246 цитат Сергея Довлатова о смысле жизни

Сергей Довлатов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 246 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Дима был хорошим человеком. Пороки его заключались в отсутствии недостатков. Ведь недостатки, как известно, привлекают больше, чем достоинства. Или, как минимум, вызывают более сильные чувства.

   Дима был хорошим человеком. Пороки его заключались в отсутствии недостатков. Ведь недостатки, как известно, привлекают больше, чем достоинства. Или, как минимум, вызывают более сильные чувства.

   — Иностранка · книга
2. «

   Семья — это если по звуку угадываешь, кто именно моется в душе.

   Семья — это если по звуку угадываешь, кто именно моется в душе.

   — Соло на ундервуде. Соло на IBM · книга
3. «

   Так, — говорю, — всегда и получается. Сперва угробят человека, а потом начинают разыскивать его личные вещи. Так было с Достоевским, с Есениным... Так будет с Пастернаком. Опомнятся — начнут искать личные вещи Солженицына...

   Так, — говорю, — всегда и получается. Сперва угробят человека, а потом начинают разыскивать его личные вещи. Так было с Достоевским, с Есениным... Так будет с Пастернаком. Опомнятся — начнут искать личные вещи Солженицына...

   — Заповедник · книга
4. «

   Всю жизнь я дул в подзорную трубу и удивлялся, что нету музыки. А потом внимательно глядел в тромбон и удивлялся, что ни хрена не видно.

   Всю жизнь я дул в подзорную трубу и удивлялся, что нету музыки. А потом внимательно глядел в тромбон и удивлялся, что ни хрена не видно.
5. «

   Скудность мысли порождает легионы единомышленников.

   Скудность мысли порождает легионы единомышленников.

   — Соло на ундервуде. Соло на IBM · книга
6. «

   Желание командовать в посторонней для себя области есть тирания.

   Желание командовать в посторонней для себя области есть тирания.

   — Соло на ундервуде. Соло на IBM · книга
7. «

   Долгое время я искренне считал, что мама всем блюдам на свете предпочитает картошку. Здесь, в Нью-Йорке, окончательно выяснилось, что это не так.

   Долгое время я искренне считал, что мама всем блюдам на свете предпочитает картошку. Здесь, в Нью-Йорке, окончательно выяснилось, что это не так.

   — Наши · книга
8. «

   Ромашка, например, для крестьянина — сорняк, а для влюбленного — талмуд.

   Ромашка, например, для крестьянина — сорняк, а для влюбленного — талмуд.

   — Блеск и нищета русской литературы · книга
9. «

   — Ты хочешь написать великую книгу? Это удается одному из сотни миллионов!

   — Ты хочешь написать великую книгу? Это удается одному из сотни миллионов!

   — Рассказчик · книга
10. «

    Читает, читает, а дураком помрет.

    Читает, читает, а дураком помрет.

    — Заповедник · книга
11. «

    С литературой было покончено. Дни потянулись томительной вереницей. Сон, кефир, работа, одиночество. Коллеги, видя мое состояние, забеспокоились. Познакомили меня с развитой девицей Фридой Штейн. Мы провели два часа в ресторане. Играла музыка. Фрида читала меню, как Тору, — справа налево. Мы заказали блинчики и кофе. Фрида сказала: — Все мы — люди определенного круга. Я кивнул. — Надеюсь, и вы — человек определенного круга? — Да, — сказал я. — Какого именно? — Четвертого, — говорю, — если вы подразумеваете круги ада. — Браво! — сказала девушка. Я тотчас же заказал шампанское.

    С литературой было покончено. Дни потянулись томительной вереницей. Сон, кефир, работа, одиночество. Коллеги, видя мое состояние, забеспокоились. Познакомили меня с развитой девицей Фридой Штейн. Мы провели два часа в ресторане. Играла музыка. Фрида читала меню, как Тору, — справа налево. Мы заказали блинчики и кофе. Фрида сказала: — Все мы — люди определенного круга. Я кивнул. — Надеюсь, и вы — человек определенного круга? — Да, — сказал я. — Какого именно? — Четвертого, — говорю, — если вы подразумеваете круги ада. — Браво! — сказала девушка. Я тотчас же заказал шампанское.

    — Хочу быть сильным · книга
12. «

    Молчание — есть порука жизни. А крик — соответственно — убивает последнюю надежду.

    Молчание — есть порука жизни. А крик — соответственно — убивает последнюю надежду.

    — Филиал · книга
13. «

    Я обратился к вам, потому что ценю интеллигентных людей. Я сам интеллигентный человек. Нас мало. Откровенно говоря, нас должно быть ещё меньше.

    Я обратился к вам, потому что ценю интеллигентных людей. Я сам интеллигентный человек. Нас мало. Откровенно говоря, нас должно быть ещё меньше.

    — Чемодан · книга
14. «

    Думаешь, органы не замечают всего этого бардака? Органы все замечают получше академика Сахарова. Но где реальный выход? В чем? В реставрации капитализма?... Допустим, почитал я ваш хваленый самиздат. Дерьма не меньше, чем в журнале «Знамя». Только все перевернуто. Где белое, там черное, где черное, там белое... Вот, например, проблема сельского хозяйства. Допустим, можно взять и отменить колхозы. Раздать крестьянам землю и тому подобное. Но ты сперва узнай, что думают крестьяне? Хотят ли эту землю получить?... Да любой крестьянин эту землю враз на чекушку махнет.

    Думаешь, органы не замечают всего этого бардака? Органы все замечают получше академика Сахарова. Но где реальный выход? В чем? В реставрации капитализма?... Допустим, почитал я ваш хваленый самиздат. Дерьма не меньше, чем в журнале «Знамя». Только все перевернуто. Где белое, там черное, где черное, там белое... Вот, например, проблема сельского хозяйства. Допустим, можно взять и отменить колхозы. Раздать крестьянам землю и тому подобное. Но ты сперва узнай, что думают крестьяне? Хотят ли эту землю получить?... Да любой крестьянин эту землю враз на чекушку махнет.

    — Майор Беляев · книга
15. «

    Григорий Борисович держался замкнуто. Загорать и купаться он не любил. Когда его приглашали ловить рыбу, отказывался: — Увы, я не Хемингуэй. И даже не Аксаков... — Ну и тип, — говорили соседи. — Слов много знает...

    Григорий Борисович держался замкнуто. Загорать и купаться он не любил. Когда его приглашали ловить рыбу, отказывался: — Увы, я не Хемингуэй. И даже не Аксаков... — Ну и тип, — говорили соседи. — Слов много знает...

    — Ариэль · книга
16. «

    Уныние страшнее горя. Ибо горе есть разновидность созерцательного душевного опыта. Уныние же — сон души...

    Уныние страшнее горя. Ибо горе есть разновидность созерцательного душевного опыта. Уныние же — сон души...

    — Марш одиноких · книга
17. «

    Цензура вызывает у меня алкогольный протест!..

    Цензура вызывает у меня алкогольный протест!..

    — Заповедник · книга
18. «

    Мы без конца ругаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И всё же я хочу спросить — кто написал четыре миллиона доносов?

    Мы без конца ругаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И всё же я хочу спросить — кто написал четыре миллиона доносов?
19. «

    Зашли мы с Грубиным в ресторан. Напротив входа сидит швейцар. Мы слышим: — Извиняюсь, молодые люди, а двери за собой не обязательно прикрывать?!

    Зашли мы с Грубиным в ресторан. Напротив входа сидит швейцар. Мы слышим: — Извиняюсь, молодые люди, а двери за собой не обязательно прикрывать?!

    — Соло на ундервуде. Соло на IBM · книга
20. «

    Нам храбрость стоила отчаяния А каждая строка — молчания.

    Нам храбрость стоила отчаяния А каждая строка — молчания.

    — Сергей Довлатов · книга