37 цитат Стефана Цвейга о жизни и людях

Подборка из 37 цитат Стефана Цвейга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Даже самая жестокая плеть бьет не так больно, если ты видишь, что она с той же силой обрушивается на спину ближнего.

   Даже самая жестокая плеть бьет не так больно, если ты видишь, что она с той же силой обрушивается на спину ближнего.

   — Нетерпение сердца · книга
2. «

   Только одно мне противно, и только одного я не переношу — отговорок, пустых слов, вранья — меня от них тошнит!

   Только одно мне противно, и только одного я не переношу — отговорок, пустых слов, вранья — меня от них тошнит!

   — Нетерпение сердца · книга
3. «

   Когда меня зовут на помощь, я должен действовать не колеблясь. В жизни это всегда самое правильное, потому что самое человечное. Все остальное — воля случая, или, как сказал бы верующий, воля божья.

   Когда меня зовут на помощь, я должен действовать не колеблясь. В жизни это всегда самое правильное, потому что самое человечное. Все остальное — воля случая, или, как сказал бы верующий, воля божья.

   — доктор Кондор · книга
4. «

   Человек ощущает смысл и цель своей собственной жизни лишь когда осознает, что нужен другим.

   Человек ощущает смысл и цель своей собственной жизни лишь когда осознает, что нужен другим.

   — Нетерпение сердца · книга
5. «

   ... Зачем думать о тех, кто не думает обо мне?

   ... Зачем думать о тех, кто не думает обо мне?

   — Закат одного сердца · книга
6. «

   Как в политике одно меткое слово, одна острота часто воздействует решительнее целой демосфеновской речи, так и в литературе миниатюры зачастую живут дольше толстых романов.

   Как в политике одно меткое слово, одна острота часто воздействует решительнее целой демосфеновской речи, так и в литературе миниатюры зачастую живут дольше толстых романов.
7. «

   Только страсти дано сорвать покров с женской души, только через любовь и страдание вырастает женщина в полный свой рост.

   Только страсти дано сорвать покров с женской души, только через любовь и страдание вырастает женщина в полный свой рост.

   — Мария Стюарт · книга
8. «

   У каждого в жизни бывают ошибки, которые никогда и ничем не исправишь.

   У каждого в жизни бывают ошибки, которые никогда и ничем не исправишь.

   — Мария Стюарт · книга
9. «

   Он лишь принадлежал к тому сорту назойливых людей, что коллекционируют знакомства с таким же усердием, как дети — почтовые марки, чрезвычайно гордясь каждым экземпляром своей коллекции.

   Он лишь принадлежал к тому сорту назойливых людей, что коллекционируют знакомства с таким же усердием, как дети — почтовые марки, чрезвычайно гордясь каждым экземпляром своей коллекции.

   — Нетерпение сердца · книга
10. «

    На людей, чьи поступки до такой степени зависят от настроения, нельзя возлагать никакой серьёзной ответственности.

    На людей, чьи поступки до такой степени зависят от настроения, нельзя возлагать никакой серьёзной ответственности.

    — доктор Кондор · книга
11. «

    Стеснительность в любой её форме мешает быть самим собой. В полной мере человек раскрывается лишь тогда, когда чувствует себя непринуждённо.

    Стеснительность в любой её форме мешает быть самим собой. В полной мере человек раскрывается лишь тогда, когда чувствует себя непринуждённо.

    — Нетерпение сердца · книга
12. «

    Так редко встречаешь в людях благодарность, и как раз наиболее признательные не находят для нее слов.

    Так редко встречаешь в людях благодарность, и как раз наиболее признательные не находят для нее слов.

    — 24 часа из жизни женщины · книга
13. «

    ...как часто самые нелепые случайности влияют на наши побуждения, а самые незначительные обстоятельства воодушевляют нас или лишают мужества.

    ...как часто самые нелепые случайности влияют на наши побуждения, а самые незначительные обстоятельства воодушевляют нас или лишают мужества.

    — Антон Гофмиллер · книга
14. «

    Лишь сумма преодоленных препятствий является действительно правильным мерилом подвига и человека, совершившего этот подвиг.

    Лишь сумма преодоленных препятствий является действительно правильным мерилом подвига и человека, совершившего этот подвиг.
15. «

    Но чтобы пользоваться успехом у женщин, и не нужно быть красавцем: уже терпкое дыхание мужественности, исходящее от таких сильных натур, какое-то неистовое своенравие, безоглядная жестокость, самая атмосфера войны и победы дурманят их чувства. Ничто так не будит в женщине страсть, как трепет страха и восхищения – легкое сладостное чувство жути и опасности только усиливает наслаждение, придает ему неизъяснимую остроту.

    Но чтобы пользоваться успехом у женщин, и не нужно быть красавцем: уже терпкое дыхание мужественности, исходящее от таких сильных натур, какое-то неистовое своенравие, безоглядная жестокость, самая атмосфера войны и победы дурманят их чувства. Ничто так не будит в женщине страсть, как трепет страха и восхищения – легкое сладостное чувство жути и опасности только усиливает наслаждение, придает ему неизъяснимую остроту.

    — Мария Стюарт · книга
16. «

    Я понимаю, что бессмысленно лишать себя удовольствия из-за того, что его лишены другие, отказываться от счастья потому, что кто-то другой несчастлив. Я знаю, что в ту минуту, когда мы смеёмся над плоскими шутками, у кого-то вырывается предсмертный хрип, что за тысячами окон прячется нужда и голодают люди, что существуют больницы, каменоломни и угольные шахты, что на фабриках, в конторах, в тюрьмах бесчисленное множество людей час за часом тянет лямку подневольного труда, и ни одному из обездоленных не станет легче, если кому-то другому взбредёт в голову тоже пострадать, бессмысленно и бесцельно. Стоит только на миг охватить воображением все несчастья, слущающиеся на земле, как у тебя пропадет сон и смех застрянет в горле. Но не выдуманные, не воображаемые страдания тревожат и сокрушают душу — действительно потрясти её способно лишь то, что она видит воочию, сочувствующим взором.

    Я понимаю, что бессмысленно лишать себя удовольствия из-за того, что его лишены другие, отказываться от счастья потому, что кто-то другой несчастлив. Я знаю, что в ту минуту, когда мы смеёмся над плоскими шутками, у кого-то вырывается предсмертный хрип, что за тысячами окон прячется нужда и голодают люди, что существуют больницы, каменоломни и угольные шахты, что на фабриках, в конторах, в тюрьмах бесчисленное множество людей час за часом тянет лямку подневольного труда, и ни одному из обездоленных не станет легче, если кому-то другому взбредёт в голову тоже пострадать, бессмысленно и бесцельно. Стоит только на миг охватить воображением все несчастья, слущающиеся на земле, как у тебя пропадет сон и смех застрянет в горле. Но не выдуманные, не воображаемые страдания тревожат и сокрушают душу — действительно потрясти её способно лишь то, что она видит воочию, сочувствующим взором.

    — Антон Гофмиллер · книга
17. «

    ...ненависть, умеющая молчать, во сто крат опаснее, чем самые неистовые речи...

    ...ненависть, умеющая молчать, во сто крат опаснее, чем самые неистовые речи...

    — Мария Стюарт · книга
18. «

    О силе страсти всегда судят по совершенным во имя нее безрассудствам.

    О силе страсти всегда судят по совершенным во имя нее безрассудствам.

    — Нетерпение сердца · книга
19. «

    ...с кем же мне говорить в эту страшную минуту, если не с тобой, ведь ты и теперь, как всегда, для меня все!

    ...с кем же мне говорить в эту страшную минуту, если не с тобой, ведь ты и теперь, как всегда, для меня все!

    — Письмо незнакомки · книга
20. «

    ...все, что выходит за рамки узкого и, так сказать, нормального кругозора обывателей, делает их сначала любопытными, а потом злыми.

    ...все, что выходит за рамки узкого и, так сказать, нормального кругозора обывателей, делает их сначала любопытными, а потом злыми.

    — доктор Кондор · книга