87 цитат Стивена Фрая про любовь, время и выбор

Подборка из 87 цитат Стивена Фрая: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Вот это слово всё время всплывает. «Традиция». Это просто... что? Была традиция пыток, инквизиции, безграмотности, болезней... Всё это традиции, если вернуться на 400 лет в прошлое.

   Вот это слово всё время всплывает. «Традиция». Это просто... что? Была традиция пыток, инквизиции, безграмотности, болезней... Всё это традиции, если вернуться на 400 лет в прошлое.
2. «

   Если вы человек порядочный, ну хотя бы наполовину, вас, вероятно, откуда-нибудь да выгоняли… из школы, из совета директоров, из спортивной команды, из комитета по присуждению премий, из клуба, из секты сатанистов-растлителей, из политической партии… откуда угодно. Стало быть, вам знакома та буйная радость, что вскипает в человеке, когда он вылетает из кабинета директора школы, опустошает свой шкафчик в раздевалке или сметает со своего письменного стола листки промокашки. Против факта не попрешь, все мы чувствуем себя недооцененными, официальное же заявление, что мы-де никуда не годимся, лишь подтверждает наши догадки насчет того, что бесчувственный мир не способен оценить нас по достоинству.

   Если вы человек порядочный, ну хотя бы наполовину, вас, вероятно, откуда-нибудь да выгоняли… из школы, из совета директоров, из спортивной команды, из комитета по присуждению премий, из клуба, из секты сатанистов-растлителей, из политической партии… откуда угодно. Стало быть, вам знакома та буйная радость, что вскипает в человеке, когда он вылетает из кабинета директора школы, опустошает свой шкафчик в раздевалке или сметает со своего письменного стола листки промокашки. Против факта не попрешь, все мы чувствуем себя недооцененными, официальное же заявление, что мы-де никуда не годимся, лишь подтверждает наши догадки насчет того, что бесчувственный мир не способен оценить нас по достоинству.

   — Гиппопотам · книга
3. «

   Возможно, я сейчас счастливее, чем когда бы то ни было раньше, и все же я не могу не признать, что отдал бы все, чтобы быть тобой — бесконечно несчастным, нервным, диким, заблудившимся и отчаявшимся шестнадцатилетним Стивеном. Злым, тоскующим, неуклюжим — но живым. Все потому, что ты знаешь, как чувствовать, и это знание куда важнее, чем то, что ты чувствуешь. Омертвение души — единственное непростительное преступление, и если счастье и может что-то изменить, так это замаскировать его.

   Возможно, я сейчас счастливее, чем когда бы то ни было раньше, и все же я не могу не признать, что отдал бы все, чтобы быть тобой — бесконечно несчастным, нервным, диким, заблудившимся и отчаявшимся шестнадцатилетним Стивеном. Злым, тоскующим, неуклюжим — но живым. Все потому, что ты знаешь, как чувствовать, и это знание куда важнее, чем то, что ты чувствуешь. Омертвение души — единственное непростительное преступление, и если счастье и может что-то изменить, так это замаскировать его.
4. «

   Это очень приятно — использовать личное местоимение в первом лице множественного числа, чего я не делал в течение пятнадцати лет. На вопрос: «Ты смотрел этот фильм?» — я раньше отвечал: «Да, я смотрел его». А теперь так приятно сказать: «Да, мы его смотрели». Это глубокая человеческая потребность — просто иметь возможность сказать «мы».

   Это очень приятно — использовать личное местоимение в первом лице множественного числа, чего я не делал в течение пятнадцати лет. На вопрос: «Ты смотрел этот фильм?» — я раньше отвечал: «Да, я смотрел его». А теперь так приятно сказать: «Да, мы его смотрели». Это глубокая человеческая потребность — просто иметь возможность сказать «мы».
5. «

   Подлинное одиночество испытываешь, когда все вокруг спит.

   Подлинное одиночество испытываешь, когда все вокруг спит.

   — Как творить историю · книга
6. «

   «Меня придушит умирающий», — подумал он. «Фрау Шмидт, с прискорбием сообщаем вам об утрате вашего задушенного покойником сына. Он умер, как и жил, в совершеннейшем недоумении».

   «Меня придушит умирающий», — подумал он. «Фрау Шмидт, с прискорбием сообщаем вам об утрате вашего задушенного покойником сына. Он умер, как и жил, в совершеннейшем недоумении».

   — Эрнст · книга
7. «

   — Я намереваюсь сделать предсказание. — Сэр? — Вы далеко пойдёте. — Как это, сэр? — Да уж поверьте мне. Вы пойдёте очень далеко, очень. Я, правда, не могу сказать, куда вы в итоге придёте, в Вестминстерский дворец или в Уормвудскую тюрьму.

   — Я намереваюсь сделать предсказание. — Сэр? — Вы далеко пойдёте. — Как это, сэр? — Да уж поверьте мне. Вы пойдёте очень далеко, очень. Я, правда, не могу сказать, куда вы в итоге придёте, в Вестминстерский дворец или в Уормвудскую тюрьму.

   — Автобиография: Моав – умывальная чаша моя · книга
8. «

   Сила исходит изнутри.

   Сила исходит изнутри.

   — Гиппопотам · книга
9. «

   Если бы женщины нуждались в сексе так же, как нуждаются в нём мужчины, тогда – пригнись, Тед, пригнись и бегом в укрытие, – тогда вокруг не слонялось бы столько насильников.

   Если бы женщины нуждались в сексе так же, как нуждаются в нём мужчины, тогда – пригнись, Тед, пригнись и бегом в укрытие, – тогда вокруг не слонялось бы столько насильников.

   — Гиппопотам · книга
10. «

    — Не часто встретишь американца по имени Джереми. Вы не встречали? — Нет, это слишком сложно — там три слога.

    — Не часто встретишь американца по имени Джереми. Вы не встречали? — Нет, это слишком сложно — там три слога.

    — Джереми Кларксон
11. «

    Всё очень просто — идти вперед и смириться с последствиями.

    Всё очень просто — идти вперед и смириться с последствиями.

    — Лжец · книга
12. «

    Университетский друг мой на вопрос о том, как он осознал себя геем, ответил, что явственно помнит миг своего рождения — он тогда оглянулся назад и сказал себе: «Ну-ну! Больше я в такие места ни ногой...»

    Университетский друг мой на вопрос о том, как он осознал себя геем, ответил, что явственно помнит миг своего рождения — он тогда оглянулся назад и сказал себе: «Ну-ну! Больше я в такие места ни ногой...»

    — Автобиография: Моав – умывальная чаша моя · книга
13. «

    Я отношусь к монархии и аристократии как к кривому носу Британии. Иностранцы находят наши старинные глупости своеобразными, мы же считаем их смехотворными и полны решимости найти как-нибудь время избавиться от них. Боюсь, когда мы от них избавимся, а я полагаю, мы это сделаем, нам придётся испытать глубокий психологический шок, сопряжённый с открытием, что в результате мы не стали ни на йоту более свободной и ни на унцию более справедливой в общественном отношении страной, чем, скажем, Франция или Соединённые штаты.

    Я отношусь к монархии и аристократии как к кривому носу Британии. Иностранцы находят наши старинные глупости своеобразными, мы же считаем их смехотворными и полны решимости найти как-нибудь время избавиться от них. Боюсь, когда мы от них избавимся, а я полагаю, мы это сделаем, нам придётся испытать глубокий психологический шок, сопряжённый с открытием, что в результате мы не стали ни на йоту более свободной и ни на унцию более справедливой в общественном отношении страной, чем, скажем, Франция или Соединённые штаты.

    — Автобиография: Моав – умывальная чаша моя · книга
14. «

    Мама была помешана на кисленьких ягодках и могла обобрать куст крыжовника быстрее, чем пастор раздевает мальчишку-хориста.

    Мама была помешана на кисленьких ягодках и могла обобрать куст крыжовника быстрее, чем пастор раздевает мальчишку-хориста.

    — Автобиография: Моав – умывальная чаша моя · книга
15. «

    Однажды я чуть было не издал книгу в жанре полезных советов. Она называлась бы «Стивен Фрай — о том, как стать счастливым: успех гарантирован!». Люди, купив ее, обнаруживали бы, что она состоит из пустых страниц, и только на первой написано: «Перестаньте себя жалеть — и вы будете счастливы». А остальные страницы предназначены для рисунков или записи интересных идей, — вот какая это была бы книжка, причем чистая правда. Так и хочется воскликнуть: «О, как все просто!» Но нет, на самом деле перестать себя жалеть вовсе не просто, это чертовски трудно. Потому что нам всегда себя жаль, в конце концов, вся Книга Бытия ровно об этом.

    Однажды я чуть было не издал книгу в жанре полезных советов. Она называлась бы «Стивен Фрай — о том, как стать счастливым: успех гарантирован!». Люди, купив ее, обнаруживали бы, что она состоит из пустых страниц, и только на первой написано: «Перестаньте себя жалеть — и вы будете счастливы». А остальные страницы предназначены для рисунков или записи интересных идей, — вот какая это была бы книжка, причем чистая правда. Так и хочется воскликнуть: «О, как все просто!» Но нет, на самом деле перестать себя жалеть вовсе не просто, это чертовски трудно. Потому что нам всегда себя жаль, в конце концов, вся Книга Бытия ровно об этом.
16. «

    — Когда-то предполагали, что ключ к вечной жизни лежит в локте, и если ты сможешь его укусить, то будешь жить вечно. Именно поэтому никто, как бы он ни старался, не может дотянуться до своего локтя. <...> — Не так ли придумали социализм? Кто-то сказал: «А давайте кусать локти друг друга!»

    — Когда-то предполагали, что ключ к вечной жизни лежит в локте, и если ты сможешь его укусить, то будешь жить вечно. Именно поэтому никто, как бы он ни старался, не может дотянуться до своего локтя. <...> — Не так ли придумали социализм? Кто-то сказал: «А давайте кусать локти друг друга!»

    — Дэнни Бейкер
17. «

    — Только не надо мне ум свой показывать, мальчик. — Очень хорошо, сэр. Вам какую глупость лучше показать, сэр? Полную или вполне достаточную?

    — Только не надо мне ум свой показывать, мальчик. — Очень хорошо, сэр. Вам какую глупость лучше показать, сэр? Полную или вполне достаточную?

    — Автобиография: Моав – умывальная чаша моя · книга
18. «

    — Ты ее любишь? — Послушай, Гэри. Мне двадцать два года. Я чудом добрался до этого возраста, потому что слишком рано пробудился от дурного сна отрочества. Каждое утро последующих, бог его знает, пятидесяти лет мне предстоит вылезать из постели и как-то участвовать в повседневной жизни. Я просто-напросто не верю, что способен справиться с этим в одиночку. Мне нужен кто-то, ради кого можно будет вставать по утрам.

    — Ты ее любишь? — Послушай, Гэри. Мне двадцать два года. Я чудом добрался до этого возраста, потому что слишком рано пробудился от дурного сна отрочества. Каждое утро последующих, бог его знает, пятидесяти лет мне предстоит вылезать из постели и как-то участвовать в повседневной жизни. Я просто-напросто не верю, что способен справиться с этим в одиночку. Мне нужен кто-то, ради кого можно будет вставать по утрам.

    — Лжец · книга
19. «

    [Он] отвергал авторитет, не доверял интуиции. Вот почему утрата его столь непоправима... Если вы говорили ему: «Это безусловно верно, так говорят все знатоки... Так говорит Гитлер, так говорит Маркс, так говорит Христос и даже «Таймс» говорит так», он отвечал: «Да? Интересно. Давайте разберёмся». Он разбирался сам и вас заставлял разбираться. И вы начинали понимать, что влиятельное мнение может пользоваться влиятельной поддержкой и, однако же, оставаться вздором...

    [Он] отвергал авторитет, не доверял интуиции. Вот почему утрата его столь непоправима... Если вы говорили ему: «Это безусловно верно, так говорят все знатоки... Так говорит Гитлер, так говорит Маркс, так говорит Христос и даже «Таймс» говорит так», он отвечал: «Да? Интересно. Давайте разберёмся». Он разбирался сам и вас заставлял разбираться. И вы начинали понимать, что влиятельное мнение может пользоваться влиятельной поддержкой и, однако же, оставаться вздором...

    — Автобиография: Моав – умывальная чаша моя · книга
20. «

    — Это в Библии... — Я не читал. — Почитай — уморительно.

    — Это в Библии... — Я не читал. — Почитай — уморительно.

    — Алан Дэвис