33 фразы Стефана Цвейга, которые запоминаются

Подборка из 33 цитаты Стефана Цвейга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ...бывают внезапные потрясения, внутренние взрывы, которые в пересказе звучали бы сентиментально, слова, которые можно искренне произнести только раз в жизни, с глазу на глаз, в минуту неожиданного смятения чувств.

   ...бывают внезапные потрясения, внутренние взрывы, которые в пересказе звучали бы сентиментально, слова, которые можно искренне произнести только раз в жизни, с глазу на глаз, в минуту неожиданного смятения чувств.

   — Смятение чувств, из записок старого человека · книга
2. «

   Когда меня зовут на помощь, я должен действовать не колеблясь. В жизни это всегда самое правильное, потому что самое человечное. Все остальное — воля случая, или, как сказал бы верующий, воля божья.

   Когда меня зовут на помощь, я должен действовать не колеблясь. В жизни это всегда самое правильное, потому что самое человечное. Все остальное — воля случая, или, как сказал бы верующий, воля божья.

   — доктор Кондор · книга
3. «

   Пережитое пережито в ту самую секунду, когда оно покидает нас.

   Пережитое пережито в ту самую секунду, когда оно покидает нас.

   — Летняя новелла · книга
4. «

   Моя жизнь поистине началась лишь в тот день, когда я тебя узнала. До того дня было что-то тусклое и смутное, куда моя память никогда уже не заглядывала, какой-то пропыленный, затянутый паутиной погреб, где жили люди, которых я давно выбросила из сердца.

   Моя жизнь поистине началась лишь в тот день, когда я тебя узнала. До того дня было что-то тусклое и смутное, куда моя память никогда уже не заглядывала, какой-то пропыленный, затянутый паутиной погреб, где жили люди, которых я давно выбросила из сердца.

   — Письмо незнакомки · книга
5. «

   О силе страсти всегда судят по совершенным во имя нее безрассудствам.

   О силе страсти всегда судят по совершенным во имя нее безрассудствам.

   — Нетерпение сердца · книга
6. «

   О том, каким ты был четверть века назад, можно говорить так, словно это касается кого-то другого.

   О том, каким ты был четверть века назад, можно говорить так, словно это касается кого-то другого.

   — Антон Гофмиллер · книга
7. «

   Великое отчаяние порождает великую силу.

   Великое отчаяние порождает великую силу.
8. «

   Как в политике одно меткое слово, одна острота часто воздействует решительнее целой демосфеновской речи, так и в литературе миниатюры зачастую живут дольше толстых романов.

   Как в политике одно меткое слово, одна острота часто воздействует решительнее целой демосфеновской речи, так и в литературе миниатюры зачастую живут дольше толстых романов.
9. «

   ...я наслаждался блаженством душевного покоя и радовался счастью других, ибо, когда человек счастлив, ему кажется, что все вокруг него счастливы.

   ...я наслаждался блаженством душевного покоя и радовался счастью других, ибо, когда человек счастлив, ему кажется, что все вокруг него счастливы.

   — Антон Гофмиллер · книга
10. «

    Протяните больному, одному из тех, кого так жестоко называют неизлечимыми, соломинку надежды, как он тут же соорудит себе из нее бревно, а из бревна — целый дом.

    Протяните больному, одному из тех, кого так жестоко называют неизлечимыми, соломинку надежды, как он тут же соорудит себе из нее бревно, а из бревна — целый дом.

    — доктор Кондор · книга
11. «

    Разве объяснишь, почему люди, не умеющие плавать, бросаются с моста за утопающим?

    Разве объяснишь, почему люди, не умеющие плавать, бросаются с моста за утопающим?

    — 24 часа из жизни женщины · книга
12. «

    ... но тому, кто не боится риска, часто приходит на помощь случай.

    ... но тому, кто не боится риска, часто приходит на помощь случай.

    — Нетерпение сердца · книга
13. «

    Любящие обладают каким-то сверхъестественным даром угадывать подлинные чувства любимого, а так как любовь, по извечным законам, всегда стремится к беспредельному, то все обычное, все умеренное претит ей, невыносимо для нее.

    Любящие обладают каким-то сверхъестественным даром угадывать подлинные чувства любимого, а так как любовь, по извечным законам, всегда стремится к беспредельному, то все обычное, все умеренное претит ей, невыносимо для нее.

    — Нетерпение сердца · книга
14. «

    В каждом юном лице уже таятся морщины, в улыбке — усталость, в мечте — разочарование.

    В каждом юном лице уже таятся морщины, в улыбке — усталость, в мечте — разочарование.

    — Летняя новелла · книга
15. «

    Я же в своей гордости хотела, чтобы ты всю жизнь думал обо мне без забот и тревоги. Я предпочитала взять всё на себя, чем стать для тебя обузой, я хотела быть единственной среди любивших тебя женщин, о ком ты всегда думал бы с любовью и благодарностью.

    Я же в своей гордости хотела, чтобы ты всю жизнь думал обо мне без забот и тревоги. Я предпочитала взять всё на себя, чем стать для тебя обузой, я хотела быть единственной среди любивших тебя женщин, о ком ты всегда думал бы с любовью и благодарностью.

    — Письмо незнакомки · книга
16. «

    Сердце умеет забыть легко и быстро, если хочет забыть.

    Сердце умеет забыть легко и быстро, если хочет забыть.

    — Нетерпение сердца · книга
17. «

    Я не виню тебя, я люблю тебя таким, каков ты есть, пылким и забывчивым, увлекающимся и неверным, я люблю тебя таким, только таким, каким ты был всегда, каким остался и поныне.

    Я не виню тебя, я люблю тебя таким, каков ты есть, пылким и забывчивым, увлекающимся и неверным, я люблю тебя таким, только таким, каким ты был всегда, каким остался и поныне.

    — Письмо незнакомки · книга
18. «

    ... Зачем думать о тех, кто не думает обо мне?

    ... Зачем думать о тех, кто не думает обо мне?

    — Закат одного сердца · книга
19. «

    Никакая вина не может быть предана забвению, пока о ней помнит совесть.

    Никакая вина не может быть предана забвению, пока о ней помнит совесть.

    — Нетерпение сердца · книга
20. «

    Предельных вершин достигает только то блаженство, которое взметнулось вверх из предельных глубин отчаяния.

    Предельных вершин достигает только то блаженство, которое взметнулось вверх из предельных глубин отчаяния.

    — Магеллан. Человек и его деяние · книга