254 цитаты Стефани Майера, которые захочется сохранить

Ниже 254 цитаты Стефани Майера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Броня. Две тонны брони. И защита от прямого ракетного попадания? Прелестно. Куда пропали обычные пуленепробиваемые стекла?

   Броня. Две тонны брони. И защита от прямого ракетного попадания? Прелестно. Куда пропали обычные пуленепробиваемые стекла?

   — Белла Свон · книга
2. «

   Ты пьяна моим присутствием.

   Ты пьяна моим присутствием.

   — Эдвард Каллен · книга
3. «

   — Нет! Конечно, я не беременна! – мне хотелось ткнуть Эдварда локтем под ребро, но я знала, что толку от этого не будет никакого, только синяк себе заработаю. Я ведь предупреждала Эдварда, что люди сразу же решат именно так! Какая еще может быть причина, чтобы выходить замуж в восемнадцать лет? (Его ответ заставил меня выпучить глаза от удивления, он ответил: «Любовь». Ага, конечно.)

   — Нет! Конечно, я не беременна! – мне хотелось ткнуть Эдварда локтем под ребро, но я знала, что толку от этого не будет никакого, только синяк себе заработаю. Я ведь предупреждала Эдварда, что люди сразу же решат именно так! Какая еще может быть причина, чтобы выходить замуж в восемнадцать лет? (Его ответ заставил меня выпучить глаза от удивления, он ответил: «Любовь». Ага, конечно.)

   — Белла Свон · книга
4. «

   Ад не так-то и плох, если у тебя есть свой личный ангел.

   Ад не так-то и плох, если у тебя есть свой личный ангел.

   — Эммет Каллен · книга
5. «

   Смерть — часть того, кто мы, она ведёт нас. Она формирует нас. Она приводит нас к безумию. Ты не можешь быть человеком, если у тебя нет никакого смертного конца.

   Смерть — часть того, кто мы, она ведёт нас. Она формирует нас. Она приводит нас к безумию. Ты не можешь быть человеком, если у тебя нет никакого смертного конца.

   — Эдвард Каллен · книга
6. «

   — Вот почему Сэм полностью чёрный, — выдохнул Квил. – Чёрное сердце — черный мех. <...> — А твой мех, цвета шоколада, что отражает? — прошептал Сэм в ответ. – Какой ты «сладкий»?

   — Вот почему Сэм полностью чёрный, — выдохнул Квил. – Чёрное сердце — черный мех. <...> — А твой мех, цвета шоколада, что отражает? — прошептал Сэм в ответ. – Какой ты «сладкий»?

   — Квил · книга
7. «

   Я бы не сказала, что ты любовь всей моей жизни, потому что надеюсь, что буду любить тебя гораздо дольше этого. Любовь моего существования.

   Я бы не сказала, что ты любовь всей моей жизни, потому что надеюсь, что буду любить тебя гораздо дольше этого. Любовь моего существования.

   — Белла Свон · книга
8. «

   Такова наша природа — пакостить всем, будь то человек или демон; если повезет, то и ангелам напакостим. Мы — зло. Мы всегда готовы ударить в спину даже таким же, как мы сами. Да и какими бы мы были чертями, если бы нами не правили зависть, похоть и гнев?

   Такова наша природа — пакостить всем, будь то человек или демон; если повезет, то и ангелам напакостим. Мы — зло. Мы всегда готовы ударить в спину даже таким же, как мы сами. Да и какими бы мы были чертями, если бы нами не правили зависть, похоть и гнев?

   — Ад земной · книга
9. «

   Сердце не познавшее боли разочарования, не знало и радости полёта.

   Сердце не познавшее боли разочарования, не знало и радости полёта.

   — Странница Анни · книга
10. «

    Я не хотел заслужить ее недоверие, даже если заслужить ее веру будет невозможно.

    Я не хотел заслужить ее недоверие, даже если заслужить ее веру будет невозможно.

    — Эдвард Каллен · книга
11. «

    Любовь, которую я чувствовала к нему, была не более чем слабым эхом той, которую я впустила однажды... и моё сердце было далеко-далеко, скитаясь вместе с моим ветреным Ромео...

    Любовь, которую я чувствовала к нему, была не более чем слабым эхом той, которую я впустила однажды... и моё сердце было далеко-далеко, скитаясь вместе с моим ветреным Ромео...

    — Белла Свон · книга
12. «

    — Если бы ты могла бы получить всё, что угодно на всем белом свете, любое, что бы это было? Я почувствовала, что в моих глазах отразилось сомнение. — Тебя. Он нетерпеливо помотал головой. — Что-то, чего у тебя еще нет.

    — Если бы ты могла бы получить всё, что угодно на всем белом свете, любое, что бы это было? Я почувствовала, что в моих глазах отразилось сомнение. — Тебя. Он нетерпеливо помотал головой. — Что-то, чего у тебя еще нет.

    — Эдвард Каллен · книга
13. «

    — Давай сразу уточним, морской котик — это я? — Да, такая беззащитная… — Эдвард нежно поцеловал мои волосы, —…прелестная, наивная, безрассудная. Ну чем не морской котик?

    — Давай сразу уточним, морской котик — это я? — Да, такая беззащитная… — Эдвард нежно поцеловал мои волосы, —…прелестная, наивная, безрассудная. Ну чем не морской котик?

    — Эдвард Каллен · книга
14. «

    Зная, что битва уже проиграна, не было смысла сопротивляться тому, что я хотел.

    Зная, что битва уже проиграна, не было смысла сопротивляться тому, что я хотел.

    — Эдвард Каллен · книга
15. «

    — Хочу кое в чём признаться… Я умираю. Об этом стало известно задолго до моего приезда в Форкс. Эдвард явно ждал продолжения, а на его лице поочередно отражались недоверие, смущение и… ужас. Он открыл рот, но произнести так ничего и не решился. — Болезнь неизлечима, — ответила на немой вопрос я. Потемневшие глаза изучали моё лицо, отчаянно стараясь найти хоть что то, указывающее на то, что я лгу или неудачно шучу. — А Чарли знает? — Конечно. Просто мы стараемся об этом не думать… Рот Эдварда снова безвольно приоткрылся, но он тут же взял себя в руки. Его лицо превратилось в маску. — И что это за болезнь? Я наблюдала за ним с благоговейным страхом. Если сказать, что это рак, он не остановится, пока не найдет лекарство. И найдет наверняка. — Она называется… смертность, — наконец ответила я.

    — Хочу кое в чём признаться… Я умираю. Об этом стало известно задолго до моего приезда в Форкс. Эдвард явно ждал продолжения, а на его лице поочередно отражались недоверие, смущение и… ужас. Он открыл рот, но произнести так ничего и не решился. — Болезнь неизлечима, — ответила на немой вопрос я. Потемневшие глаза изучали моё лицо, отчаянно стараясь найти хоть что то, указывающее на то, что я лгу или неудачно шучу. — А Чарли знает? — Конечно. Просто мы стараемся об этом не думать… Рот Эдварда снова безвольно приоткрылся, но он тут же взял себя в руки. Его лицо превратилось в маску. — И что это за болезнь? Я наблюдала за ним с благоговейным страхом. Если сказать, что это рак, он не остановится, пока не найдет лекарство. И найдет наверняка. — Она называется… смертность, — наконец ответила я.

    — Эдвард Каллен · книга
16. «

    Если для него выроют могилу в пустыне, пусть меня закопают вместе с ним.

    Если для него выроют могилу в пустыне, пусть меня закопают вместе с ним.

    — Странница Анни · книга
17. «

    Эмоции человеческих тел сильнее любой логики.

    Эмоции человеческих тел сильнее любой логики.

    — Гостья · книга
18. «

    — Но я — оборотень, — сказал он неохотно, и с очевидным отвращением добавил: — А он – вампир. — А я – «Дева» по гороскопу! — раздражённо крикнула я.

    — Но я — оборотень, — сказал он неохотно, и с очевидным отвращением добавил: — А он – вампир. — А я – «Дева» по гороскопу! — раздражённо крикнула я.

    — Белла Свон · книга
19. «

    И тут же другие, отчетливые мысли: его лицо, когда я впервые открыла глаза навстречу своей новой жизни, бесконечному рассвету бессмертия... первый поцелуй... первая ночь...

    И тут же другие, отчетливые мысли: его лицо, когда я впервые открыла глаза навстречу своей новой жизни, бесконечному рассвету бессмертия... первый поцелуй... первая ночь...

    — Белла Свон · книга
20. «

    Я зачарованно смотрела, как третий прыгун разбегается и летит вниз по совершенно иной траектории, чем другие. Удивительно гибкий, он крутился и кувыркался, совсем как во время прыжков с парашютом. Вот что такое свобода: ни тяжких раздумий, ни ответственности.

    Я зачарованно смотрела, как третий прыгун разбегается и летит вниз по совершенно иной траектории, чем другие. Удивительно гибкий, он крутился и кувыркался, совсем как во время прыжков с парашютом. Вот что такое свобода: ни тяжких раздумий, ни ответственности.

    — Новолуние · книга