26 цитат Сергея Довлатов: смешные цитаты — подборка на все случаи

Сергей Довлатов: смешные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 26 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Известно, что порядочный человек тот, кто делает гадости без удовольствия...

   Известно, что порядочный человек тот, кто делает гадости без удовольствия...

   — Сергей Довлатов · книга
2. «

   Тоска, — жаловался Шлиппенбах, — и выпить нечего. Лежу тут на диване в одиночестве, с женой...

   Тоска, — жаловался Шлиппенбах, — и выпить нечего. Лежу тут на диване в одиночестве, с женой...

   — Сергей Довлатов · книга
3. «

   По вечерам чуть ли не у каждого бунгало дымились жаровни. На полную мощность были включены транзисторы. Дачники ходили по территории с бутылками в руках. В траве белели пластиковые стаканы. Если шум становился невыносимым, писатель кричал из окна: — Тише! Тише! Вы разбудите комаров!..

   По вечерам чуть ли не у каждого бунгало дымились жаровни. На полную мощность были включены транзисторы. Дачники ходили по территории с бутылками в руках. В траве белели пластиковые стаканы. Если шум становился невыносимым, писатель кричал из окна: — Тише! Тише! Вы разбудите комаров!..

   — Сергей Довлатов · книга
4. «

   Моя жена говорит: — Комплексы есть у всех. Ты не исключение. У тебя комплекс моей неполноценности.

   Моя жена говорит: — Комплексы есть у всех. Ты не исключение. У тебя комплекс моей неполноценности.

   — Сергей Довлатов · книга
5. «

   Ровно 720 пар. Финны честный народ – вот что значит слаборазвитое государство.

   Ровно 720 пар. Финны честный народ – вот что значит слаборазвитое государство.

   — Сергей Довлатов · книга
6. «

   Хорошо бы начать свою пьесу так. Ведущий произносит: – Был ясный, теплый, солнечный… Пауза. – Предпоследний день… И наконец, отчетливо: – Помпеи!

   Хорошо бы начать свою пьесу так. Ведущий произносит: – Был ясный, теплый, солнечный… Пауза. – Предпоследний день… И наконец, отчетливо: – Помпеи!

   — Сергей Довлатов · книга
7. «

   Любая подпись хочет, чтобы её считали автографом.

   Любая подпись хочет, чтобы её считали автографом.

   — Сергей Довлатов · книга
8. «

   — Что с вами? Вы красный! — Уверяю вас, это только снаружи. Внутри я — конституционный демократ.

   — Что с вами? Вы красный! — Уверяю вас, это только снаружи. Внутри я — конституционный демократ.

   — Сергей Довлатов · книга
9. «

   Расположились мы как-то с писателем Демиденко на ящиках около винной лавки. Ждем открытия. Мимо проходит алкаш, запущенный такой. Обращается к нам: — Сколько время? Демиденко отвечает: — Нет часов. И затем: — Такова селяви. Алкаш оглядел его презрительно: — Такова селяви? Да не такова селяви, а таково селяви. Это же средний род, мудила! Демиденко потом восхищался: — У нас даже алкаши могут преподавать французский язык!

   Расположились мы как-то с писателем Демиденко на ящиках около винной лавки. Ждем открытия. Мимо проходит алкаш, запущенный такой. Обращается к нам: — Сколько время? Демиденко отвечает: — Нет часов. И затем: — Такова селяви. Алкаш оглядел его презрительно: — Такова селяви? Да не такова селяви, а таково селяви. Это же средний род, мудила! Демиденко потом восхищался: — У нас даже алкаши могут преподавать французский язык!

   — Сергей Довлатов · книга
10. «

    И еще посылаю Вам один из моих ранних живописных шедевров. Внимательный анализ полотна дает возможность обнаружить: с одной стороны — явное влияние мастеров голландской школы; с другой стороны — заметна мощная социальная тенденциозность, свойственная передвижникам и гениальному Гойе. Подлинник хранится в Третьяковке, посылаю Вам репродукцию. Я назвал мою картину — «Гадюка на цыпочках».*

    И еще посылаю Вам один из моих ранних живописных шедевров. Внимательный анализ полотна дает возможность обнаружить: с одной стороны — явное влияние мастеров голландской школы; с другой стороны — заметна мощная социальная тенденциозность, свойственная передвижникам и гениальному Гойе. Подлинник хранится в Третьяковке, посылаю Вам репродукцию. Я назвал мою картину — «Гадюка на цыпочках».*

    — Сергей Довлатов · книга
11. «

    Режим: наелись и лежим.

    Режим: наелись и лежим.

    — Сергей Довлатов · книга
12. «

    Борина жена, в девичестве — Файнциммер, любила повторять: «Боря выпил столько моей крови, что теперь и он наполовину еврей!».

    Борина жена, в девичестве — Файнциммер, любила повторять: «Боря выпил столько моей крови, что теперь и он наполовину еврей!».

    — Сергей Довлатов · книга
13. «

    Запомни, можно спастись от ножа. Можно блокировать топор. Можно отобрать пистолет. Можно все! Но если можно убежать — беги! Беги, сынок, и не оглядывайся...

    Запомни, можно спастись от ножа. Можно блокировать топор. Можно отобрать пистолет. Можно все! Но если можно убежать — беги! Беги, сынок, и не оглядывайся...

    — Сергей Довлатов · книга
14. «

    — Взгляните на меня с любовью

    — Взгляните на меня с любовью

    — Сергей Довлатов · книга
15. «

    — Что же ты, интересно, похитил? Зек смущенно отмахивался: — Да ничего особенного... Трактор... — Цельный трактор?! — Ну. — И как же ты его похитил? — Очень просто. С комбината железобетонных изделий. Я действовал на психологию. — Как это? — Зашел на комбинат. Сел в трактор. Сзади привязал железную бочку из-под тавота. Еду на вахту. Бочка грохочет. Появляется охранник: «Куда везешь бочку?» Отвечаю: «По личной надобности». — «Документы есть?» — «Нет». — «Отвязывай к едрене фене...» Я бочку отвязал и дальше поехал. В общем, психология сработала.

    — Что же ты, интересно, похитил? Зек смущенно отмахивался: — Да ничего особенного... Трактор... — Цельный трактор?! — Ну. — И как же ты его похитил? — Очень просто. С комбината железобетонных изделий. Я действовал на психологию. — Как это? — Зашел на комбинат. Сел в трактор. Сзади привязал железную бочку из-под тавота. Еду на вахту. Бочка грохочет. Появляется охранник: «Куда везешь бочку?» Отвечаю: «По личной надобности». — «Документы есть?» — «Нет». — «Отвязывай к едрене фене...» Я бочку отвязал и дальше поехал. В общем, психология сработала.

    — Сергей Довлатов · книга
16. «

    — Посторонним сюда нельзя! — А потусторонним, — говорю, — можно?

    — Посторонним сюда нельзя! — А потусторонним, — говорю, — можно?

    — Сергей Довлатов · книга
17. «

    Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее. Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…

    Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее. Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…

    — Сергей Довлатов · книга
18. «

    — С тобой половина офицеров на «вы». — Ну и что? — Вот и говорят, что ты — композитор. — Чего? — Ничего. Композитор. Оперу пишешь. В смысле — оперуполномоченному. Куму…

    — С тобой половина офицеров на «вы». — Ну и что? — Вот и говорят, что ты — композитор. — Чего? — Ничего. Композитор. Оперу пишешь. В смысле — оперуполномоченному. Куму…

    — Сергей Довлатов · книга
19. «

    На радио я сотрудничаю уже десять лет. В первые же дни начальник Барри Тарасович объяснил мне: — Я не говорю вам — что писать. Я только скажу вам — чего мы писать категорически не должны. Мы не должны писать, что религиозное возрождение с каждым годом ширится. Что социалистическая экономика переживает острый кризис. И так далее. Все это мы писали сорок лет. За это время у нас сменилось четырнадцать главных редакторов. А социалистическая экономика все еще жива. — Но она действительно переживает кризис. — Значит, кризис — явление стабильное. Упадок вообще стабильнее прогресса.

    На радио я сотрудничаю уже десять лет. В первые же дни начальник Барри Тарасович объяснил мне: — Я не говорю вам — что писать. Я только скажу вам — чего мы писать категорически не должны. Мы не должны писать, что религиозное возрождение с каждым годом ширится. Что социалистическая экономика переживает острый кризис. И так далее. Все это мы писали сорок лет. За это время у нас сменилось четырнадцать главных редакторов. А социалистическая экономика все еще жива. — Но она действительно переживает кризис. — Значит, кризис — явление стабильное. Упадок вообще стабильнее прогресса.

    — Сергей Довлатов · книга
20. «

    — Четыре года тебя не видел, — обрадовался дядя Арменак, — прямо соскучился! — Одиннадцать лет тебя не видел, — подхватил дядя Ашот, — ужасно соскучился! — Первый раз тебя вижу, — шагнул ко мне дядя Хорен, — безумно соскучился.

    — Четыре года тебя не видел, — обрадовался дядя Арменак, — прямо соскучился! — Одиннадцать лет тебя не видел, — подхватил дядя Ашот, — ужасно соскучился! — Первый раз тебя вижу, — шагнул ко мне дядя Хорен, — безумно соскучился.

    — Сергей Довлатов · книга