрождением и формированием идеологии. В нынешнем мире, который на глазах теряет стабильность, любое вовлечение есть не актив, а пассив. Любое! Даже если покажется, что вы где-то побеждаете, эти победы будут стоить дорого, и они преходящи. Поэтому стратегия на ближайшие два-четыре года – максимальное отгораживание от внешнего мира и концентрация на решении своих проблем. Это единственный на сегодня путь.

   Из-за экономического спада, который только начинает развёртываться в мире, посыпется огромное количество государств и систем. Мой ответ для нас простой – неоизоляционизм. Это значит – рубить по возможности все точки внешней уязвимости и заниматься своими внутренними делами, экономическим возрождением и формированием идеологии. В нынешнем мире, который на глазах теряет стабильность, любое вовлечение есть не актив, а пассив. Любое! Даже если покажется, что вы где-то побеждаете, эти победы будут стоить дорого, и они преходящи. Поэтому стратегия на ближайшие два-четыре года – максимальное отгораживание от внешнего мира и концентрация на решении своих проблем. Это единственный на сегодня путь.
7. «

   Главная причина проигрыша Советского Союза в конце 1980-х состояла в том, что народ нашей «одной шестой части суши» был плохо накормлен, а элита страны расколота и полагала себя ущербной. <...> Сегодня основная часть элиты сплочена, чувствует, в отличие от советской, моральную правоту, да и народ накормлен. Это во-первых. Во-вторых, нет той изнуряющей гонки вооружений, в какую был втянут СССР: Россия тратит на перевооружение армии лишь малую толику средств, которые выделял в своё время Советский Союз. Не давят на российский бюджет и чудовищные траты на содержание гигантской империи — стран соцориентации в «третьем мире». Есть ещё пять-шесть показателей, по которым можно проводить замеры и убедиться в разнице между той ситуацией и нынешней. <...> Укажу ещё три ключевых фактора: первый — Китай, в прошлой холодной войне он был противником СССР. Мы реально были «полуокружены». А сейчас Пекин — де-факто союзник России, тогда как последние действия Трампа в отношении Пекина общеизвестны. Америка пошла на одновременное враждебное сдерживание и России, и Китая. Россия — ближайшая, КНР — второочередная, но вместе с тем основная цель. Второй фактор — состояние Запада. 30 лет тому назад он был на подъёме, сейчас — в состоянии быстрого спада. Третий — наличие у России опыта предыдущей холодной войны.

   Главная причина проигрыша Советского Союза в конце 1980-х состояла в том, что народ нашей «одной шестой части суши» был плохо накормлен, а элита страны расколота и полагала себя ущербной. <...> Сегодня основная часть элиты сплочена, чувствует, в отличие от советской, моральную правоту, да и народ накормлен. Это во-первых. Во-вторых, нет той изнуряющей гонки вооружений, в какую был втянут СССР: Россия тратит на перевооружение армии лишь малую толику средств, которые выделял в своё время Советский Союз. Не давят на российский бюджет и чудовищные траты на содержание гигантской империи — стран соцориентации в «третьем мире». Есть ещё пять-шесть показателей, по которым можно проводить замеры и убедиться в разнице между той ситуацией и нынешней. <...> Укажу ещё три ключевых фактора: первый — Китай, в прошлой холодной войне он был противником СССР. Мы реально были «полуокружены». А сейчас Пекин — де-факто союзник России, тогда как последние действия Трампа в отношении Пекина общеизвестны. Америка пошла на одновременное враждебное сдерживание и России, и Китая. Россия — ближайшая, КНР — второочередная, но вместе с тем основная цель. Второй фактор — состояние Запада. 30 лет тому назад он был на подъёме, сейчас — в состоянии быстрого спада. Третий — наличие у России опыта предыдущей холодной войны.
8. «

   А вы верите в «первоисточники», кроме, естественно, официальных заявлений российского правительства? <...> Я предпочитаю «первоисточникам» не верить, потому что мы находимся в, так называемом, тумане войны, а первое, что погибает на войне — это правда.

   А вы верите в «первоисточники», кроме, естественно, официальных заявлений российского правительства? <...> Я предпочитаю «первоисточникам» не верить, потому что мы находимся в, так называемом, тумане войны, а первое, что погибает на войне — это правда.
9. «

   А для этого необходимо восстановить в нём [в противнике] утраченное чувство самосохранения, убедив, что попытки измотать Россию натравливанием на неё украинцев, контрпродуктивны для самого Запада. Придётся восстанавливать убедительность ядерного сдерживания, понижая недопустимо задранный порог применения ядерного оружия, расчётливо, но быстро идя вверх по лестнице сдерживания-эскалации. Первые шаги уже сделаны соответствующими заявлениями президента и других руководителей, началом развёртывания в Белоруссии ядерного оружия и его носителей, повышением боеспособности сил стратегического сдерживания. Ступеней на этой лестнице немало. Я насчитал десятка два. Дело может дойти и до предупреждения соотечественников и всех людей доброй воли о необходимости покинуть места проживания вблизи объектов, которые могут стать целями ядерных ударов в странах, оказывающих непосредственную поддержку киевскому режиму. Противник должен знать, что мы готовы нанести упреждающий удар возмездия за все его нынешние и прошлые агрессии, чтобы предотвратить сползание к глобальной термоядерной войне. Много раз я говорил и писал, что, если правильно построить стратегию устрашения и даже применения, риск «ответного» ядерного, да и любого другого удара по нашей территории можно свести к минимуму. Только если в Белом доме будет сидеть безумец, да к тому же ненавидящий свою страну, Америка решится на удар в «защиту» европейцев, навлекая на себя ответ, жертвуя условным Бостоном ради условной Познани. И об этом и в США, и в Европе прекрасно знают, просто предпочитают не думать. Да и мы содействовали этому бездумию своими миролюбивыми заявлениями.

   А для этого необходимо восстановить в нём [в противнике] утраченное чувство самосохранения, убедив, что попытки измотать Россию натравливанием на неё украинцев, контрпродуктивны для самого Запада. Придётся восстанавливать убедительность ядерного сдерживания, понижая недопустимо задранный порог применения ядерного оружия, расчётливо, но быстро идя вверх по лестнице сдерживания-эскалации. Первые шаги уже сделаны соответствующими заявлениями президента и других руководителей, началом развёртывания в Белоруссии ядерного оружия и его носителей, повышением боеспособности сил стратегического сдерживания. Ступеней на этой лестнице немало. Я насчитал десятка два. Дело может дойти и до предупреждения соотечественников и всех людей доброй воли о необходимости покинуть места проживания вблизи объектов, которые могут стать целями ядерных ударов в странах, оказывающих непосредственную поддержку киевскому режиму. Противник должен знать, что мы готовы нанести упреждающий удар возмездия за все его нынешние и прошлые агрессии, чтобы предотвратить сползание к глобальной термоядерной войне. Много раз я говорил и писал, что, если правильно построить стратегию устрашения и даже применения, риск «ответного» ядерного, да и любого другого удара по нашей территории можно свести к минимуму. Только если в Белом доме будет сидеть безумец, да к тому же ненавидящий свою страну, Америка решится на удар в «защиту» европейцев, навлекая на себя ответ, жертвуя условным Бостоном ради условной Познани. И об этом и в США, и в Европе прекрасно знают, просто предпочитают не думать. Да и мы содействовали этому бездумию своими миролюбивыми заявлениями.
10. «

    Но что, если не отступят? Уже окончательно потеряли чувство самосохранения? Тогда придётся бить по группе целей в ряде стран, чтобы привести в чувства потерявших разум. Это морально страшный выбор – мы применяем оружие Бога, обрекая себя на тяжкие духовные потери. Но если этого не сделать, не только Россия может погибнуть, но скорее всего закончится вся человеческая цивилизация.

    Но что, если не отступят? Уже окончательно потеряли чувство самосохранения? Тогда придётся бить по группе целей в ряде стран, чтобы привести в чувства потерявших разум. Это морально страшный выбор – мы применяем оружие Бога, обрекая себя на тяжкие духовные потери. Но если этого не сделать, не только Россия может погибнуть, но скорее всего закончится вся человеческая цивилизация.
11. «

    С точки зрения идеологии, то могу вам сказать, — да, мы заменили пустое неверие и разочарование Советского Союза государственным национализмом, патриотизмом, который разделяет большинство населения. Это крепкая основа для сохранения государства, поэтому Россия несравненно сильнее, чем Советский Союз.

    С точки зрения идеологии, то могу вам сказать, — да, мы заменили пустое неверие и разочарование Советского Союза государственным национализмом, патриотизмом, который разделяет большинство населения. Это крепкая основа для сохранения государства, поэтому Россия несравненно сильнее, чем Советский Союз.
12. «

    Никакие договоренности не работают, пока они не подперты железными столбами, в данном случае — ракетными. <...> Они сражаются за сохранение своего доминирования в мире, за способность и дальше грабить весь мир, поэтому у них коренные интересы затронуты и простыми словами, как мы убедились на протяжении двадцати пяти лет, их не уговорить. <...> Нужно довести дело до того, что наши западные партнеры поняли бы, что у них три выхода: первый выход — это уйти без позора, второй — бежать, как из Афганистана и Вьетнама, но с гораздо более худшим исходом, поскольку к ним хлынут сотни тысяч озверевших, обманутых, вооруженных мужиков, которых мы естественно вытесним со своей территории. Ну или доиграться до совсем плохого. <...> Договариваться можно только одним более-менее простым способом — разгромить западную армию, которая в значительной степени состоит из украинских солдат, но там есть и все остальные и затем, отгородиться. Вот эти западные области, которые могут остаться в составе того, что останется украинским государством (если что-то останется), нужно просто забором огородить и туда сгрузить всю вот эту вот накипь, которая там сейчас образовалась, и забыть на какое-то время о том, что там на западе от наших границ происходит. <...> Железная стена. <...> Соединенные Штаты Америки начали отступление. Они уже отступают. <...> Уходя, они будут дестабилизировать куски Евразии. Этот период, я называю его, двадцатилетним, нужно прожить. <...> С этими людьми договориться нельзя, даже если придет относительно трезвый лидер в Соединенных Штатах Америки, всё равно за ним стоит, озверевшая от своих поражений, элита. <...> С моей точки зрения, там несколько областей нужно оставить, туда сгрузить всю эту нечисть, которая там образовалась, и дать тем людям, которые не хотят жить в России, возможность жить в независимом государстве. <...> Учитывая наличие ядерного оружия, мы можем спокойно отгородиться и оставить их заниматься своими собственными делами, может быть когда-нибудь они выздоровеют. <...> Это нужно завершать в течение одного года. <...> Нужно говорить жестко и прямо: либо вы отступаете, либо вам конец. <...> Зачем нам развал Соединенных Штатов Америки? Нам нужно, чтобы Америка убралась с глобалистских позиций, которые она случайно захватила благодаря Второй Мировой войне, а потом вообще превратилась в гегемона, благодаря нашей советской глупости, что мы допустили развал Советского Союза. <...> Но ни в коем случае не надо нам заниматься сдерживанием в большом смысле — наносить ущерб Соединенным Штатам Америки. Зачем? Пускай они сами этим занимаются. Мы их должны оттолкнуть.

    Никакие договоренности не работают, пока они не подперты железными столбами, в данном случае — ракетными. <...> Они сражаются за сохранение своего доминирования в мире, за способность и дальше грабить весь мир, поэтому у них коренные интересы затронуты и простыми словами, как мы убедились на протяжении двадцати пяти лет, их не уговорить. <...> Нужно довести дело до того, что наши западные партнеры поняли бы, что у них три выхода: первый выход — это уйти без позора, второй — бежать, как из Афганистана и Вьетнама, но с гораздо более худшим исходом, поскольку к ним хлынут сотни тысяч озверевших, обманутых, вооруженных мужиков, которых мы естественно вытесним со своей территории. Ну или доиграться до совсем плохого. <...> Договариваться можно только одним более-менее простым способом — разгромить западную армию, которая в значительной степени состоит из украинских солдат, но там есть и все остальные и затем, отгородиться. Вот эти западные области, которые могут остаться в составе того, что останется украинским государством (если что-то останется), нужно просто забором огородить и туда сгрузить всю вот эту вот накипь, которая там сейчас образовалась, и забыть на какое-то время о том, что там на западе от наших границ происходит. <...> Железная стена. <...> Соединенные Штаты Америки начали отступление. Они уже отступают. <...> Уходя, они будут дестабилизировать куски Евразии. Этот период, я называю его, двадцатилетним, нужно прожить. <...> С этими людьми договориться нельзя, даже если придет относительно трезвый лидер в Соединенных Штатах Америки, всё равно за ним стоит, озверевшая от своих поражений, элита. <...> С моей точки зрения, там несколько областей нужно оставить, туда сгрузить всю эту нечисть, которая там образовалась, и дать тем людям, которые не хотят жить в России, возможность жить в независимом государстве. <...> Учитывая наличие ядерного оружия, мы можем спокойно отгородиться и оставить их заниматься своими собственными делами, может быть когда-нибудь они выздоровеют. <...> Это нужно завершать в течение одного года. <...> Нужно говорить жестко и прямо: либо вы отступаете, либо вам конец. <...> Зачем нам развал Соединенных Штатов Америки? Нам нужно, чтобы Америка убралась с глобалистских позиций, которые она случайно захватила благодаря Второй Мировой войне, а потом вообще превратилась в гегемона, благодаря нашей советской глупости, что мы допустили развал Советского Союза. <...> Но ни в коем случае не надо нам заниматься сдерживанием в большом смысле — наносить ущерб Соединенным Штатам Америки. Зачем? Пускай они сами этим занимаются. Мы их должны оттолкнуть.
13. «

    Новая эпоха наступает. Но наступление новой эпохи займёт ну минимум пятнадцать лет. Поэтому, нам и спешить нельзя и надо понимать, что эти пятнадцать лет, по крайней мере — первая половина из этих пятнадцати лет, пройдут в очень острой и жёсткой борьбе. Поэтому нужно понимать, что история на нашей стороне, подкручивать, помогать ей, но ломиться в дверь истории, мне кажется, не надо. И, по-моему, Си Цзиньпин крайне осторожен. Мы, как русские, иногда говорим гораздо более ярко и гораздо более сильно. У нас другой национальный характер — мы не купцы, мы воины, но нам в этой ситуации нужно действовать тоже достаточно осмотрительно. Впрочем, в последние годы мы стали действовать именно таким образом.

    Новая эпоха наступает. Но наступление новой эпохи займёт ну минимум пятнадцать лет. Поэтому, нам и спешить нельзя и надо понимать, что эти пятнадцать лет, по крайней мере — первая половина из этих пятнадцати лет, пройдут в очень острой и жёсткой борьбе. Поэтому нужно понимать, что история на нашей стороне, подкручивать, помогать ей, но ломиться в дверь истории, мне кажется, не надо. И, по-моему, Си Цзиньпин крайне осторожен. Мы, как русские, иногда говорим гораздо более ярко и гораздо более сильно. У нас другой национальный характер — мы не купцы, мы воины, но нам в этой ситуации нужно действовать тоже достаточно осмотрительно. Впрочем, в последние годы мы стали действовать именно таким образом.
14. «

    Когда мы рванули к Европе, мы, конечно же, хотели стать частью её политической и военной системы. Недальновидность и жадность — я не могу и не хочу искать другую формулировку причин того, что западные коллеги это стремление отвергли. Это была трагическая ошибка для всех, особенно для Европы. Там не увидели надвигающегося будущего — уже наступало коренное изменение соотношения сил в мире. Была почти неизбежной дальнейшая потеря Западом военного превосходства — фундамента с XVI века его гегемонии в политической, экономической и культурной сферах. У Европы была фантастическая возможность укрепить свою безопасность и мировые позиции. <...> Теперь Россия в военно-политическом отношении — важнейшая часть не-Запада. И этим добивает его военное превосходство.

    Когда мы рванули к Европе, мы, конечно же, хотели стать частью её политической и военной системы. Недальновидность и жадность — я не могу и не хочу искать другую формулировку причин того, что западные коллеги это стремление отвергли. Это была трагическая ошибка для всех, особенно для Европы. Там не увидели надвигающегося будущего — уже наступало коренное изменение соотношения сил в мире. Была почти неизбежной дальнейшая потеря Западом военного превосходства — фундамента с XVI века его гегемонии в политической, экономической и культурной сферах. У Европы была фантастическая возможность укрепить свою безопасность и мировые позиции. <...> Теперь Россия в военно-политическом отношении — важнейшая часть не-Запада. И этим добивает его военное превосходство.
15. «

    Россия делает упор на защиту таких понятий, как честь, национальное достоинство, мужество. Эти ценности для многих европейцев кажутся устаревшими, из их опасного прошлого. Из тех войн, которые европейцы развязывали и проиграли. Но Россия-то чудовищной ценой их выиграла. И готова защищать свой суверенитет и ценности и силой. К тому же эти ценности, видимо, понадобятся и Европе. В условном «мире Путина» немыслимо, чтобы в массе своей мужчины не защищали своих и чужих женщин, как это было в Кельне во время безобразия иммигрантов. Но европейцы, видимо, боятся этого нового жесткого мира, который во многом олицетворяет сегодняшняя Россия.

    Россия делает упор на защиту таких понятий, как честь, национальное достоинство, мужество. Эти ценности для многих европейцев кажутся устаревшими, из их опасного прошлого. Из тех войн, которые европейцы развязывали и проиграли. Но Россия-то чудовищной ценой их выиграла. И готова защищать свой суверенитет и ценности и силой. К тому же эти ценности, видимо, понадобятся и Европе. В условном «мире Путина» немыслимо, чтобы в массе своей мужчины не защищали своих и чужих женщин, как это было в Кельне во время безобразия иммигрантов. Но европейцы, видимо, боятся этого нового жесткого мира, который во многом олицетворяет сегодняшняя Россия.
16. «

    Если быть абсолютно смертельно серьёзными на такие обвинения, то нужно прекращать дипломатические отношения, выдвигать флот и начинать угрожать, потому что это объявление войны. Вместо этого — наши посмеиваются. Что лучше? Тем более что, как мне кажется, наши партнёры не достойны серьёзного ответа пока.

    Если быть абсолютно смертельно серьёзными на такие обвинения, то нужно прекращать дипломатические отношения, выдвигать флот и начинать угрожать, потому что это объявление войны. Вместо этого — наши посмеиваются. Что лучше? Тем более что, как мне кажется, наши партнёры не достойны серьёзного ответа пока.
17. «

    Поляки — отчаянный народ, они готовы повеситься, чтобы только досадить России.

    Поляки — отчаянный народ, они готовы повеситься, чтобы только досадить России.
18. «

    Европейская политическая культура добра не помнит.

    Европейская политическая культура добра не помнит.
19. «

    Нужна новая наступательная идеология, которая восстановила бы русский кураж внутри и спроецировалась бы затем вовне. У нас огромное количество идей, которые лежат на столе и которые мы не используем. Одна из задач России – прекратить отплёвываться от Запада. Мы должны смотреть на них с достаточным уровнем высокомерия. Они переживают цивилизационный кризис. Можем даже с сочувствием на них смотреть, не реагируя на всякую дрянь, которую они сыпят.

    Нужна новая наступательная идеология, которая восстановила бы русский кураж внутри и спроецировалась бы затем вовне. У нас огромное количество идей, которые лежат на столе и которые мы не используем. Одна из задач России – прекратить отплёвываться от Запада. Мы должны смотреть на них с достаточным уровнем высокомерия. Они переживают цивилизационный кризис. Можем даже с сочувствием на них смотреть, не реагируя на всякую дрянь, которую они сыпят.
20. «

    Ядерное оружие ужасно. Однако еще ужаснее люди, которые убивают безо всякого ядерного оружия. Между тем, именно это и произошло в недавнем прошлом, едва ослабел фактор ядерного сдерживания. Действительно, опыт 1990-х — начала 2000-х годов подтверждает: исчезновение угрозы применения ядерного оружия как фактора сдерживания в соперничестве двух ведущих мировых сверхдержав поспособствовало, как это ни печально, не укреплению мира и процветания но всех континентах земного шара, а возникновению целой череды военных конфликтов, обернувшихся массовыми человеческими жертвами. Мы увидели, как демократические страны уничтожают тысячи людей в самых разных точках мира — в Сербии, Ираке и так далее. Разумеется, я поддерживаю людей, которые хотят уничтожить ядерное оружие. Но не дай бог, чтобы они победили в этом своем стремлении! Да Бог и не допустит этого, ведь именно он после двух кровопролитнейших мировых войн, унесших жизни миллионов человек, дал человеку ядерное оружие как фактор сдерживания, чтобы этот кошмар больше никогда не повторился.

    Ядерное оружие ужасно. Однако еще ужаснее люди, которые убивают безо всякого ядерного оружия. Между тем, именно это и произошло в недавнем прошлом, едва ослабел фактор ядерного сдерживания. Действительно, опыт 1990-х — начала 2000-х годов подтверждает: исчезновение угрозы применения ядерного оружия как фактора сдерживания в соперничестве двух ведущих мировых сверхдержав поспособствовало, как это ни печально, не укреплению мира и процветания но всех континентах земного шара, а возникновению целой череды военных конфликтов, обернувшихся массовыми человеческими жертвами. Мы увидели, как демократические страны уничтожают тысячи людей в самых разных точках мира — в Сербии, Ираке и так далее. Разумеется, я поддерживаю людей, которые хотят уничтожить ядерное оружие. Но не дай бог, чтобы они победили в этом своем стремлении! Да Бог и не допустит этого, ведь именно он после двух кровопролитнейших мировых войн, унесших жизни миллионов человек, дал человеку ядерное оружие как фактор сдерживания, чтобы этот кошмар больше никогда не повторился.