Что говорил Сергей Довлатов: 411 цитат

Сергей Довлатов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 411 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Милиция затем приходила еще раза четыре. И я всегда узнавал об этом заранее. Меня предупреждал алкоголик Смирнов. Гена Смирнов был опустившимся журналистом. Он жил напротив моего дома. Целыми днями пил у окна шартрез. И с любопытством поглядывал на улицу. А я жил в глубине двора на пятом этаже без лифта. От ворот до нашего подъезда было метров сто. Если во двор заходил наряд милиции, Смирнов отодвигал бутылку. Он звонил мне по телефону и четко выговаривал единственную фразу: — Бляди идут!

   Милиция затем приходила еще раза четыре. И я всегда узнавал об этом заранее. Меня предупреждал алкоголик Смирнов. Гена Смирнов был опустившимся журналистом. Он жил напротив моего дома. Целыми днями пил у окна шартрез. И с любопытством поглядывал на улицу. А я жил в глубине двора на пятом этаже без лифта. От ворот до нашего подъезда было метров сто. Если во двор заходил наряд милиции, Смирнов отодвигал бутылку. Он звонил мне по телефону и четко выговаривал единственную фразу: — Бляди идут!

   — Заповедник · книга
2. «

   Прошлогодний календарь не годится сегодня.

   Прошлогодний календарь не годится сегодня.

   — Тася · книга
3. «

   — Отсебятины быть не должно. — Знаете, — говорю, — уж лучше отсебятина, чем отъеготина.

   — Отсебятины быть не должно. — Знаете, — говорю, — уж лучше отсебятина, чем отъеготина.

   — Компромисс · книга
4. «

   А что делать? Способностей у меня нет. Уродоваться за девяносто рублей я не согласен…Ну, хорошо, съем я в жизни две тысячи котлет. Изношу двадцать пять темно серых костюмов. Перелистаю семьсот номеров журнала «Огонек». И все? И сдохну, не поцарапав земной коры?... Уж лучше жить минуту, но по-человечески!..

   А что делать? Способностей у меня нет. Уродоваться за девяносто рублей я не согласен…Ну, хорошо, съем я в жизни две тысячи котлет. Изношу двадцать пять темно серых костюмов. Перелистаю семьсот номеров журнала «Огонек». И все? И сдохну, не поцарапав земной коры?... Уж лучше жить минуту, но по-человечески!..

   — Фред Колесников · книга
5. «

   Запомни, можно спастись от ножа. Можно блокировать топор. Можно отобрать пистолет. Можно все! Но если можно убежать — беги! Беги, сынок, и не оглядывайся...

   Запомни, можно спастись от ножа. Можно блокировать топор. Можно отобрать пистолет. Можно все! Но если можно убежать — беги! Беги, сынок, и не оглядывайся...

   — Зона · книга
6. «

   И почему архитектура вокзальных сортиров так часто напоминает шедевры Растрелли?

   И почему архитектура вокзальных сортиров так часто напоминает шедевры Растрелли?

   — Компромисс · книга
7. «

   Я оглядел пустой чемодан. На дне — Карл Маркс. На крышке — Бродский. А между ними — пропащая, бесценная, единственная жизнь.

   Я оглядел пустой чемодан. На дне — Карл Маркс. На крышке — Бродский. А между ними — пропащая, бесценная, единственная жизнь.

   — Чемодан · книга
8. «

   Дима был хорошим человеком. Пороки его заключались в отсутствии недостатков. Ведь недостатки, как известно, привлекают больше, чем достоинства. Или, как минимум, вызывают более сильные чувства.

   Дима был хорошим человеком. Пороки его заключались в отсутствии недостатков. Ведь недостатки, как известно, привлекают больше, чем достоинства. Или, как минимум, вызывают более сильные чувства.

   — Иностранка · книга
9. «

   Есть люди, которым оригинальное творчество почему-то не дается. Зато по чужой канве они вышивают с блеском.

   Есть люди, которым оригинальное творчество почему-то не дается. Зато по чужой канве они вышивают с блеском.

   — На литературные темы · книга
10. «

    В детстве лето было озвучено гудками паровозов. Пригородные дачи… Запах вокзальной гари и нагретого песка… Настольный теннис под ветками… Тугой и звонкий стук мяча… Танцы на веранде...

    В детстве лето было озвучено гудками паровозов. Пригородные дачи… Запах вокзальной гари и нагретого песка… Настольный теннис под ветками… Тугой и звонкий стук мяча… Танцы на веранде...

    — Заповедник · книга
11. «

    На чужом языке мы теряем восемьдесят процентов своей личности. Мы утрачиваем способность шутить, иронизировать. Одно это меня в ужас приводит.

    На чужом языке мы теряем восемьдесят процентов своей личности. Мы утрачиваем способность шутить, иронизировать. Одно это меня в ужас приводит.

    — Заповедник · книга
12. «

    Корпуса университета находились в старинной части города. Сочетание воды и камня порождает здесь особую, величественную атмосферу. В подобной обстановке трудно быть лентяем, но мне это удавалось.

    Корпуса университета находились в старинной части города. Сочетание воды и камня порождает здесь особую, величественную атмосферу. В подобной обстановке трудно быть лентяем, но мне это удавалось.

    — Чемодан · книга
13. «

    Утренняя горечь заслоняла вчерашний позор.

    Утренняя горечь заслоняла вчерашний позор.

    — Заповедник · книга
14. «

    Талант — это как похоть. Трудно утаить. Ещё труднее — симулировать.

    Талант — это как похоть. Трудно утаить. Ещё труднее — симулировать.

    — Соло на ундервуде. Соло на IBM · книга
15. «

    Хула без адреса. Феномен чистого искусства.

    Хула без адреса. Феномен чистого искусства.

    — Рассказчик · книга
16. «

    — Думаю, Толстой не согласился бы жить в этом унылом районе! — Толстой не согласился бы жить в этом...году!..

    — Думаю, Толстой не согласился бы жить в этом унылом районе! — Толстой не согласился бы жить в этом...году!..

    — Ремесло · книга
17. «

    — Что с вами? Вы красный! — Уверяю вас, это только снаружи. Внутри я — конституционный демократ.

    — Что с вами? Вы красный! — Уверяю вас, это только снаружи. Внутри я — конституционный демократ.

    — Заповедник · книга
18. «

    Насильственная мораль – это вызов силам природы.

    Насильственная мораль – это вызов силам природы.

    — Заповедник · книга
19. «

    Философский материализм принадлежит к числу глубочайших истин. Веками противостоит ему истина религии, истина Бога.

    Философский материализм принадлежит к числу глубочайших истин. Веками противостоит ему истина религии, истина Бога.

    — Марш одиноких · книга
20. «

    Я давно заметил: когда от человека требуют идиотизма, его всегда называют профессионалом.

    Я давно заметил: когда от человека требуют идиотизма, его всегда называют профессионалом.

    — Филиал · книга