18 цитат Станислава Говорухина, которые захочется сохранить

Станислав Говорухин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 18 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Рассуждаю как грузин: какой же ты мужчина, если можешь напиться до скотского состояния?

   Рассуждаю как грузин: какой же ты мужчина, если можешь напиться до скотского состояния?

   — Станислав Говорухин · книга
2. «

   Жан-Жак Руссо в «Эмиле» пишет, что библиотека Эмиля будет состоять всего из одной книги. Вы думаете, это Библия? Нет, это «Робинзон Крузо». И пока у человечества не испортится вкус, её надо считать самой великой. И я всегда так считал, но стеснялся произнести вслух, пока не наткнулся на эти строки. Робинзон Крузо — это человек, который ни при каких обстоятельствах в силу величия своего духа не мог погибнуть.

   Жан-Жак Руссо в «Эмиле» пишет, что библиотека Эмиля будет состоять всего из одной книги. Вы думаете, это Библия? Нет, это «Робинзон Крузо». И пока у человечества не испортится вкус, её надо считать самой великой. И я всегда так считал, но стеснялся произнести вслух, пока не наткнулся на эти строки. Робинзон Крузо — это человек, который ни при каких обстоятельствах в силу величия своего духа не мог погибнуть.
3. «

   Фильм о настоящем человеке, где сила — это справедливость, моё творчество стали называть после «Ворошиловского стрелка». Теперь о настоящем мужчине, говорят, что он Ворошиловский стрелок. Больше всего унижены и оскорблены старики, и я подумал, что хорошо было если главным героем стал старик, такой ветеран, который смог бы постоять не только за себя, но и за всё своё поколение. Вот этот старик, Иван Афанасьевич и есть настоящий мужчина.

   Фильм о настоящем человеке, где сила — это справедливость, моё творчество стали называть после «Ворошиловского стрелка». Теперь о настоящем мужчине, говорят, что он Ворошиловский стрелок. Больше всего унижены и оскорблены старики, и я подумал, что хорошо было если главным героем стал старик, такой ветеран, который смог бы постоять не только за себя, но и за всё своё поколение. Вот этот старик, Иван Афанасьевич и есть настоящий мужчина.
4. «

   Женщина умнее мужчины. Мужчина думает о будущей карьере, а женщина — о детях, а значит о том, в какой стране они будут жить, что будет с этой страной.

   Женщина умнее мужчины. Мужчина думает о будущей карьере, а женщина — о детях, а значит о том, в какой стране они будут жить, что будет с этой страной.
5. «

   Все, кто нарушил законы, увёл деньги из бюджета, приватизировал незаконно целые отрасли народного хозяйства, должны отбывать наказание.

   Все, кто нарушил законы, увёл деньги из бюджета, приватизировал незаконно целые отрасли народного хозяйства, должны отбывать наказание.
6. «

   Николай Александрович Романов жалуется своему духовнику, отцу Василию: вот, мол, грешен, батюшка... Выпиваю, курю... Отец Василий: — Дьявол не пьет, не курит, не прелюбодействует. Тем не менее он — Дьявол!

   Николай Александрович Романов жалуется своему духовнику, отцу Василию: вот, мол, грешен, батюшка... Выпиваю, курю... Отец Василий: — Дьявол не пьет, не курит, не прелюбодействует. Тем не менее он — Дьявол!

   — Николай Александрович Романов · книга
7. «

   Приехали мы с моим товарищем, однокурстником Борисом Дуровым в Одессу и тут нас вызывает директор киностудии и говорит, вот, горит сценарий, никто за него браться не хочет, про альпинистов— любителей. Прочитав его мы понимали, что снимать это, бездарно потратить плёнку. Фильму не хватало духа первооткрывателя, который нам принёс Владимир. Мы его слушали на одном из студенческих вечеров посиделок, и Борис договорился с Володей о нескольких песнях, которые он даст в фильм. В ответ Володя предложил, чтоб песни звучали душевнее, ему нужно испытать горы. Так он попал в фильм и с «Вертикали» началась его все союзная слава. Это потом отразилось в моей работе над «Эрой милосердия». Куда мы снова позвали Высоцкого, правда он уже тогда был в негласном запрете на исполнение песен, и нам не дали вставить в фильм не одной песни. Тогда Володя предложил, не дают петь, но играть мне не запрещают и он выбрал роль циничного, жёсткого Жеглова. Эта лента принесла всенародную любовь нам, в частности из за предложений вставленых в ленту Владимиром Высоцким. Я даже давал ему снимать некоторые эпизоды, в частности, с рецидевистом Кирпичём (Садальским). С которым был небольшой спор, он не хотел играть роль дурака Кирпича, а вот роль МУРовца ему бы подошла. Я засмеялся и ответил, что на роль милиционера требуют чтобы он был комсомолец. Дай Бог, если один раз я посмотрел картину, её зрители знают наизусть, а я не помню ни одной реплики.

   Приехали мы с моим товарищем, однокурстником Борисом Дуровым в Одессу и тут нас вызывает директор киностудии и говорит, вот, горит сценарий, никто за него браться не хочет, про альпинистов— любителей. Прочитав его мы понимали, что снимать это, бездарно потратить плёнку. Фильму не хватало духа первооткрывателя, который нам принёс Владимир. Мы его слушали на одном из студенческих вечеров посиделок, и Борис договорился с Володей о нескольких песнях, которые он даст в фильм. В ответ Володя предложил, чтоб песни звучали душевнее, ему нужно испытать горы. Так он попал в фильм и с «Вертикали» началась его все союзная слава. Это потом отразилось в моей работе над «Эрой милосердия». Куда мы снова позвали Высоцкого, правда он уже тогда был в негласном запрете на исполнение песен, и нам не дали вставить в фильм не одной песни. Тогда Володя предложил, не дают петь, но играть мне не запрещают и он выбрал роль циничного, жёсткого Жеглова. Эта лента принесла всенародную любовь нам, в частности из за предложений вставленых в ленту Владимиром Высоцким. Я даже давал ему снимать некоторые эпизоды, в частности, с рецидевистом Кирпичём (Садальским). С которым был небольшой спор, он не хотел играть роль дурака Кирпича, а вот роль МУРовца ему бы подошла. Я засмеялся и ответил, что на роль милиционера требуют чтобы он был комсомолец. Дай Бог, если один раз я посмотрел картину, её зрители знают наизусть, а я не помню ни одной реплики.
8. «

   Идя по улице я увидел, что там снимают кино, все суетятся бегают, что-то поправляют и только один человек сидит в кресле с палкой, ему приносят чай. Я говорю: «Кто это?» Мне отвечают: «Это режиссёр Марк Донской». Я про себя подумал, вот профессия, а...

   Идя по улице я увидел, что там снимают кино, все суетятся бегают, что-то поправляют и только один человек сидит в кресле с палкой, ему приносят чай. Я говорю: «Кто это?» Мне отвечают: «Это режиссёр Марк Донской». Я про себя подумал, вот профессия, а...
9. «

   Я в думе с 1993 года. Первые созывы все грозились разогнать, теперь уже и не заикаются — Дума абсолютно подконтрольна Кремлю. В записных книжках великого князя Андрея Владимировича я нашел запись, датированную началом 17 года: «Конечно, Дума — дрянь. Но разогнать ее нельзя, как нельзя безнаказанно зашить задницу ввиду ее смрадности. Все организмы должны иметь выходы — и физиологические, и государственные».

   Я в думе с 1993 года. Первые созывы все грозились разогнать, теперь уже и не заикаются — Дума абсолютно подконтрольна Кремлю. В записных книжках великого князя Андрея Владимировича я нашел запись, датированную началом 17 года: «Конечно, Дума — дрянь. Но разогнать ее нельзя, как нельзя безнаказанно зашить задницу ввиду ее смрадности. Все организмы должны иметь выходы — и физиологические, и государственные».

   — Станислав Говорухин · книга
10. «

    Всё дело в заднице: мужчина может сидеть двенадцать часов за столом, а женщина — нет. Поэтому есть великие писатели и нет великих писательниц.

    Всё дело в заднице: мужчина может сидеть двенадцать часов за столом, а женщина — нет. Поэтому есть великие писатели и нет великих писательниц.
11. «

    Снимался как-то у нас студент-испанец. Худющий, кожа да кости. Звали его Херарда. Что-то типа Херарда Фернандес... Дело было в украинской деревне. Одна хохлушка смотрит на него жалостливо: — Який же ты худый, хлопчик. Пойдем, я тебя борщом нашим украинским угощу... Пришли в хату. — Як твое призвыще, сыночку? — Херарда. Можно просто Хера. Хозяйка всплеснула руками: — Это шоб ридна маты от так свою ридну дытыну назвала!

    Снимался как-то у нас студент-испанец. Худющий, кожа да кости. Звали его Херарда. Что-то типа Херарда Фернандес... Дело было в украинской деревне. Одна хохлушка смотрит на него жалостливо: — Який же ты худый, хлопчик. Пойдем, я тебя борщом нашим украинским угощу... Пришли в хату. — Як твое призвыще, сыночку? — Херарда. Можно просто Хера. Хозяйка всплеснула руками: — Это шоб ридна маты от так свою ридну дытыну назвала!

    — Станислав Говорухин · книга
12. «

    Сергей Иосифович, муж моей родной тетки Александры Афанасьевны, помню, говаривал: — Очень просто доставить себе удовольствие. Высунь ногу из-под одеяла, а когда она замерзнет, сунь ее обратно. Жизнь полна удовольствий!

    Сергей Иосифович, муж моей родной тетки Александры Афанасьевны, помню, говаривал: — Очень просто доставить себе удовольствие. Высунь ногу из-под одеяла, а когда она замерзнет, сунь ее обратно. Жизнь полна удовольствий!

    — Сергей Иосифович · книга
13. «

    Мы были всю жизнь русским народом и когда была советская власть, как-то мы ещё обходились благодаря этому прилагательному: мы — советские люди, мы — советский народ. Но сейчас советской власти нет. Кто мы? Я не понимаю... Россияне? Само слово-то отвратительное. <...> Может и прижилось оно [слово «россияне»], но «россиянка», «россияне» даже чисто вот лингвистически это отвратительно звучит. Но, вполне возможно, что мы были много веков русским народом, а теперь станем россиянами.

    Мы были всю жизнь русским народом и когда была советская власть, как-то мы ещё обходились благодаря этому прилагательному: мы — советские люди, мы — советский народ. Но сейчас советской власти нет. Кто мы? Я не понимаю... Россияне? Само слово-то отвратительное. <...> Может и прижилось оно [слово «россияне»], но «россиянка», «россияне» даже чисто вот лингвистически это отвратительно звучит. Но, вполне возможно, что мы были много веков русским народом, а теперь станем россиянами.
14. «

    Я считаю, что это одна из больших ошибок и заблуждений — ставить во главу всего экономику.

    Я считаю, что это одна из больших ошибок и заблуждений — ставить во главу всего экономику.
15. «

    Артистка рассказывает: «Идут новогодние елки, я играю зайчика. Как-то выбегаю на сцену, дышу, будто бы запыхалась — глубоко, художественно. Только собралась произнести реплику, встает мальчик из первого ряда: — Зайчик, не торопись, отдышись...»

    Артистка рассказывает: «Идут новогодние елки, я играю зайчика. Как-то выбегаю на сцену, дышу, будто бы запыхалась — глубоко, художественно. Только собралась произнести реплику, встает мальчик из первого ряда: — Зайчик, не торопись, отдышись...»

    — Станислав Говорухин · книга
16. «

    Я много курю, много пью, у меня нет никакого распорядка дня. И мне хорошо.

    Я много курю, много пью, у меня нет никакого распорядка дня. И мне хорошо.
17. «

    Я никогда не думаю об американском, французском и другом зрителе. Или о жюри какого-нибудь фестиваля — мне это абсолютно неинтересно. Меня интересует успех в своей стране.

    Я никогда не думаю об американском, французском и другом зрителе. Или о жюри какого-нибудь фестиваля — мне это абсолютно неинтересно. Меня интересует успех в своей стране.
18. «

    Мой лучший фильм — «Ворошиловский стрелок». Я сам представитель власти, но и я оправдываю старика, решившегося на месть. Это даже не месть, а возмездие, которое должно было совершить государство. Если возмездие не настигает преступников, люди начинают жить по законам джунглей.

    Мой лучший фильм — «Ворошиловский стрелок». Я сам представитель власти, но и я оправдываю старика, решившегося на месть. Это даже не месть, а возмездие, которое должно было совершить государство. Если возмездие не настигает преступников, люди начинают жить по законам джунглей.