Сергей Лукьяненко: жизненные цитаты: 142 цитаты на каждый день

Подборка из 142 цитаты Сергея Лукьяненко: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я всегда воевал за человечество, пусть оно меня не слишком-то и любило.

   Я всегда воевал за человечество, пусть оно меня не слишком-то и любило.

   — Сергей Лукьяненко · книга
2. «

   Собаки — они как люди, только еще лучше. Они, в отличие людей, не предают!

   Собаки — они как люди, только еще лучше. Они, в отличие людей, не предают!

   — Сергей Лукьяненко · книга
3. «

   Это только детям трудно ответить, кого больше любишь, папу или маму, у взрослых очень даже запросто получается...

   Это только детям трудно ответить, кого больше любишь, папу или маму, у взрослых очень даже запросто получается...

   — Сергей Лукьяненко · книга
4. «

   Нынешнее устройство общества защищают те, кто после развала Союза стал жить лучше. Те, кто стал жить хуже, выступают за Союз. Вот и вся правда. А поскольку большинство живёт хуже, оно и готово вернуть всё назад.

   Нынешнее устройство общества защищают те, кто после развала Союза стал жить лучше. Те, кто стал жить хуже, выступают за Союз. Вот и вся правда. А поскольку большинство живёт хуже, оно и готово вернуть всё назад.

   — Сергей Лукьяненко · книга
5. «

   Опыт — это в первую очередь умение сдерживать мимолётные порывы.

   Опыт — это в первую очередь умение сдерживать мимолётные порывы.

   — Сергей Лукьяненко · книга
6. «

   Слишком хорошо — это тоже плохо.

   Слишком хорошо — это тоже плохо.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   Пожелание удачи от врага — это проклятие. Но ты враг самому себе.

   Пожелание удачи от врага — это проклятие. Но ты враг самому себе.

   — Сергей Лукьяненко · книга
8. «

   Мы устали верить в добро и любовь, мы написали на знамени слово «свобода» — в наивной вере, что свобода — выше любви.

   Мы устали верить в добро и любовь, мы написали на знамени слово «свобода» — в наивной вере, что свобода — выше любви.

   — Сергей Лукьяненко · книга
9. «

   — Еще раз убеждаюсь, что ведьмы смотрят на мир под своеобразным углом, — сказал я. — Не ведьмы, а женщины, не на мир, а на мужчин.

   — Еще раз убеждаюсь, что ведьмы смотрят на мир под своеобразным углом, — сказал я. — Не ведьмы, а женщины, не на мир, а на мужчин.

   — Сергей Лукьяненко · книга
10. «

    Вот потому, что вам всё равно, у вас жизнь никак и не наладится.

    Вот потому, что вам всё равно, у вас жизнь никак и не наладится.

    — Сергей Лукьяненко · книга
11. «

    Странное дело — вроде и не ждал никаких чудес, а всё равно расстроился.

    Странное дело — вроде и не ждал никаких чудес, а всё равно расстроился.

    — Сергей Лукьяненко · книга
12. «

    Нечасто так бывает, что в чужом, совершенно незнакомом доме мгновенно начинаешь чувствовать себя уютно. Это и от хозяев зависит, и от самого дома... впрочем, дом — это лишь отражение хозяев. Более яркое и честное. Никакие слова и улыбки не помогут ощутить тепло, если вещи хранят холод.

    Нечасто так бывает, что в чужом, совершенно незнакомом доме мгновенно начинаешь чувствовать себя уютно. Это и от хозяев зависит, и от самого дома... впрочем, дом — это лишь отражение хозяев. Более яркое и честное. Никакие слова и улыбки не помогут ощутить тепло, если вещи хранят холод.

    — Сергей Лукьяненко · книга
13. «

    Лучше уж маршировать в строю или бродить по ночным улицам в худой кирасе стражника, чем иметь дело с десятком-другим готовых на всё негодяев.

    Лучше уж маршировать в строю или бродить по ночным улицам в худой кирасе стражника, чем иметь дело с десятком-другим готовых на всё негодяев.

    — Сергей Лукьяненко · книга
14. «

    Лучший способ вывести противника из равновесия — не реагировать на его оскорбления.

    Лучший способ вывести противника из равновесия — не реагировать на его оскорбления.

    — Сергей Лукьяненко · книга
15. «

    — Спасибо, — только и прошептал я. — Юленька, спасибо. — Не пей так много, ты же не умеешь, — пробормотала девочка и засопела — ровно, будто переключилась мгновенно от работы на сон. Так умеют только дети и компьютеры.

    — Спасибо, — только и прошептал я. — Юленька, спасибо. — Не пей так много, ты же не умеешь, — пробормотала девочка и засопела — ровно, будто переключилась мгновенно от работы на сон. Так умеют только дети и компьютеры.

    — Сергей Лукьяненко · книга
16. «

    Ты понимаешь, как все это устроено? Я — нет! А есть старый программистский закон: «Работает — не трогай!»

    Ты понимаешь, как все это устроено? Я — нет! А есть старый программистский закон: «Работает — не трогай!»

    — Сергей Лукьяненко · книга
17. «

    На втором этаже подъезда, там у нас почему-то всегда горит лампочка, сидело человек пять подростков. Перекидывались картишками прямо на полу, о чем-то вполголоса разговаривали... нет, скорее не разговаривали — перерыкивались. Двоих я знал, трое казались незнакомыми. Маленькая стая мелких хищников. Такая с удовольствием загрызет одиночку в темной подворотне. Но здесь я в безопасности. Возле норы хищники не охотятся.

    На втором этаже подъезда, там у нас почему-то всегда горит лампочка, сидело человек пять подростков. Перекидывались картишками прямо на полу, о чем-то вполголоса разговаривали... нет, скорее не разговаривали — перерыкивались. Двоих я знал, трое казались незнакомыми. Маленькая стая мелких хищников. Такая с удовольствием загрызет одиночку в темной подворотне. Но здесь я в безопасности. Возле норы хищники не охотятся.

    — Сергей Лукьяненко · книга
18. «

    Управление — это очень удобное слово. Почему-то никто никогда не уточняет, из какого именно управления. Вот и женщина тоже не стала переспрашивать.

    Управление — это очень удобное слово. Почему-то никто никогда не уточняет, из какого именно управления. Вот и женщина тоже не стала переспрашивать.

    — Сергей Лукьяненко · книга
19. «

    Когда мир переворачивается, друг мой, самое важное — первым стать на голову.

    Когда мир переворачивается, друг мой, самое важное — первым стать на голову.

    — Сергей Лукьяненко · книга
20. «

    Между прочим, каждый ошибается! А если никогда не давать возможности исправить ошибки, то они так и останутся неисправленными, и ошибшийся человек будет этими ошибками жить.

    Между прочим, каждый ошибается! А если никогда не давать возможности исправить ошибки, то они так и останутся неисправленными, и ошибшийся человек будет этими ошибками жить.

    — Сергей Лукьяненко · книга