186 цитат Стивена Кинга для поста и дневника

Подборка из 186 цитат Стивена Кинга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Героизм — это преодоление страха.

   Героизм — это преодоление страха.

   — Почти как бьюик · книга
2. «

   Чёрные, белые, жёлтые и краснокожие — в тюрьме всё это несущественно, вот уж где наступает всеобщее равенство.

   Чёрные, белые, жёлтые и краснокожие — в тюрьме всё это несущественно, вот уж где наступает всеобщее равенство.

   — Рита Хэйуорт, или Побег из Шоушенка · книга
3. «

   Тот, кто может беспрепятственно находиться среди людей, уже не одинок...

   Тот, кто может беспрепятственно находиться среди людей, уже не одинок...

   — Человек, который не пожимал рук · книга
4. «

   Твое сердце тебя за это не поблагодарит.

   Твое сердце тебя за это не поблагодарит.

   — Почти как бьюик · книга
5. «

   К прошлому следует относиться безжалостно и спокойно. Те удары, которые нас убивают, не имеют значения. Имеют значение только те, после которых мы выстояли и живем.

   К прошлому следует относиться безжалостно и спокойно. Те удары, которые нас убивают, не имеют значения. Имеют значение только те, после которых мы выстояли и живем.

   — Роза Марена · книга
6. «

   Вижу первую звезду, по секрету ей шепну: У меня, звезда ночная, есть желание одно. Я тебе его доверю, Пусть исполнится оно.

   Вижу первую звезду, по секрету ей шепну: У меня, звезда ночная, есть желание одно. Я тебе его доверю, Пусть исполнится оно.

   — Роланд Дискейн (Стрелок) · книга
7. «

   ... И он расплакался, куда там – разрыдался, повергнув меня в тихий ужас, пусть я и жалел его всем сердцем. Страшно, знаете ли, наблюдать, как человек, всегда державший себя в руках, полностью теряет контроль над собой. Я постоял у двери, потом подошел к нему и обнял за плечи. Он схватился за меня обеими руками, как утопающий за брошенный спасательный круг, и, по-прежнему рыдая, уткнулся мне в живот. Потом, совладав с нервами, Мурс извинился. Он не решался встретиться со мной взглядом, стыдясь, что позволил себе распуститься до такой степени. Не любят люди, когда их видят в таком состоянии. Могут даже возненавидеть того, кто стал невольным свидетелем открытого проявления чувств.

   ... И он расплакался, куда там – разрыдался, повергнув меня в тихий ужас, пусть я и жалел его всем сердцем. Страшно, знаете ли, наблюдать, как человек, всегда державший себя в руках, полностью теряет контроль над собой. Я постоял у двери, потом подошел к нему и обнял за плечи. Он схватился за меня обеими руками, как утопающий за брошенный спасательный круг, и, по-прежнему рыдая, уткнулся мне в живот. Потом, совладав с нервами, Мурс извинился. Он не решался встретиться со мной взглядом, стыдясь, что позволил себе распуститься до такой степени. Не любят люди, когда их видят в таком состоянии. Могут даже возненавидеть того, кто стал невольным свидетелем открытого проявления чувств.

   — Зелёная миля · книга
8. «

   Жизнь — карусель, на которой никому не дано удержаться надолго. И она всегда в конце концов возвращается на тоже самое место, замыкая круг.

   Жизнь — карусель, на которой никому не дано удержаться надолго. И она всегда в конце концов возвращается на тоже самое место, замыкая круг.

   — Противостояние · книга
9. «

   Именно друзья хватают меня за ноги, не давая выплыть. Спасти же их уже нельзя, можно только с ними пойти ко дну. Ты тоже пойдешь с ними ко дну, если не стряхнешь с себя этот груз…

   Именно друзья хватают меня за ноги, не давая выплыть. Спасти же их уже нельзя, можно только с ними пойти ко дну. Ты тоже пойдешь с ними ко дну, если не стряхнешь с себя этот груз…
10. «

    Хватайте меня за руку. Держите крепко. Нам предстоит побывать в темных местах, но, думаю, дорогу я знаю. Только не выпускайте моей руки. А если я поцелую вас в темноте, не обижайтесь. Все потому, что я люблю вас.

    Хватайте меня за руку. Держите крепко. Нам предстоит побывать в темных местах, но, думаю, дорогу я знаю. Только не выпускайте моей руки. А если я поцелую вас в темноте, не обижайтесь. Все потому, что я люблю вас.

    — Все предельно · книга
11. «

    Четыре принципа успеха Эдгара Фримантла гласили (записывайте, чего уж там): не занимай суммы, больше твоего ай-кью, помноженого на сто; не занимай у человека, который при первой же встрече начинает называть тебя по имени; никогда не пей спиртного пока солнце стоит высоко, и никогда не обзаводись партнером, с которым не захочешь обниматься голышом на водяном матрасе.

    Четыре принципа успеха Эдгара Фримантла гласили (записывайте, чего уж там): не занимай суммы, больше твоего ай-кью, помноженого на сто; не занимай у человека, который при первой же встрече начинает называть тебя по имени; никогда не пей спиртного пока солнце стоит высоко, и никогда не обзаводись партнером, с которым не захочешь обниматься голышом на водяном матрасе.

    — Дьюма-Ки · книга
12. «

    Если на год запереть психиатра в комнате с человеком, считающим себя Наполеоном, то кто выйдет оттуда — два нормальных человека или два Наполеона?

    Если на год запереть психиатра в комнате с человеком, считающим себя Наполеоном, то кто выйдет оттуда — два нормальных человека или два Наполеона?

    — Жребий · книга
13. «

    Ужасные секреты – тяжёлая ноша. И желание поделиться ими – самое естественное желание, которое только может быть в этом мире.

    Ужасные секреты – тяжёлая ноша. И желание поделиться ими – самое естественное желание, которое только может быть в этом мире.

    — 1922 год · книга
14. «

    Если сегодня ты не способен никого любить, попытайся хотя бы никого не обидеть.

    Если сегодня ты не способен никого любить, попытайся хотя бы никого не обидеть.

    — Доктор Сон · книга
15. «

    Всегда найдётся кто-то, кто знает что-то.

    Всегда найдётся кто-то, кто знает что-то.

    — Сердца в Атлантиде · книга
16. «

    Лучший в мире врач стоит на своем крохотном островке знаний в океане невежества.

    Лучший в мире врач стоит на своем крохотном островке знаний в океане невежества.

    — Жребий · книга
17. «

    Если хочешь научиться врать, так начать умалчивать — самое неплохое начало.

    Если хочешь научиться врать, так начать умалчивать — самое неплохое начало.

    — Сердца в Атлантиде · книга
18. «

    Лесть — смазка на шестеренках мира.

    Лесть — смазка на шестеренках мира.

    — Сияние · книга
19. «

    — Ральф, почему ты так странно на меня смотришь? «Потому что ты очень красивая и потому что я в тебя влюбился, — зачарованно подумал Ральф. — И сейчас я настолько в тебя влюблен, что мне кажется, я тону в тебе. И знаешь, мне нравится такая смерть».

    — Ральф, почему ты так странно на меня смотришь? «Потому что ты очень красивая и потому что я в тебя влюбился, — зачарованно подумал Ральф. — И сейчас я настолько в тебя влюблен, что мне кажется, я тону в тебе. И знаешь, мне нравится такая смерть».

    — Луиза · книга
20. «

    Самые красивые слова на любом языке — это «Я прощаю».

    Самые красивые слова на любом языке — это «Я прощаю».

    — Тёмная башня VIII: Ветер сквозь замочную скважину · книга