32 сильных цитаты Стюарта Тёртона

Подборка из 32 цитаты Стюарта Тёртона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Знаете, тот, кто сидит за пустым столом, обрадуется любым крошкам.

   Знаете, тот, кто сидит за пустым столом, обрадуется любым крошкам.

   — Себастьян Белл · книга
2. «

   Прошлое – как отравленная земля, способная погубить тех, кто на нее забредет.

   Прошлое – как отравленная земля, способная погубить тех, кто на нее забредет.

   — Арент Хейс · книга
3. «

   – А вам известно, мистер Слоун, как определить, готов ли чудовищный преступник к освобождению? Действительно он исправился или просто говорит то, что от него хотят услышать? – Он отпивает из фляжки. – Дайте ему прожить день, в котором все его поступки совершаются безнаказанно, и посмотрите, что из этого выйдет.

   – А вам известно, мистер Слоун, как определить, готов ли чудовищный преступник к освобождению? Действительно он исправился или просто говорит то, что от него хотят услышать? – Он отпивает из фляжки. – Дайте ему прожить день, в котором все его поступки совершаются безнаказанно, и посмотрите, что из этого выйдет.

   — Чумной Лекарь · книга
4. «

   Войну славят только поэты, чтобы власть имущие не чувствовали себя виноватыми в резне, устроенной на их деньги. А простому солдату суждено погибнуть на чужбине за короля, который не дал бы ему и крошки со своего стола.

   Войну славят только поэты, чтобы власть имущие не чувствовали себя виноватыми в резне, устроенной на их деньги. А простому солдату суждено погибнуть на чужбине за короля, который не дал бы ему и крошки со своего стола.

   — Арент Хейс · книга
5. «

   Если бы я знал, что за рассветом — рай, но не спал бы ни одной ночи.

   Если бы я знал, что за рассветом — рай, но не спал бы ни одной ночи.

   — Айден Слоун · книга
6. «

   Лгут обычно или нагло, или робко.

   Лгут обычно или нагло, или робко.

   — Доротея · книга
7. «

   Жадность убивает даже самых осторожных.

   Жадность убивает даже самых осторожных.

   — Сэмюэль Пипс · книга
8. «

   Суеверия. Только они держат нас на плаву.

   Суеверия. Только они держат нас на плаву.

   — Адриан Кроуэлс · книга
9. «

   – Я думаю, что демон – отец. – Твой отец? – Нет, не он. Я уже столько лет имею дело с его злобой. Она его собственная, уж поверь.

   – Я думаю, что демон – отец. – Твой отец? – Нет, не он. Я уже столько лет имею дело с его злобой. Она его собственная, уж поверь.

   — Лия Ян · книга
10. «

    Вина, словно грязь. Она въедается в кожу и не смывается.

    Вина, словно грязь. Она въедается в кожу и не смывается.

    — Дьявол и темная вода · книга
11. «

    Если кидать камни куда попало, рано или поздно попадешь, куда нужно.

    Если кидать камни куда попало, рано или поздно попадешь, куда нужно.

    — Генерал-губернатор · книга
12. «

    Одним из главных талантов Кресси была способность убеждать собеседников, что до встречи с ними ее день был серым и скучным.

    Одним из главных талантов Кресси была способность убеждать собеседников, что до встречи с ними ее день был серым и скучным.

    — Дьявол и темная вода · книга
13. «

    Возможно, пришло время дьяволу сделать то, за что не возьмется Бог.

    Возможно, пришло время дьяволу сделать то, за что не возьмется Бог.

    — Кресси Йенс · книга
14. «

    Ум – это своего рода сила, а мужчины не потерпят рядом женщину, которая сильнее их. Гордость не позволит, а она им всего дороже.

    Ум – это своего рода сила, а мужчины не потерпят рядом женщину, которая сильнее их. Гордость не позволит, а она им всего дороже.

    — Сара Вессел · книга
15. «

    Вопросы – клинки, а ответы – щиты.

    Вопросы – клинки, а ответы – щиты.

    — Сэмюэль Пипс · книга
16. «

    Богачи полагали, что все их состояние играет роль слуги, исполняющего любой каприз хозяина. Они ошибались. Богатство было их господином, и только его голос они слышали. Во имя него жертвовали дружбой, ради его защиты попирали принципы. Им все время было мало. Они сходили с ума в погоне за еще большим богатством, а в итоге в одиночестве чахли над златом, всеми презираемые, всего боящиеся.

    Богачи полагали, что все их состояние играет роль слуги, исполняющего любой каприз хозяина. Они ошибались. Богатство было их господином, и только его голос они слышали. Во имя него жертвовали дружбой, ради его защиты попирали принципы. Им все время было мало. Они сходили с ума в погоне за еще большим богатством, а в итоге в одиночестве чахли над златом, всеми презираемые, всего боящиеся.

    — Дьявол и темная вода · книга
17. «

    Убийцы не могут не убивать, шантажисты – не шантажировать, а воры – не красть. У них руки чешутся. Это их и губит.

    Убийцы не могут не убивать, шантажисты – не шантажировать, а воры – не красть. У них руки чешутся. Это их и губит.

    — Сэмюэль Пипс · книга
18. «

    – Моя бабушка Хизер Хардкасл, – произносит Эвелина, заметив, что он разглядывает картину на стене. – Портрет ей не льстит, она презирала лесть во всех её проявлениях.

    – Моя бабушка Хизер Хардкасл, – произносит Эвелина, заметив, что он разглядывает картину на стене. – Портрет ей не льстит, она презирала лесть во всех её проявлениях.

    — Эвелина Хардкасл · книга
19. «

    Самое страшное, что он меня ни в чём не упрекает, а наоборот, жалеет. Гневные упрёки весомы и осязаемы, их можно опровергнуть, хотя бы и кулаками. А вот жалость — туман, в котором сразу теряешься.

    Самое страшное, что он меня ни в чём не упрекает, а наоборот, жалеет. Гневные упрёки весомы и осязаемы, их можно опровергнуть, хотя бы и кулаками. А вот жалость — туман, в котором сразу теряешься.

    — Себастьян Белл · книга
20. «

    Моя мама была целительницей и часто сталкивалась с кознями дьявола. Она рассказывала мне о детях, которые заманивали родителей в лес и убивали. Об одержимых, у которых лопалась кожа, потому что бесы рвались из их тел наружу. Мы для них – мыши, с которыми можно поиграть, а потом растерзать. Все начинается с такой метки, как на парусе. Ее предназначение – испугать нас, ибо запуганные люди готовы сделать что угодно с кем угодно, лишь бы избавиться от страха.

    Моя мама была целительницей и часто сталкивалась с кознями дьявола. Она рассказывала мне о детях, которые заманивали родителей в лес и убивали. Об одержимых, у которых лопалась кожа, потому что бесы рвались из их тел наружу. Мы для них – мыши, с которыми можно поиграть, а потом растерзать. Все начинается с такой метки, как на парусе. Ее предназначение – испугать нас, ибо запуганные люди готовы сделать что угодно с кем угодно, лишь бы избавиться от страха.

    — Сара Вессел · книга