146 афоризмов Стендаля

Стендаль — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 146 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Любовь подобна лихорадке, она родится и гаснет без малейшего участия воли.

   Любовь подобна лихорадке, она родится и гаснет без малейшего участия воли.

   — О любви · книга
2. «

   ... Когда человек знатен и богат, оригинальность уже перестает быть курьезом...

   ... Когда человек знатен и богат, оригинальность уже перестает быть курьезом...

   — Красное и чёрное · книга
3. «

   Писатель не должен думать о критике, так же как солдат о госпитале.

   Писатель не должен думать о критике, так же как солдат о госпитале.
4. «

   Вежливость — это только отсутствие раздражения, которое прорывается при дурных манерах.

   Вежливость — это только отсутствие раздражения, которое прорывается при дурных манерах.

   — Жюльен Сорель · книга
5. «

   Если я хочу, чтобы они меня уважали и чтобы я уважал самого себя, надо дать им понять, что это только моя нужда вступает в сделку с их богатством, а сердце моё за тысячу лье от их наглости и на такой высоте, где его не могут задеть жалкие, ничтожные знаки их пренебрежения или милости.

   Если я хочу, чтобы они меня уважали и чтобы я уважал самого себя, надо дать им понять, что это только моя нужда вступает в сделку с их богатством, а сердце моё за тысячу лье от их наглости и на такой высоте, где его не могут задеть жалкие, ничтожные знаки их пренебрежения или милости.

   — Красное и чёрное · книга
6. «

   Он ошибался, как всегда, приписывая людям, по своему обыкновению, гораздо больше ума, чем у них было на самом деле.

   Он ошибался, как всегда, приписывая людям, по своему обыкновению, гораздо больше ума, чем у них было на самом деле.

   — Красное и чёрное · книга
7. «

   Нет на свете такой подлости, на которую бы не толкнул нас страх. До какой бы нелепости мы ни дошли от страха, она уже заранее оправдана.

   Нет на свете такой подлости, на которую бы не толкнул нас страх. До какой бы нелепости мы ни дошли от страха, она уже заранее оправдана.

   — Красное и чёрное · книга
8. «

   Любовник больше думает о том, как бы пробраться к возлюбленной, чем муж о том, как уберечь жену; узник больше думает о побеге, чем тюремщик о затворах; следовательно, вопреки всем препятствиям, любовник и узник должны преуспеть.

   Любовник больше думает о том, как бы пробраться к возлюбленной, чем муж о том, как уберечь жену; узник больше думает о побеге, чем тюремщик о затворах; следовательно, вопреки всем препятствиям, любовник и узник должны преуспеть.

   — Пармская обитель · книга
9. «

   Желание нравиться гарантирует то, что стыдливость, тонкость чувств и все проявления женской прелести никогда не пострадают от образования.

   Желание нравиться гарантирует то, что стыдливость, тонкость чувств и все проявления женской прелести никогда не пострадают от образования.

   — О любви · книга
10. «

    Вот в том-то и беда — увы! чрезмерной цивилизации. Душа двадцатилетнего юноши, получившего кое-какое образование, чуждается всякой непосредственности, бежит от нее за тридевять земель, а без нее любовь часто образуется в самую вкусную обязанность.

    Вот в том-то и беда — увы! чрезмерной цивилизации. Душа двадцатилетнего юноши, получившего кое-какое образование, чуждается всякой непосредственности, бежит от нее за тридевять земель, а без нее любовь часто образуется в самую вкусную обязанность.

    — Красное и чёрное · книга
11. «

    А ведь я только один и знаю, что бы я мог совершить… Для других я всего-навсего некое может быть.

    А ведь я только один и знаю, что бы я мог совершить… Для других я всего-навсего некое может быть.

    — Жюльен Сорель · книга
12. «

    Мы не находим утешения от горя, мы лишь отвлекаемся от него.

    Мы не находим утешения от горя, мы лишь отвлекаемся от него.
13. «

    Мне думается, что первейший завет, диктуемый девятнадцатым веком каждому, кто берется за перо, — это ясность.

    Мне думается, что первейший завет, диктуемый девятнадцатым веком каждому, кто берется за перо, — это ясность.

    — Жизнеописания Гайдна, Моцарта и Метастазио · книга
14. «

    Человек, стремящийся возвыситься над всеми остальными людьми, не должен показывать, что он ничем от них не отличается.

    Человек, стремящийся возвыситься над всеми остальными людьми, не должен показывать, что он ничем от них не отличается.
15. «

    Его лицо отражает высокую душу, этим-то оно и пленило меня.

    Его лицо отражает высокую душу, этим-то оно и пленило меня.

    — Красное и чёрное · книга
16. «

    Вежливость, говорил он себе, — это только отсутствие раздражения, которое прорывается при дурных манерах.

    Вежливость, говорил он себе, — это только отсутствие раздражения, которое прорывается при дурных манерах.

    — Красное и чёрное · книга
17. «

    Ум человеку спать не дает, а власть прогуляться не позволяет.

    Ум человеку спать не дает, а власть прогуляться не позволяет.

    — граф Моска · книга
18. «

    Что мне до мнений света? Я не спрашиваю его ни о чем.

    Что мне до мнений света? Я не спрашиваю его ни о чем.

    — Люсьен Левен · книга
19. «

    Но в конце концов лучше писать самые дикие нелепицы, чем отправить на виселицу хоть одного человека.

    Но в конце концов лучше писать самые дикие нелепицы, чем отправить на виселицу хоть одного человека.

    — граф Моска · книга
20. «

    Большинство мужчин просят доказательств любви, которые по их мнению рассеивают все сомнения; для женщин, к несчастью, не существует таких доказательств.

    Большинство мужчин просят доказательств любви, которые по их мнению рассеивают все сомнения; для женщин, к несчастью, не существует таких доказательств.

    — О любви · книга