155 сильных цитат Сергея Лукьяненко: жизненные цитаты

Подборка из 155 цитат Сергея Лукьяненко: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я верю ей, как верят все мужчины от начала времён. В этом мире лишь наша вера становится правдой.

   Я верю ей, как верят все мужчины от начала времён. В этом мире лишь наша вера становится правдой.

   — Сергей Лукьяненко · книга
2. «

   Главное ведь в жизни – сама жизнь. Любой грех замолить можно, любую беду поправить. Пока живешь – всегда найдется место и радости, и надежде, и любви. А кто умер – он уже проиграл. Даже если был святым паладином.

   Главное ведь в жизни – сама жизнь. Любой грех замолить можно, любую беду поправить. Пока живешь – всегда найдется место и радости, и надежде, и любви. А кто умер – он уже проиграл. Даже если был святым паладином.

   — Сергей Лукьяненко · книга
3. «

   Сила существует лишь в противоборстве, абсолютная мощь неотличима от бессилия.

   Сила существует лишь в противоборстве, абсолютная мощь неотличима от бессилия.

   — Сергей Лукьяненко · книга
4. «

   Опыт — это в первую очередь умение сдерживать мимолётные порывы.

   Опыт — это в первую очередь умение сдерживать мимолётные порывы.

   — Сергей Лукьяненко · книга
5. «

   Личность, неспособная к созиданию, обязательно ищет оправдания деструктивному поведению.

   Личность, неспособная к созиданию, обязательно ищет оправдания деструктивному поведению.

   — Сергей Лукьяненко · книга
6. «

   В конце концов — информация не бывает лишней.

   В конце концов — информация не бывает лишней.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   Собаки — они как люди, только еще лучше. Они, в отличие людей, не предают!

   Собаки — они как люди, только еще лучше. Они, в отличие людей, не предают!

   — Сергей Лукьяненко · книга
8. «

   Когда мир переворачивается, друг мой, самое важное — первым стать на голову.

   Когда мир переворачивается, друг мой, самое важное — первым стать на голову.

   — Сергей Лукьяненко · книга
9. «

   Странное дело — вроде и не ждал никаких чудес, а всё равно расстроился.

   Странное дело — вроде и не ждал никаких чудес, а всё равно расстроился.

   — Сергей Лукьяненко · книга
10. «

    Чужое предательство — не оправдание собственного.

    Чужое предательство — не оправдание собственного.

    — Сергей Лукьяненко · книга
11. «

    Мы слишком суетливы, чтобы ходить в халате летом, да и коротко оно, русское лето, коротко и дождливо. Зимой в наших домах либо так натоплено, что никакой халат не нужен, либо слишком выстужено — и халат не спасает. Вот и стали заменой халату линялые спортивные костюмы... а если дома «все свои» — то и просто вислые семейные трусы.

    Мы слишком суетливы, чтобы ходить в халате летом, да и коротко оно, русское лето, коротко и дождливо. Зимой в наших домах либо так натоплено, что никакой халат не нужен, либо слишком выстужено — и халат не спасает. Вот и стали заменой халату линялые спортивные костюмы... а если дома «все свои» — то и просто вислые семейные трусы.

    — Сергей Лукьяненко · книга
12. «

    Никто не заставит совершить подлость. В грязь нельзя столкнуть, в грязь ступают лишь сами. Какой бы ни была жизнь вокруг, оправданий нет и не предвидится.

    Никто не заставит совершить подлость. В грязь нельзя столкнуть, в грязь ступают лишь сами. Какой бы ни была жизнь вокруг, оправданий нет и не предвидится.

    — Сергей Лукьяненко · книга
13. «

    В юности следует учиться и беситься, бороться с несправедливостью и потрясать мир... а перерывать горы пустой породы в поисках драгоценной крупицы знания — привилегия зрелости.

    В юности следует учиться и беситься, бороться с несправедливостью и потрясать мир... а перерывать горы пустой породы в поисках драгоценной крупицы знания — привилегия зрелости.

    — Сергей Лукьяненко · книга
14. «

    Обидно, что с годами мы глупеем и забываем свои гениальные идеи.

    Обидно, что с годами мы глупеем и забываем свои гениальные идеи.

    — Сергей Лукьяненко · книга
15. «

    Нечасто так бывает, что в чужом, совершенно незнакомом доме мгновенно начинаешь чувствовать себя уютно. Это и от хозяев зависит, и от самого дома... впрочем, дом — это лишь отражение хозяев. Более яркое и честное. Никакие слова и улыбки не помогут ощутить тепло, если вещи хранят холод.

    Нечасто так бывает, что в чужом, совершенно незнакомом доме мгновенно начинаешь чувствовать себя уютно. Это и от хозяев зависит, и от самого дома... впрочем, дом — это лишь отражение хозяев. Более яркое и честное. Никакие слова и улыбки не помогут ощутить тепло, если вещи хранят холод.

    — Сергей Лукьяненко · книга
16. «

    Нас так просто ловить на нашей любви!

    Нас так просто ловить на нашей любви!

    — Сергей Лукьяненко · книга
17. «

    Настоящий страх рельефен, чёток и задействует тебя полностью. Ты его видишь, слышишь, обоняешь и осязаешь. Ты можешь его попробовать на вкус. Пистолетный ствол пахнет порохом и имеет вкус железа. Треснувшая доска воняет гнилью. Натянувшаяся от страха кожа на горле шуршит, когда её касается лезвие. Страху нужны все твои органы чувств до единого. Если у тебя есть шестое чувство — страх и его возьмёт в оборот.

    Настоящий страх рельефен, чёток и задействует тебя полностью. Ты его видишь, слышишь, обоняешь и осязаешь. Ты можешь его попробовать на вкус. Пистолетный ствол пахнет порохом и имеет вкус железа. Треснувшая доска воняет гнилью. Натянувшаяся от страха кожа на горле шуршит, когда её касается лезвие. Страху нужны все твои органы чувств до единого. Если у тебя есть шестое чувство — страх и его возьмёт в оборот.

    — Сергей Лукьяненко · книга
18. «

    Главный недостаток подсознательных поступков в том, что они непонятны себе самому.

    Главный недостаток подсознательных поступков в том, что они непонятны себе самому.

    — Сергей Лукьяненко · книга
19. «

    Люди устали верить в себя, но разучились верить в Бога.

    Люди устали верить в себя, но разучились верить в Бога.

    — Сергей Лукьяненко · книга
20. «

    — ... Я же в тебя не влюблюсь... — Мне нравятся сильные мужчины, — она тряхнула челкой. — Те кто сильнее меня. — Кто подавляет твою волю... Кому хочется подчиняться. Мне жаль тебя, Адка, — как в бреду прошептал я.

    — ... Я же в тебя не влюблюсь... — Мне нравятся сильные мужчины, — она тряхнула челкой. — Те кто сильнее меня. — Кто подавляет твою волю... Кому хочется подчиняться. Мне жаль тебя, Адка, — как в бреду прошептал я.

    — Сергей Лукьяненко · книга