45 фраз Теодора Драйзер: жизненные цитаты для статуса

Теодор Драйзер: жизненные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 45 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Как бесконечно далеки друг от друга написанное слово и тайная мысль!

   Как бесконечно далеки друг от друга написанное слово и тайная мысль!

   — Теодор Драйзер · книга
2. «

   Общество имеет установленное мерило для всех поступков. Все мужчины должны быть честны, все женщины — добродетельны.

   Общество имеет установленное мерило для всех поступков. Все мужчины должны быть честны, все женщины — добродетельны.

   — Теодор Драйзер · книга
3. «

   — Ах, Дженни, — сказал он ей, как ребенку, — ваше счастье, что вы молоды. Это — самое лучшее, самое дорогое в жизни. — Правда? — Да, только вы этого еще не понимаете. Это всегда начинаешь понимать слишком поздно.

   — Ах, Дженни, — сказал он ей, как ребенку, — ваше счастье, что вы молоды. Это — самое лучшее, самое дорогое в жизни. — Правда? — Да, только вы этого еще не понимаете. Это всегда начинаешь понимать слишком поздно.

   — Теодор Драйзер · книга
4. «

   Пытаться сверх меры помогать кому-либо, хотя и бы даже и родственнику, — значит безрассудно подрывать самые основы общества. Когда имеешь дело с личностями и классами, которые в общественном и материальном положении стоят ниже тебя, надо обращаться с ними согласно привычным для них нормам. И лучшие нормы — те, которые заставляют ниже стоящих понимать, как трудно достаются деньги.

   Пытаться сверх меры помогать кому-либо, хотя и бы даже и родственнику, — значит безрассудно подрывать самые основы общества. Когда имеешь дело с личностями и классами, которые в общественном и материальном положении стоят ниже тебя, надо обращаться с ними согласно привычным для них нормам. И лучшие нормы — те, которые заставляют ниже стоящих понимать, как трудно достаются деньги.

   — Теодор Драйзер · книга
5. «

   — Люди? — повторил он. Не тревожьтесь об этом. Люди думают о нас то, что мы хотим им внушить.

   — Люди? — повторил он. Не тревожьтесь об этом. Люди думают о нас то, что мы хотим им внушить.

   — Теодор Драйзер · книга
6. «

   ... для успеха дела часто бывает достаточно одного слова богатого человека, не надо ни денег, ни гарантий, ни конкретного обеспечения — ничего, только его слово.

   ... для успеха дела часто бывает достаточно одного слова богатого человека, не надо ни денег, ни гарантий, ни конкретного обеспечения — ничего, только его слово.

   — Теодор Драйзер · книга
7. «

   Его мозг можно было в это время сравнить с запертым безмолвным залом, где, против собственной воли, он оказался в полном одиночестве и вот размышляет над таинственными и и страшными желаниями или советами какой-то тёмной, первобытной части своего «я», не в силах ни отречься от неё, ни бежать и не находя в себе мужества как-либо действовать.

   Его мозг можно было в это время сравнить с запертым безмолвным залом, где, против собственной воли, он оказался в полном одиночестве и вот размышляет над таинственными и и страшными желаниями или советами какой-то тёмной, первобытной части своего «я», не в силах ни отречься от неё, ни бежать и не находя в себе мужества как-либо действовать.

   — Теодор Драйзер · книга
8. «

   В этом и кроется исключительное свойство истинного пафоса: каждому слушателю кажется, что говорящий обращается только к нему.

   В этом и кроется исключительное свойство истинного пафоса: каждому слушателю кажется, что говорящий обращается только к нему.

   — Теодор Драйзер · книга
9. «

   Он обожал ее издали, а она и не подозревала, что он не сводит с нее серьезных горящих глаз, стоит лишь ей отвернуться. Вскоре она уехала, ее родители переселились в другой город, и время исцелило раны Юджина — ведь на свете много красоты.

   Он обожал ее издали, а она и не подозревала, что он не сводит с нее серьезных горящих глаз, стоит лишь ей отвернуться. Вскоре она уехала, ее родители переселились в другой город, и время исцелило раны Юджина — ведь на свете много красоты.

   — Теодор Драйзер · книга
10. «

    Мужчины, по крайней мере некоторые, нередко совсем по-другому, с новой нежностью начинают относиться к матери своего ребёнка.

    Мужчины, по крайней мере некоторые, нередко совсем по-другому, с новой нежностью начинают относиться к матери своего ребёнка.

    — Теодор Драйзер · книга
11. «

    Человек подвластен чарам красоты, любви, богатства — всего, чего мы подчас так жаждем и не можем достичь, — такова чаще всего любовь в нашем мире.

    Человек подвластен чарам красоты, любви, богатства — всего, чего мы подчас так жаждем и не можем достичь, — такова чаще всего любовь в нашем мире.

    — Теодор Драйзер · книга
12. «

    У него уже выработалась своя жизненная философия: если хочешь добиться успеха — не зевай, а для этого надо сблизиться или по крайней мере делать вид, будто близок с теми, кто в этом мире, где внешнее и показное превыше всего, занимает первые места.

    У него уже выработалась своя жизненная философия: если хочешь добиться успеха — не зевай, а для этого надо сблизиться или по крайней мере делать вид, будто близок с теми, кто в этом мире, где внешнее и показное превыше всего, занимает первые места.

    — Теодор Драйзер · книга
13. «

    Это было временное оцепенение, момент равновесия между двумя одинаково властными стремлениями: действовать и не действовать.

    Это было временное оцепенение, момент равновесия между двумя одинаково властными стремлениями: действовать и не действовать.

    — Теодор Драйзер · книга
14. «

    Люди думают о нас то, что мы хотим им внушить.

    Люди думают о нас то, что мы хотим им внушить.

    — Теодор Драйзер · книга
15. «

    Смелость, инициатива, предприимчивость — как много они значат, да ещё везение вдобавок.

    Смелость, инициатива, предприимчивость — как много они значат, да ещё везение вдобавок.

    — Теодор Драйзер · книга
16. «

    Он будет идти своим путем, и она рано или поздно оставит его. Ничем тут, как видно, не поможешь. Переделать себя он не мог. Он был человеком слишком страстным, многогранным и сложным и слишком большим эгоистом, чтобы оставаться верным кому-то одному.

    Он будет идти своим путем, и она рано или поздно оставит его. Ничем тут, как видно, не поможешь. Переделать себя он не мог. Он был человеком слишком страстным, многогранным и сложным и слишком большим эгоистом, чтобы оставаться верным кому-то одному.

    — Теодор Драйзер · книга
17. «

    Бывают такие редкие, особенные натуры, которые приходят в мир, не ведая зачем, и уходят из жизни, так ничего и не поняв.

    Бывают такие редкие, особенные натуры, которые приходят в мир, не ведая зачем, и уходят из жизни, так ничего и не поняв.

    — Теодор Драйзер · книга
18. «

    Очень жаль, конечно, что в некоторых случаях с черными невольниками обращаются плохо. Он считал, что этот вопрос следует пересмотреть, но не видел никаких серьезных этических оснований для той борьбы, которую вели покровители чернокожих. Он осознавал, что положение огромного большинства мужчин и женщин мало чем отличается от положения рабов, несмотря на то, что их будто бы защищает конституция страны.

    Очень жаль, конечно, что в некоторых случаях с черными невольниками обращаются плохо. Он считал, что этот вопрос следует пересмотреть, но не видел никаких серьезных этических оснований для той борьбы, которую вели покровители чернокожих. Он осознавал, что положение огромного большинства мужчин и женщин мало чем отличается от положения рабов, несмотря на то, что их будто бы защищает конституция страны.

    — Теодор Драйзер · книга
19. «

    Человек должен сам строить себе карьеру, иначе его удел — унылое и безрадостное существование на задворках чужого успеха.

    Человек должен сам строить себе карьеру, иначе его удел — унылое и безрадостное существование на задворках чужого успеха.

    — Теодор Драйзер · книга
20. «

    Из всех живых существ женщины больше всего боятся женщин, и прежде всего умных и красивых.

    Из всех живых существ женщины больше всего боятся женщин, и прежде всего умных и красивых.

    — Теодор Драйзер · книга