Сергей Жадан: 24 фразы, которые разошлись на цитаты

Подборка из 24 цитаты Сергея Жадана: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Нам в основном приходится общаться со свихнувшимися жителями нашей удивительной планеты, с просто поразительными уродами, и, должен признаться, мне с ними интересно, надеюсь, им со мной тоже.

   Нам в основном приходится общаться со свихнувшимися жителями нашей удивительной планеты, с просто поразительными уродами, и, должен признаться, мне с ними интересно, надеюсь, им со мной тоже.

   — Жадан · книга
2. «

   Он пьёт уже третий день, еще и погода плохая, давление, или как это называется, как называется состояние, когда ты пьёшь третий день и внезапно перестаешь узнавать родных и близких? Очевидно, давление.

   Он пьёт уже третий день, еще и погода плохая, давление, или как это называется, как называется состояние, когда ты пьёшь третий день и внезапно перестаешь узнавать родных и близких? Очевидно, давление.

   — Депеш Мод · книга
3. «

   Мне вообще-то не нравятся многие вещи, но я не привередливый, наоборот, достаточно хорошо приспосабливаюсь ко многим не слишком приятным обстоятельствам, но здесь речь не обо мне, речь о том, что все время встречаешь так много человеческих лиц, что просто не можешь не волноваться, не переживать о них. Возможно, поэтому так важны для меня, пусть это и звучит как понт, лица моих друзей, моих давних знакомых, лица, которые я видел столько лет подряд и которые, при желании, могу теперь легко вспомнить — спокойные, радостные и улыбающиеся. Такие, какие обычно бывают у покойников.

   Мне вообще-то не нравятся многие вещи, но я не привередливый, наоборот, достаточно хорошо приспосабливаюсь ко многим не слишком приятным обстоятельствам, но здесь речь не обо мне, речь о том, что все время встречаешь так много человеческих лиц, что просто не можешь не волноваться, не переживать о них. Возможно, поэтому так важны для меня, пусть это и звучит как понт, лица моих друзей, моих давних знакомых, лица, которые я видел столько лет подряд и которые, при желании, могу теперь легко вспомнить — спокойные, радостные и улыбающиеся. Такие, какие обычно бывают у покойников.

   — Жадан · книга
4. «

   … время существует для того, чтобы ты его убил.

   … время существует для того, чтобы ты его убил.

   — Anarchy in the UKR · книга
5. «

   Мы с тобой обязаны досидеть до конца сеанса, хотя бы для того, чтобы после всех титров, после всех имен и благодарностей, после всей господней мутоты, после года выпуска и даты релиза — прочесть все же, что во время съемок этого блокбастера ни одна живая душа не пострадала.

   Мы с тобой обязаны досидеть до конца сеанса, хотя бы для того, чтобы после всех титров, после всех имен и благодарностей, после всей господней мутоты, после года выпуска и даты релиза — прочесть все же, что во время съемок этого блокбастера ни одна живая душа не пострадала.

   — Жадан · книга
6. «

   … коммерция – первый шаг к нормальным мужским отношениям.

   … коммерция – первый шаг к нормальным мужским отношениям.

   — Anarchy in the UKR · книга
7. «

   Мы клево входили в жизнь, другое дело, в какое говно все это потом превратилось. За все надо платить, вот мы, наверное, и платим за ту безумную эпоху теперешним ступором. Неправда, что времена не меняются, меняются, да еще как, мы в свои пятнадцать видели ангелов на вершинах ворошиловградских терриконов, возвращаясь с выездных матчей нашей любимой команды, мы чувствовали, как холодно твердеют алмазами соски тридцатилетних женщин, что по пьяни позволяли себя трогать, хотя обычно ничем хорошим это не заканчивалось, кроме, конечно, онанизма, мы проводили на ногах по несколько суток, переходя из общежития в общежитие, из подвала в подвал, с остановки на остановку, вдыхая теплый прах на придорожной зелени и горьковатый запах сахарной ваты на автостанции. За это я согласен заплатить, хоть мне и нечем.

   Мы клево входили в жизнь, другое дело, в какое говно все это потом превратилось. За все надо платить, вот мы, наверное, и платим за ту безумную эпоху теперешним ступором. Неправда, что времена не меняются, меняются, да еще как, мы в свои пятнадцать видели ангелов на вершинах ворошиловградских терриконов, возвращаясь с выездных матчей нашей любимой команды, мы чувствовали, как холодно твердеют алмазами соски тридцатилетних женщин, что по пьяни позволяли себя трогать, хотя обычно ничем хорошим это не заканчивалось, кроме, конечно, онанизма, мы проводили на ногах по несколько суток, переходя из общежития в общежитие, из подвала в подвал, с остановки на остановку, вдыхая теплый прах на придорожной зелени и горьковатый запах сахарной ваты на автостанции. За это я согласен заплатить, хоть мне и нечем.

   — Жадан · книга
8. «

   Самые интересные вопросы могут поставить лишь те, кто живет, но самые интересные ответы можно услышать лишь от умерших.

   Самые интересные вопросы могут поставить лишь те, кто живет, но самые интересные ответы можно услышать лишь от умерших.

   — Подпольный цех бомбистов · книга
9. «

   Вся твоя жизнь — это борьба с системой. Причем ты с ней борешься, а она на тебя даже внимания не обращает. Она, как только ты останавливаешь ее на улице и начинаешь выдавать прямо в глаза все, что думаешь, демонстративно поворачивается к случайному прохожему и спрашивает, который час, гася весь твой пафос и оставляя тебя наедине с твоими протестными настроениями.

   Вся твоя жизнь — это борьба с системой. Причем ты с ней борешься, а она на тебя даже внимания не обращает. Она, как только ты останавливаешь ее на улице и начинаешь выдавать прямо в глаза все, что думаешь, демонстративно поворачивается к случайному прохожему и спрашивает, который час, гася весь твой пафос и оставляя тебя наедине с твоими протестными настроениями.

   — Жадан · книга
10. «

    … я прекрасно понимаю, что по цветовой гамме и композиционным решениям «слава кпсс» 80-х это «всегда кока-кола» 90-х.

    … я прекрасно понимаю, что по цветовой гамме и композиционным решениям «слава кпсс» 80-х это «всегда кока-кола» 90-х.

    — Anarchy in the UKR · книга
11. «

    Зачем ехать туда, где тебя никто не ждет? Зачем убегать от тех, кто любит тебя? Если ты сам не можешь постоять за себя и своих близких, что дает тебе право сетовать на судьбу? Пытался ли ты что-то сделать, прежде чем сдался и опустил руки? Как ты посмотришь в глаза тем, кто шел перед тобой и кто теперь на тебя надеется? Что ты ответишь на вопрос тех, кто ступает по твоим следам? Ведь жизнь происходит с тобой каждый день. И любовь оправдывает все ошибки и попытки.

    Зачем ехать туда, где тебя никто не ждет? Зачем убегать от тех, кто любит тебя? Если ты сам не можешь постоять за себя и своих близких, что дает тебе право сетовать на судьбу? Пытался ли ты что-то сделать, прежде чем сдался и опустил руки? Как ты посмотришь в глаза тем, кто шел перед тобой и кто теперь на тебя надеется? Что ты ответишь на вопрос тех, кто ступает по твоим следам? Ведь жизнь происходит с тобой каждый день. И любовь оправдывает все ошибки и попытки.

    — Гера · книга
12. «

    Чем примечательны все истории о любви? Возможно, тем, что когда человек по-настоящему влюблен, ничья помощь ему не нужна. Ему совершенно не нужны благоприятные условия, ему все равно, как складываются обстоятельства, как развиваются события, благосклонны ли к нему святые, благоприятно ли расположены звезды и планеты, влюбленного человека переполняет страсть, он руководствуется исключительно своим внутренним безумием, его ведут вперед его сердце, его душа, его внутренние органы, они не дают ему покоя, не дают отдыха, изматывая ежедневной неутолимой жаждой — глубокой, как артезианская скважина, черной, как сырая нефть, сладкой, как смерть во сне в пять утра в старом фольксвагене на польско-немецкой границе.

    Чем примечательны все истории о любви? Возможно, тем, что когда человек по-настоящему влюблен, ничья помощь ему не нужна. Ему совершенно не нужны благоприятные условия, ему все равно, как складываются обстоятельства, как развиваются события, благосклонны ли к нему святые, благоприятно ли расположены звезды и планеты, влюбленного человека переполняет страсть, он руководствуется исключительно своим внутренним безумием, его ведут вперед его сердце, его душа, его внутренние органы, они не дают ему покоя, не дают отдыха, изматывая ежедневной неутолимой жаждой — глубокой, как артезианская скважина, черной, как сырая нефть, сладкой, как смерть во сне в пять утра в старом фольксвагене на польско-немецкой границе.

    — Жадан · книга
13. «

    Люди часто не доверяют друг другу по непонятным причинам, они просто отворачиваются друг от друга в самый нужный момент и спокойно засыпают, чтобы в цветной темноте смотреть свои кошмары. Доверие же заставляет тебя отказаться от индивидуального просмотра снов, доверие, вообще, вещь коварная, она открывает тебя, как порножурнал, на самой неподходящей странице, попробуй теперь объясни, что и как ты имел в виду. В таких случаях доверие становится обременительным, и ближние твои удаляют тебя из своей жизни, словно швы от хирургических вмешательств.

    Люди часто не доверяют друг другу по непонятным причинам, они просто отворачиваются друг от друга в самый нужный момент и спокойно засыпают, чтобы в цветной темноте смотреть свои кошмары. Доверие же заставляет тебя отказаться от индивидуального просмотра снов, доверие, вообще, вещь коварная, она открывает тебя, как порножурнал, на самой неподходящей странице, попробуй теперь объясни, что и как ты имел в виду. В таких случаях доверие становится обременительным, и ближние твои удаляют тебя из своей жизни, словно швы от хирургических вмешательств.

    — Жадан · книга
14. «

    ... секс – это когда вы трахаетесь и ты после этого хочешь, чтобы она поскорее ушла. А любовь, соответственно, — это когда вы трахаетесь и после траха ты хочешь, чтобы она как можно на дольше осталась.

    ... секс – это когда вы трахаетесь и ты после этого хочешь, чтобы она поскорее ушла. А любовь, соответственно, — это когда вы трахаетесь и после траха ты хочешь, чтобы она как можно на дольше осталась.

    — Гимн демократической молодежи · книга
15. «

    Корпорация — как анонимные алкоголики, она не лечит, но дает понять: не один ты так облажался.

    Корпорация — как анонимные алкоголики, она не лечит, но дает понять: не один ты так облажался.

    — Жадан · книга
16. «

    Внимательно следи за волнами – одна из них твоя.

    Внимательно следи за волнами – одна из них твоя.

    — Anarchy in the UKR · книга
17. «

    … там, где тебе было хорошо и уютно, кого-то следующего просто раздавит случайной балкой.

    … там, где тебе было хорошо и уютно, кого-то следующего просто раздавит случайной балкой.

    — Anarchy in the UKR · книга
18. «

    Реальность прикольная сама по себе, но совсем уж лажовая при подсчете послематчевой статистики, когда ты анализируешь свои и её результаты и видишь, что нарушений с её стороны было в несколько раз больше, а удаления происходили только в твоей команде.

    Реальность прикольная сама по себе, но совсем уж лажовая при подсчете послематчевой статистики, когда ты анализируешь свои и её результаты и видишь, что нарушений с её стороны было в несколько раз больше, а удаления происходили только в твоей команде.

    — Депеш Мод · книга
19. «

    Когда люди так много могут рассказать друг другу, они, как правило, молчат. Потому что в таких случаях любая попытка о чем-нибудь поговорить неминуемо оборачивается вскрытием с последующими попытками спрятать труп куда-нибудь подальше.

    Когда люди так много могут рассказать друг другу, они, как правило, молчат. Потому что в таких случаях любая попытка о чем-нибудь поговорить неминуемо оборачивается вскрытием с последующими попытками спрятать труп куда-нибудь подальше.

    — Жадан · книга
20. «

    Є речі в цьому житті, які ти все одно не встигнеш зробити. І краще наперед знати, що це за речі, аби не нервувати з цього приводу.

    Є речі в цьому житті, які ти все одно не встигнеш зробити. І краще наперед знати, що це за речі, аби не нервувати з цього приводу.