69 лучших фраз Татьяны Когана

Татьяна Коган — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 69 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Дружба слишком ценна, чтобы рисковать ею ради интрижки. Сохранить добрые приятельские отношения, сыграв в любовь, мало кому удавалось.

   Дружба слишком ценна, чтобы рисковать ею ради интрижки. Сохранить добрые приятельские отношения, сыграв в любовь, мало кому удавалось.

   — Только для посвященных · книга
2. «

   Это было странное, но приятное состояние. Такое бывает, когда слишком долго чего-то хочешь, тратишь на достижение последние силы и наконец получаешь желаемое. Умом осознаешь и принимаешь ситуацию, но не имеешь ресурсов, чтобы прочувствовать успех. Ты выжат, высушен, развеян по ветру. Уже не способен радоваться сердцем – только головой. Не страдаешь – паришь в пустоте наедине со своим разумом. И нет в этом ничего плохого. И хорошего тоже нет.

   Это было странное, но приятное состояние. Такое бывает, когда слишком долго чего-то хочешь, тратишь на достижение последние силы и наконец получаешь желаемое. Умом осознаешь и принимаешь ситуацию, но не имеешь ресурсов, чтобы прочувствовать успех. Ты выжат, высушен, развеян по ветру. Уже не способен радоваться сердцем – только головой. Не страдаешь – паришь в пустоте наедине со своим разумом. И нет в этом ничего плохого. И хорошего тоже нет.

   — Амнезия души · книга
3. «

   На мгновение ей представилось, что ее попытки увидеть в нем живого, теплого человека – это то же самое, что идти по бескрайнему замерзшему морю с пляжным зонтиком и шлепанцами в руках. Где-то там, внизу, тюлени тыкаются скользкими носами в толстую корку льда, да только ей куда симпатичнее тропические рыбки.

   На мгновение ей представилось, что ее попытки увидеть в нем живого, теплого человека – это то же самое, что идти по бескрайнему замерзшему морю с пляжным зонтиком и шлепанцами в руках. Где-то там, внизу, тюлени тыкаются скользкими носами в толстую корку льда, да только ей куда симпатичнее тропические рыбки.

   — Персональный апокалипсис · книга
4. «

   – Ты сегодня иначе выглядишь. – Иначе? – Да. Вчера ты походил на умирающего от СПИДа. А сегодня у тебя будто всего-навсего ангина. Или геморрой. Или сифилис.

   – Ты сегодня иначе выглядишь. – Иначе? – Да. Вчера ты походил на умирающего от СПИДа. А сегодня у тебя будто всего-навсего ангина. Или геморрой. Или сифилис.

   — Человек без сердца · книга
5. «

   Чтобы что-то вылетело из головы, необходимо, чтобы в ней что-то было.

   Чтобы что-то вылетело из головы, необходимо, чтобы в ней что-то было.

   — Персональный апокалипсис · книга
6. «

   Загадочность — самый элегантный способ управлять людьми.

   Загадочность — самый элегантный способ управлять людьми.

   — Только для посвященных · книга
7. «

   Мне импонируют русские мужчины. Тем, что хотят охотиться. Тем, что, даже находясь в лесу, полном трепетных ланей, они замечают каждую, кто попадает в их поле зрения. Тем, что, несмотря на свой гонор, они способны восторгаться и бить копытцем при виде подходящего и даже неподходящего объекта. А иностранцы настолько утомились получать по носу от феминисток, что перестали быть самцами. У них по-прежнему имеются пенисы, они даже разговаривают про бейсбол и машины, но уже не чувствуют вектора – самого главного вектора в мире, который находится у них между ног и указывает женщине под юбку.

   Мне импонируют русские мужчины. Тем, что хотят охотиться. Тем, что, даже находясь в лесу, полном трепетных ланей, они замечают каждую, кто попадает в их поле зрения. Тем, что, несмотря на свой гонор, они способны восторгаться и бить копытцем при виде подходящего и даже неподходящего объекта. А иностранцы настолько утомились получать по носу от феминисток, что перестали быть самцами. У них по-прежнему имеются пенисы, они даже разговаривают про бейсбол и машины, но уже не чувствуют вектора – самого главного вектора в мире, который находится у них между ног и указывает женщине под юбку.

   — Эффект недостигнутой цели · книга
8. «

   Любовь занимала все ее мысли, сводила с ума, заставляла ненавидеть весь мир. Лиза ощущала себя маленькой глупой девочкой, решившей попробовать на вкус красивые железные качели. Идея была забавна, а зимний день так морозен. Язык примерз, девочке холодно и больно, и что самое обидное – оторваться невозможно. Чем активнее пытаешься это сделать, тем хуже становится. Тот, кто изобрел безответную любовь, был утонченным циником, более глумливую пытку для человека сложно придумать.

   Любовь занимала все ее мысли, сводила с ума, заставляла ненавидеть весь мир. Лиза ощущала себя маленькой глупой девочкой, решившей попробовать на вкус красивые железные качели. Идея была забавна, а зимний день так морозен. Язык примерз, девочке холодно и больно, и что самое обидное – оторваться невозможно. Чем активнее пытаешься это сделать, тем хуже становится. Тот, кто изобрел безответную любовь, был утонченным циником, более глумливую пытку для человека сложно придумать.

   — Мир, где все наоборот · книга
9. «

   Чем ближе тупик, тем ярче фантазии.

   Чем ближе тупик, тем ярче фантазии.

   — Мир, где все наоборот · книга
10. «

    Каждому дается одинаковое количество талантов, одинаковое количество счастья. Просто кто-то пьет из источника, а кто-то сидит на камушке, как Аленушка, свесив голову и не рискуя зачерпнуть воды.

    Каждому дается одинаковое количество талантов, одинаковое количество счастья. Просто кто-то пьет из источника, а кто-то сидит на камушке, как Аленушка, свесив голову и не рискуя зачерпнуть воды.

    — Мир, где все наоборот · книга
11. «

    Какая мерзость эта любовь… Подобно хитрому вирусу обойдет любую защиту, проникнет внутрь и не уймется, пока не уничтожит твое достоинство и здравый смысл.

    Какая мерзость эта любовь… Подобно хитрому вирусу обойдет любую защиту, проникнет внутрь и не уймется, пока не уничтожит твое достоинство и здравый смысл.

    — Только для посвященных · книга
12. «

    — Почему ты не пьешь? Праведника из себя строишь? — Ага. Сейчас еще немного пропитаюсь благодатью и пойду по воздуху.

    — Почему ты не пьешь? Праведника из себя строишь? — Ага. Сейчас еще немного пропитаюсь благодатью и пойду по воздуху.

    — Только для посвященных · книга
13. «

    Все меняется в жизни, все проходит. Любая катастрофа со временем теряет глубину, подобно тому, как затягивается рана на коже. И то, что казалось раньше непереносимым, оборачивается пусть и драматическим, но вполне приемлемым опытом, без которого ты бы никогда не узнал того, что знаешь сейчас. Не стал бы тем, кем ныне являешься.

    Все меняется в жизни, все проходит. Любая катастрофа со временем теряет глубину, подобно тому, как затягивается рана на коже. И то, что казалось раньше непереносимым, оборачивается пусть и драматическим, но вполне приемлемым опытом, без которого ты бы никогда не узнал того, что знаешь сейчас. Не стал бы тем, кем ныне являешься.

    — Эффект недостигнутой цели · книга
14. «

    Красивыми словами маскируют некрасивую ложь. Искренность всегда неуклюжа.

    Красивыми словами маскируют некрасивую ложь. Искренность всегда неуклюжа.

    — Клуб для избранных · книга
15. «

    Там, где заканчивается полоса неудач, начинается территория кладбища.

    Там, где заканчивается полоса неудач, начинается территория кладбища.

    — Персональный апокалипсис · книга
16. «

    Иногда мне кажется, он не считает меня достаточно умной, чтобы понять его богатый внутренний мир. Он относится ко мне благосклонно и покровительственно, как к собаке, доказавшей свою преданность. Я гоню прочь эти обидные мысли. Некоторые собаки сильно удивляют своих хозяев, когда однажды перегрызают им глотку...

    Иногда мне кажется, он не считает меня достаточно умной, чтобы понять его богатый внутренний мир. Он относится ко мне благосклонно и покровительственно, как к собаке, доказавшей свою преданность. Я гоню прочь эти обидные мысли. Некоторые собаки сильно удивляют своих хозяев, когда однажды перегрызают им глотку...

    — Клуб для избранных · книга
17. «

    – Почему людей больше всего интересует то, что их совершенно не касается? – Лиза загородила ладонью телефон и, лишь нажав на «отправить», спокойно посмотрела на Макса: – Чего тебе, касатик? – Ничего, – буркнул он. – Думал, ты мне сказку какую-нибудь расскажешь. – Жил-был царь Овес, он все сказки унес. – Чего? – Он так и не понял, почему его все называли тупым, – куда-то в сторону бросила Лиза, заставив Джека рассмеяться. Макс враждебно улыбнулся: – Ты сегодня вызываешь у меня очень сильное желание. Желание открутить тебе голову. Лиза дотянулась до лежавшей на столе пачки и вынула сигарету: – У меня охрана поблизости, можешь рискнуть. Потом расскажешь, удобно ли собирать выбитые зубы сломанными руками.

    – Почему людей больше всего интересует то, что их совершенно не касается? – Лиза загородила ладонью телефон и, лишь нажав на «отправить», спокойно посмотрела на Макса: – Чего тебе, касатик? – Ничего, – буркнул он. – Думал, ты мне сказку какую-нибудь расскажешь. – Жил-был царь Овес, он все сказки унес. – Чего? – Он так и не понял, почему его все называли тупым, – куда-то в сторону бросила Лиза, заставив Джека рассмеяться. Макс враждебно улыбнулся: – Ты сегодня вызываешь у меня очень сильное желание. Желание открутить тебе голову. Лиза дотянулась до лежавшей на столе пачки и вынула сигарету: – У меня охрана поблизости, можешь рискнуть. Потом расскажешь, удобно ли собирать выбитые зубы сломанными руками.

    — Амнезия души · книга
18. «

    ... Для жизни в страдании и для жизни в удовольствии требуются одинаковые усилия.

    ... Для жизни в страдании и для жизни в удовольствии требуются одинаковые усилия.

    — Мир, где все наоборот · книга
19. «

    Фанаты не умеют да и не хотят видеть в своём кумире разностороннюю личность. Жизнеспособный идол должен быть одноцветным, монолитным, удобным для обожания.

    Фанаты не умеют да и не хотят видеть в своём кумире разностороннюю личность. Жизнеспособный идол должен быть одноцветным, монолитным, удобным для обожания.

    — Бог в человеческом обличье · книга
20. «

    Восхищаться порядочностью равносильно тому, чтобы восхищаться умением дышать. Эта опция по умолчанию должна присутствовать в человеке.

    Восхищаться порядочностью равносильно тому, чтобы восхищаться умением дышать. Эта опция по умолчанию должна присутствовать в человеке.

    — Бог в человеческом обличье · книга