514 афоризмов Сергея Лукьяненко

Ниже 514 цитат Сергея Лукьяненко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Как известно, если ты понял, что сделал глупость, то сокрушаться малопродуктивно. Куда полезнее не повторять этой ошибки.

   Как известно, если ты понял, что сделал глупость, то сокрушаться малопродуктивно. Куда полезнее не повторять этой ошибки.

   — Черновик · книга
2. «

   Суеверия опасны — они внушают лживые надежды.

   Суеверия опасны — они внушают лживые надежды.

   — Антон Городецкий · книга
3. «

   Меняются люди. Империи вечны — даже рассыпаясь в прах они продолжают жить. Неизменными, победоносными — в кадрах хроники, в строках летописей. Меняются люди — им сложнее. Даже оставаясь бессмертными они умирают.

   Меняются люди. Империи вечны — даже рассыпаясь в прах они продолжают жить. Неизменными, победоносными — в кадрах хроники, в строках летописей. Меняются люди — им сложнее. Даже оставаясь бессмертными они умирают.

   — Кей Дач · книга
4. «

   …Это для мужчин <...> куда важнее содержание — спасти от яда, защитить от злобного минотавра, вырастить урожай. А вот для женщин <...> куда важнее форма — сказать красивые слова, изящно раскланяться, похвалить новое платье… Впрочем, как ни странно, спасти, защитить и вырастить при этом тоже необходимо.

   …Это для мужчин <...> куда важнее содержание — спасти от яда, защитить от злобного минотавра, вырастить урожай. А вот для женщин <...> куда важнее форма — сказать красивые слова, изящно раскланяться, похвалить новое платье… Впрочем, как ни странно, спасти, защитить и вырастить при этом тоже необходимо.

   — Непоседа · книга
5. «

   ... Чего требует война? Она не тела жрёт в первую очередь, а души!

   ... Чего требует война? Она не тела жрёт в первую очередь, а души!

   — Дневной Дозор · книга
6. «

   Первая любовь не может быть счастливой — иначе вторая превратилась бы в проклятие.

   Первая любовь не может быть счастливой — иначе вторая превратилась бы в проклятие.

   — Серж · книга
7. «

   Лепи добро из зла в своё удовольствие, но не смей забывать что положено в начало.

   Лепи добро из зла в своё удовольствие, но не смей забывать что положено в начало.

   — Фальшивые зеркала · книга
8. «

   Люди вообще по большей части нормальные — кроме тех, кто психи.

   Люди вообще по большей части нормальные — кроме тех, кто психи.

   — Конкуренты · книга
9. «

   Небо не для нас. Нам не дано летать. И всё что мы можем — это постараться не падать.

   Небо не для нас. Нам не дано летать. И всё что мы можем — это постараться не падать.

   — Сумеречный Дозор · книга
10. «

    …Некоторые враги могут быть таким же предметом гордости, как и друзья.

    …Некоторые враги могут быть таким же предметом гордости, как и друзья.

    — Чингиз · книга
11. «

    — А ты... ты правда убивал живых людей? — Да. Но они от этого быстро становились мёртвыми.

    — А ты... ты правда убивал живых людей? — Да. Но они от этого быстро становились мёртвыми.

    — Чистовик · книга
12. «

    Никто не имеет права на чудо. Оно всегда само по себе. Потому и чудо.

    Никто не имеет права на чудо. Оно всегда само по себе. Потому и чудо.

    — Лабиринт отражений · книга
13. «

    В конце концов, что такое жизнь без риска! Секс приедается, яства вызывают лишь отвращение, властные интрижки становятся однообразны и скучны. Но когда жизнь и смерть ставятся на карту, когда сердце начинает частить в испуге — все краски мира обретают первозданную свежесть.

    В конце концов, что такое жизнь без риска! Секс приедается, яства вызывают лишь отвращение, властные интрижки становятся однообразны и скучны. Но когда жизнь и смерть ставятся на карту, когда сердце начинает частить в испуге — все краски мира обретают первозданную свежесть.

    — Ник Перумов · книга
14. «

    На каждого президента находится свой киллер. На каждого пророка — тысяча толкователей, что извратят суть религии, заменят светлый огонь жаром инквизиторских костров. Каждая книга когда-нибудь полетит в огонь, из симфонии сделают шлягер и станут играть по кабакам. Под любую гадость подведут прочный философский базис.

    На каждого президента находится свой киллер. На каждого пророка — тысяча толкователей, что извратят суть религии, заменят светлый огонь жаром инквизиторских костров. Каждая книга когда-нибудь полетит в огонь, из симфонии сделают шлягер и станут играть по кабакам. Под любую гадость подведут прочный философский базис.

    — Антон Городецкий · книга
15. «

    То, почему одни люди нравятся другим — тайна, недоступная ни волшебникам, ни мудрецам, ни даже самаршанским рыночным торговцам (хотя они добились в искусстве нравиться немалых успехов — это знает каждый, кто зашёл на базар за пригоршней изюма и вышел оттуда с двумя арбузами, кульком хурмы и связкой кореньев для супа — на изюм, увы, денег уже не хватало).

    То, почему одни люди нравятся другим — тайна, недоступная ни волшебникам, ни мудрецам, ни даже самаршанским рыночным торговцам (хотя они добились в искусстве нравиться немалых успехов — это знает каждый, кто зашёл на базар за пригоршней изюма и вышел оттуда с двумя арбузами, кульком хурмы и связкой кореньев для супа — на изюм, увы, денег уже не хватало).

    — Непоседа · книга
16. «

    — Что ты делаешь, когда в игре тебя сбивают или полосуют на кусочки? — Перегружаюсь и иду по-новой. — Вот именно. К этому быстро привыкаешь. Веришь, что смерть обратима... — Она и так обратима. — ...и всегда можно начать заново. Вместо ярости остаётся азарт. Вместо ненависти — честолюбие. Вместо страха — обида. Ты можешь быть асом в лучшем пилотажном симуляторе, но грохнешь свой корабль на первой же посадке. Можешь быть снайпером лучше мршанцев, но не подстрелишь врага даже из интеллектуальника. Ни один профессионал не играет в игры.

    — Что ты делаешь, когда в игре тебя сбивают или полосуют на кусочки? — Перегружаюсь и иду по-новой. — Вот именно. К этому быстро привыкаешь. Веришь, что смерть обратима... — Она и так обратима. — ...и всегда можно начать заново. Вместо ярости остаётся азарт. Вместо ненависти — честолюбие. Вместо страха — обида. Ты можешь быть асом в лучшем пилотажном симуляторе, но грохнешь свой корабль на первой же посадке. Можешь быть снайпером лучше мршанцев, но не подстрелишь врага даже из интеллектуальника. Ни один профессионал не играет в игры.

    — Кей Дач · книга
17. «

    Есть предел, за которым совпадения перестают быть возможными.

    Есть предел, за которым совпадения перестают быть возможными.

    — Стеклянное море · книга
18. «

    Жизнь сама по себе является смыслом и сутью существования.

    Жизнь сама по себе является смыслом и сутью существования.

    — Спектр · книга
19. «

    – А почему у тебя лицо в пятнах, это тоже мутация или болезнь? – Это аллергия. – А, у меня была когда-то на шоколад и апельсины. Вот гадость, да? Почему именно на шоколад и апельсины, пусть бы на цветную капусту или молоко…

    – А почему у тебя лицо в пятнах, это тоже мутация или болезнь? – Это аллергия. – А, у меня была когда-то на шоколад и апельсины. Вот гадость, да? Почему именно на шоколад и апельсины, пусть бы на цветную капусту или молоко…

    — Танцы на снегу · книга
20. «

    Убивать нарисованную нечисть интересно, пока не встретил её воочию.

    Убивать нарисованную нечисть интересно, пока не встретил её воочию.

    — Антон Городецкий · книга