37 цитат Светланы Ждановы, которые захочется сохранить

Подборка из 37 цитат Светланы Ждановы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Теперь я могу много рассказать о ледяных. Знаешь, почему они такие? Спрятав себя во льду, легче запирать чувства. Именно лед спасает их, не давая выть от боли. Не сходить с ума. Не умирать от мысли, что… их больше нет. Холод – это спасение. Это способ не обрушить на себя и мир всю боль, а пить ее мелкими глотками. Любовь дракона такова, что убивает. Она как яд.

   Теперь я могу много рассказать о ледяных. Знаешь, почему они такие? Спрятав себя во льду, легче запирать чувства. Именно лед спасает их, не давая выть от боли. Не сходить с ума. Не умирать от мысли, что… их больше нет. Холод – это спасение. Это способ не обрушить на себя и мир всю боль, а пить ее мелкими глотками. Любовь дракона такова, что убивает. Она как яд.

   — Алауэн. История одного клана · книга
2. «

   Правильно боятся обидеть дракониц. В лучшем случае придет ее муж, отец или брат, любой из большой семьи, и прибьет обидчика. В худшем – мстить начнет сама обиженная, и тогда лучше самоубийства нет, эти красотки отличаются буйной фантазией и абсолютной безжалостностью.

   Правильно боятся обидеть дракониц. В лучшем случае придет ее муж, отец или брат, любой из большой семьи, и прибьет обидчика. В худшем – мстить начнет сама обиженная, и тогда лучше самоубийства нет, эти красотки отличаются буйной фантазией и абсолютной безжалостностью.

   — Алауэн. История одного клана · книга
3. «

   Если все так легко, то не кажется ли подобное странным?

   Если все так легко, то не кажется ли подобное странным?

   — Крылья Феникса · книга
4. «

   На следующий день у нас было намечено посещение знакового места. Целая толпа проводила нас с Данте к высокому, сверкающему в лучах солнца водопаду и восхищенно замерла. Осмотревшись, я весело подмигнула оставшемуся позади Вадику и спросила, ткнув пальцем в ниспадающую с высокой скалы водяную лавину: — Это и есть тот знаменитый водопад, где вы топите своих неверных жен? Асуры на полном серьезе кивнули. Была там у них какая-то легенда… Мне ее на ночь рассказывали девушки-прислужницы. Наивные, я им тоже кое-что рассказала… Те до сих пор краснеют. Вот и теперь, подмигнув собравшейся стайке молодых асур, входящих в мою свиту, радостно начинаю разматывать сари. — Девчонки, айда купаться! Посмотрев на побледневших приближенных, почему-то с ужасом глядящих на стоящего рядом мужчину, я вообще обиделась. Боятся его больше меня. Хотя я в гневе страшней. — Вы что, поверили? — оборачиваюсь к мужу, в синих глазах которого плещется веселье. — Какое купание? Вода-то холодная.

   На следующий день у нас было намечено посещение знакового места. Целая толпа проводила нас с Данте к высокому, сверкающему в лучах солнца водопаду и восхищенно замерла. Осмотревшись, я весело подмигнула оставшемуся позади Вадику и спросила, ткнув пальцем в ниспадающую с высокой скалы водяную лавину: — Это и есть тот знаменитый водопад, где вы топите своих неверных жен? Асуры на полном серьезе кивнули. Была там у них какая-то легенда… Мне ее на ночь рассказывали девушки-прислужницы. Наивные, я им тоже кое-что рассказала… Те до сих пор краснеют. Вот и теперь, подмигнув собравшейся стайке молодых асур, входящих в мою свиту, радостно начинаю разматывать сари. — Девчонки, айда купаться! Посмотрев на побледневших приближенных, почему-то с ужасом глядящих на стоящего рядом мужчину, я вообще обиделась. Боятся его больше меня. Хотя я в гневе страшней. — Вы что, поверили? — оборачиваюсь к мужу, в синих глазах которого плещется веселье. — Какое купание? Вода-то холодная.

   — Крылья Феникса · книга
5. «

   Есть мужчины просто созданные, чтобы из них вили веревки. А есть женщины, талантливо плетущие макраме.

   Есть мужчины просто созданные, чтобы из них вили веревки. А есть женщины, талантливо плетущие макраме.

   — Алауэн. История одного клана · книга
6. «

   Иногда я поражалась его терпению. Ждать, пока повзрослею. Отпускать меня на все четыре стороны, а при моей везучести — и в рай, и в ад. Другой давно уже перекинул бы упирающуюся девчонку через плечо и увез в свой дом. Только ничего хорошего из этого не вышло бы, только разделило бы нас еще сильнее. А этот терпит, знает ведь, мерзавец, что сломать меня не получится. Захочу, сама приду. А я захочу. Однажды захочу. Каждому нужен дом и те, кто любил бы. И мне нужен. Он нужен. Очень.

   Иногда я поражалась его терпению. Ждать, пока повзрослею. Отпускать меня на все четыре стороны, а при моей везучести — и в рай, и в ад. Другой давно уже перекинул бы упирающуюся девчонку через плечо и увез в свой дом. Только ничего хорошего из этого не вышло бы, только разделило бы нас еще сильнее. А этот терпит, знает ведь, мерзавец, что сломать меня не получится. Захочу, сама приду. А я захочу. Однажды захочу. Каждому нужен дом и те, кто любил бы. И мне нужен. Он нужен. Очень.

   — Поймать тень · книга
7. «

   Ничто не делает женщин слабее, чем беспомощность их мужчины.

   Ничто не делает женщин слабее, чем беспомощность их мужчины.

   — Крылья Феникса · книга
8. «

   В личной жизни всегда есть место для дракона!

   В личной жизни всегда есть место для дракона!

   — Алауэн. История одного клана · книга
9. «

   Жизнь — это не грань между болью и наслаждением. Жизнь — это метание между ними.

   Жизнь — это не грань между болью и наслаждением. Жизнь — это метание между ними.

   — Алауэн. История одного клана · книга
10. «

    ... Даже если время не лечит, с болью примиряешься.

    ... Даже если время не лечит, с болью примиряешься.

    — Алауэн. История одного клана · книга
11. «

    — Слушай, — вмешался Вадик, — а почему ты мне представилась сегодня как Таня. Это что, прикол такой? — Тебе тоже? — рассмеялись чертяги. — Нам она тоже так себя назвала. — Тебе еще повезло, парень. Нас она целый день морочила, — разулыбался Аскар. — Мы даже подраться успели, ведь не поверите, — хмыкнул Зак. — Ага, а еще похитить бедную, беззащитную принцессу и злостно напоить, — поддакнула я. — У-у, совратители малолетних! Демоны даже обалдели от моей наглости. — Это которую беззащитную-то, — не остался в долгу Бальтазар, — ту, которая взорвала крышу со складом фейерверков и тремя архимагами? — Или ту, — добавил вредный Данте, — которая среди ночи обругала благочестивого призрака хуже портового грузчика? — Да! — закричал Аскар. — И ведь после того, как отравить волшебными яблочками нас не удалось, пыталась веткой зашибить. Я весьма неподобающе принцессе хрюкнула и медленно сползла под стол. Туда, где уже лежали, давясь от смеха, Ирида и Глаша. Они уже слышали историю моего знакомства с демонами и даже видели мой урожай. — Век тех яблок не забуду, — послышался голос сверху. Явно Бальтазара. — Хотите, — предложила я, вылезая, — я вам в дорогу еще наколдую. — Нет уж, уволь. Нас же на границе остановят. Решат, что это оружие массового поражения.

    — Слушай, — вмешался Вадик, — а почему ты мне представилась сегодня как Таня. Это что, прикол такой? — Тебе тоже? — рассмеялись чертяги. — Нам она тоже так себя назвала. — Тебе еще повезло, парень. Нас она целый день морочила, — разулыбался Аскар. — Мы даже подраться успели, ведь не поверите, — хмыкнул Зак. — Ага, а еще похитить бедную, беззащитную принцессу и злостно напоить, — поддакнула я. — У-у, совратители малолетних! Демоны даже обалдели от моей наглости. — Это которую беззащитную-то, — не остался в долгу Бальтазар, — ту, которая взорвала крышу со складом фейерверков и тремя архимагами? — Или ту, — добавил вредный Данте, — которая среди ночи обругала благочестивого призрака хуже портового грузчика? — Да! — закричал Аскар. — И ведь после того, как отравить волшебными яблочками нас не удалось, пыталась веткой зашибить. Я весьма неподобающе принцессе хрюкнула и медленно сползла под стол. Туда, где уже лежали, давясь от смеха, Ирида и Глаша. Они уже слышали историю моего знакомства с демонами и даже видели мой урожай. — Век тех яблок не забуду, — послышался голос сверху. Явно Бальтазара. — Хотите, — предложила я, вылезая, — я вам в дорогу еще наколдую. — Нет уж, уволь. Нас же на границе остановят. Решат, что это оружие массового поражения.

    — Поймать тень · книга
12. «

    Подвиг — герой спасает принцессу от дракона. Благотворительность — дракон спасает героя от принцессы.

    Подвиг — герой спасает принцессу от дракона. Благотворительность — дракон спасает героя от принцессы.

    — Алауэн. История одного клана · книга
13. «

    Мое сердце нервно сжималось, Мои руки мелко тряслись, Мое тело вперед подалось, И тебе от меня не спастись. Я из уст твоих, как из бокала, Поцелуи черпала легко. А ведь раньше даже не знала, Что бывает так глубоко.

    Мое сердце нервно сжималось, Мои руки мелко тряслись, Мое тело вперед подалось, И тебе от меня не спастись. Я из уст твоих, как из бокала, Поцелуи черпала легко. А ведь раньше даже не знала, Что бывает так глубоко.

    — Лилитана Эрнест Вольская · книга
14. «

    А может быть, не зря наше воображение придает облакам форму кораблей и драконов? Они плывут в небесной тишине, величественные и прекрасные. Выше нас, выше суеты, выше самой жизни. Вечные. Но важна ли она им? Что для них эта одинокая вечность в бескрайних просторах неба. Какую цену они готовы заплатить, чтобы однажды упасть на землю дождем, рождая новую жизнь, омывая счастливые лица или пряча слезинки. Люди всегда мечтали летать… а драконы чувствовать столь же ярко. Драконы не люди. Хотя… если драконы всего лишь мечта людей, то не могут ли люди быть всего лишь…

    А может быть, не зря наше воображение придает облакам форму кораблей и драконов? Они плывут в небесной тишине, величественные и прекрасные. Выше нас, выше суеты, выше самой жизни. Вечные. Но важна ли она им? Что для них эта одинокая вечность в бескрайних просторах неба. Какую цену они готовы заплатить, чтобы однажды упасть на землю дождем, рождая новую жизнь, омывая счастливые лица или пряча слезинки. Люди всегда мечтали летать… а драконы чувствовать столь же ярко. Драконы не люди. Хотя… если драконы всего лишь мечта людей, то не могут ли люди быть всего лишь…

    — Алауэн. История одного клана · книга
15. «

    Значит, врет, с такими честными глазами правду не говорят.

    Значит, врет, с такими честными глазами правду не говорят.

    — Лисий хвост, или По наглой рыжей моське · книга
16. «

    Пока докажешь, что ты не овца, волком станешь!

    Пока докажешь, что ты не овца, волком станешь!

    — Алауэн. История одного клана · книга
17. «

    Демоны прочитали интересующую их статью и с удивлением, а вовсе не укором, как я думала, воззрились на меня: — Ты все знала и все равно не выставила нас сегодня? — А должна была? — Еще бы. Знающие люди бегут при упоминании имени асуров. — Вы бы видели, как драпает учитель танцев при упоминании моего имени, обзавидовались бы, — парировала я.

    Демоны прочитали интересующую их статью и с удивлением, а вовсе не укором, как я думала, воззрились на меня: — Ты все знала и все равно не выставила нас сегодня? — А должна была? — Еще бы. Знающие люди бегут при упоминании имени асуров. — Вы бы видели, как драпает учитель танцев при упоминании моего имени, обзавидовались бы, — парировала я.

    — Поймать тень · книга
18. «

    Агриппа разошлась. «Да что это такое, да как так можно? Совсем молодежь испортилась, мало того, что посреди ночи домой заявляется, так еще и в таком виде. И это принцесса, образец для подражания, что же тогда обычные люди вытворяют?» Ну, я ее и просветила, что образцом быть не могу по причине прогрессирующей наглости и острых приступов вредности, в купе с дурной привычкой влипать в нехорошие истории.

    Агриппа разошлась. «Да что это такое, да как так можно? Совсем молодежь испортилась, мало того, что посреди ночи домой заявляется, так еще и в таком виде. И это принцесса, образец для подражания, что же тогда обычные люди вытворяют?» Ну, я ее и просветила, что образцом быть не могу по причине прогрессирующей наглости и острых приступов вредности, в купе с дурной привычкой влипать в нехорошие истории.

    — Поймать тень · книга
19. «

    — Прощение — лучшее лекарство от боли. — Вот попинаю его хладный труп и тут же прощу. От всей души прощу, честно.

    — Прощение — лучшее лекарство от боли. — Вот попинаю его хладный труп и тут же прощу. От всей души прощу, честно.

    — Невеста Демона · книга
20. «

    Пока разум обвиняет, сердце оправдывает.

    Пока разум обвиняет, сердце оправдывает.

    — Алауэн. История одного клана · книга