Сергей Волчок: 14 цитат на каждый день

Ниже 14 цитат Сергея Волчока — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Есть такой тип женщин, которых мужчины обходят по дуге, несмотря на всю их красоту и привлекательность. Эдакие крайне редкие, штучные даже «тургеневские барышни из стали» — несгибаемые максималистки, живущие наотмашь и спрашивающие со своих мужчин по высшей ставке — ежедневно и пожизненно. Выглядят они королевами в любом наряде <...>, но мужики этот грядущий спрос чуют каким-то верхним чутьём, отчего обычно сразу и прижимают ушки.

   Есть такой тип женщин, которых мужчины обходят по дуге, несмотря на всю их красоту и привлекательность. Эдакие крайне редкие, штучные даже «тургеневские барышни из стали» — несгибаемые максималистки, живущие наотмашь и спрашивающие со своих мужчин по высшей ставке — ежедневно и пожизненно. Выглядят они королевами в любом наряде <...>, но мужики этот грядущий спрос чуют каким-то верхним чутьём, отчего обычно сразу и прижимают ушки.

   — В бой идут... · книга
2. «

   ...если до сих пор жопы целовать не научился, не стоит и начинать.

   ...если до сих пор жопы целовать не научился, не стоит и начинать.

   — Селим · книга
3. «

   Я никому не судья, жизнь человека иногда в такую раскоряку ставит, что и не поймёшь — что хорошо, что плохо. <...> И не дай бог, чтобы нам с тобой такой выбор делать когда-нибудь пришлось. Я тебе так скажу — что бы человек не выбрал, я его осуждать не буду. И всё это хорошо, пока ты молодой, и не за кого, кроме себя, не отвечаешь. Потому что жизнь — она лесенкой.

   Я никому не судья, жизнь человека иногда в такую раскоряку ставит, что и не поймёшь — что хорошо, что плохо. <...> И не дай бог, чтобы нам с тобой такой выбор делать когда-нибудь пришлось. Я тебе так скажу — что бы человек не выбрал, я его осуждать не буду. И всё это хорошо, пока ты молодой, и не за кого, кроме себя, не отвечаешь. Потому что жизнь — она лесенкой.

   — В бой идут... · книга
4. «

   Скажем честно: тренеры из нас как из собачьего хвоста — плюмаж на шляпу...

   Скажем честно: тренеры из нас как из собачьего хвоста — плюмаж на шляпу...

   — Нина Семеновна Данилякер · книга
5. «

   Нет таких задниц, из которых нельзя было бы вылезти, это тебе любой солитёр подтвердит!

   Нет таких задниц, из которых нельзя было бы вылезти, это тебе любой солитёр подтвердит!

   — Сергей Дмитриевич Дяченко «Товарищ капитан» · книга
6. «

   ...если меня чему армия и научила, так это тому, что сдаваться нельзя. Вообще. Никогда. Если сел и крылья сложил — ты двухсотый. Без вариантов. А будешь барахтаться — может, и вывезет кривая.

   ...если меня чему армия и научила, так это тому, что сдаваться нельзя. Вообще. Никогда. Если сел и крылья сложил — ты двухсотый. Без вариантов. А будешь барахтаться — может, и вывезет кривая.

   — Сергей Дмитриевич Дяченко «Товарищ капитан» · книга
7. «

   ...«Сергеевна», держа безукоризненную осанку, посмотрела на нас с Митричем как герцог Анжуйский на коровью лепешку, выражением лица наведя на мысль о стакане уксуса.

   ...«Сергеевна», держа безукоризненную осанку, посмотрела на нас с Митричем как герцог Анжуйский на коровью лепешку, выражением лица наведя на мысль о стакане уксуса.

   — В бой идут... · книга
8. «

   Вот ведь говнюк какой! — никак не могла успокоиться Семеновна. — Напакостила кирза — и смылась. Вот все вы, мужики, такие — как накосячить, так вы первые, а как ответ держать — вас тут же митькой звали.

   Вот ведь говнюк какой! — никак не могла успокоиться Семеновна. — Напакостила кирза — и смылась. Вот все вы, мужики, такие — как накосячить, так вы первые, а как ответ держать — вас тут же митькой звали.

   — Нина Семеновна Данилякер · книга
9. «

   Альтернативный мир. Планета Железяка. Воды нет, полезных ископаемых нет. Населена интернет-зависимыми.

   Альтернативный мир. Планета Железяка. Воды нет, полезных ископаемых нет. Населена интернет-зависимыми.

   — Дмитрий Валентинович · книга
10. «

    — А вот не надо было давать женщине обещаний, если исполнить их не в состоянии! — фыркнула Ольга. <...> Тарасик просто побледнел от негодования — как всякий неопытный представитель мужского пола, он на «раз-два» повёлся на древние как мир женские приёмы курощения, низведения и «виноватенья» мужчин.

    — А вот не надо было давать женщине обещаний, если исполнить их не в состоянии! — фыркнула Ольга. <...> Тарасик просто побледнел от негодования — как всякий неопытный представитель мужского пола, он на «раз-два» повёлся на древние как мир женские приёмы курощения, низведения и «виноватенья» мужчин.

    — Ольга · книга
11. «

    Все настоящие друзья, <...> в твоей жизни появляются, когда ни у тебя ещё нет ни хрена, ни у них ещё нет ни хрена. Потом будут приятели, хорошие знакомые, собутыльники, деловые партнёры, соратники, сподвижники... Кого только не будет. Но друзья — это люди, которым ты почему-то оказался нужен просто потому, что ты — это ты. Ты, а не твои возможности, твои знакомства, твой потенциал и прочая трескучая ерунда вроде умения работать в команде.

    Все настоящие друзья, <...> в твоей жизни появляются, когда ни у тебя ещё нет ни хрена, ни у них ещё нет ни хрена. Потом будут приятели, хорошие знакомые, собутыльники, деловые партнёры, соратники, сподвижники... Кого только не будет. Но друзья — это люди, которым ты почему-то оказался нужен просто потому, что ты — это ты. Ты, а не твои возможности, твои знакомства, твой потенциал и прочая трескучая ерунда вроде умения работать в команде.

    — Сергей Дмитриевич Дяченко «Товарищ капитан» · книга
12. «

    А вообще ты, конечно же, телок. Как и все мужики — доверчивый и обидчивый. Женщины вам что-нибудь наговорят в сердцах, а вы всё за чистую монету принимаете и обижаетесь. Ты что — не понял, что она сейчас не вас, она сейчас себя убеждала? А из игры выскочила, потому что перед всеми разреветься побоялась? Она сейчас сидит вся в соплях, слезы глотает и на стенку воет: «Ну почему-у-у я такая несча-а-а-астная... Ну почему-у-у-у меня никто не лю-ю-ю-ю-юбит!!!». <...> Нам, бабам, нет ничего обиднее, когда тебе правду сказали, которая ножом по сердцу, а ответить на это нечего. Последствия бывают самыми непредсказуемыми. А вообще, Петюнь, завязывал бы ты с попытками умом женщин понять. Более бесперспективного подхода и придумать сложно, это я тебе по секрету говорю. Как мать говорю, и как женщина — бросай ты это дело, иначе так в девках и останешься. Нас сердцем понимать надо, а не разумом.

    А вообще ты, конечно же, телок. Как и все мужики — доверчивый и обидчивый. Женщины вам что-нибудь наговорят в сердцах, а вы всё за чистую монету принимаете и обижаетесь. Ты что — не понял, что она сейчас не вас, она сейчас себя убеждала? А из игры выскочила, потому что перед всеми разреветься побоялась? Она сейчас сидит вся в соплях, слезы глотает и на стенку воет: «Ну почему-у-у я такая несча-а-а-астная... Ну почему-у-у-у меня никто не лю-ю-ю-ю-юбит!!!». <...> Нам, бабам, нет ничего обиднее, когда тебе правду сказали, которая ножом по сердцу, а ответить на это нечего. Последствия бывают самыми непредсказуемыми. А вообще, Петюнь, завязывал бы ты с попытками умом женщин понять. Более бесперспективного подхода и придумать сложно, это я тебе по секрету говорю. Как мать говорю, и как женщина — бросай ты это дело, иначе так в девках и останешься. Нас сердцем понимать надо, а не разумом.

    — Светлана Сергеевна Сабурова · книга
13. «

    ...если человек что-то из себя представляет, если лапками дёргает — всё равно он рано или поздно на свое место встанет. Где ему и сверху правильный человек будет, и снизу такие же. Вот, говорят, что людям вверх стремиться надо. Глупости это всё. Чем дальше вверх, тем меньше места, все не влезут. Люди в основном по кругу ходят, но не просто так, а место своё ищут, где им ничего не жмёт и не мешает.

    ...если человек что-то из себя представляет, если лапками дёргает — всё равно он рано или поздно на свое место встанет. Где ему и сверху правильный человек будет, и снизу такие же. Вот, говорят, что людям вверх стремиться надо. Глупости это всё. Чем дальше вверх, тем меньше места, все не влезут. Люди в основном по кругу ходят, но не просто так, а место своё ищут, где им ничего не жмёт и не мешает.

    — Юрко · книга
14. «

    Одиночество — вот что достало меня до зубовного скрежета. Пенсионер, особенно пенсионер без семьи в сегодняшнем мире обречен на тотальное, полное и беспросветное одиночество. Моя жизнь в последние годы практически ничем не отличалась от злоключений несчастного Робинзона Крузо, я, собственно, и был робинзоном, только проживающим не на острове, а в многолюдном городе. И оттого, что моя робинзонада протекала среди огромного людского столпотворения, она была особенно тягостной.

    Одиночество — вот что достало меня до зубовного скрежета. Пенсионер, особенно пенсионер без семьи в сегодняшнем мире обречен на тотальное, полное и беспросветное одиночество. Моя жизнь в последние годы практически ничем не отличалась от злоключений несчастного Робинзона Крузо, я, собственно, и был робинзоном, только проживающим не на острове, а в многолюдном городе. И оттого, что моя робинзонада протекала среди огромного людского столпотворения, она была особенно тягостной.

    — Дмитрий Валентинович · книга