454 лучших цитаты — Теодор Драйзер

Теодор Драйзер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 454 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Нет ничего ценнее хорошей репутации и устойчивого положения.

   Нет ничего ценнее хорошей репутации и устойчивого положения.

   — Финансист · книга
2. «

   Люди привыкли придавать словам слишком большое значение, им кажется, что слова могут сделать многое.

   Люди привыкли придавать словам слишком большое значение, им кажется, что слова могут сделать многое.

   — Сестра Керри · книга
3. «

   В нём, как и в дразнящих его мальчишках, говорило извечное людское стремление к полному сходству, к стандарту.

   В нём, как и в дразнящих его мальчишках, говорило извечное людское стремление к полному сходству, к стандарту.

   — Американская трагедия · книга
4. «

   Когда нас поглощает пучина, мы тянем руки к звезде.

   Когда нас поглощает пучина, мы тянем руки к звезде.

   — Сестра Керри · книга
5. «

   Самый толстокожий представитель рода человеческого и тот слышит голос совести в ту минуту, когда желание толкает его на дурное, и голос этот звучит тем громче, чем серьезнее преступление.

   Самый толстокожий представитель рода человеческого и тот слышит голос совести в ту минуту, когда желание толкает его на дурное, и голос этот звучит тем громче, чем серьезнее преступление.

   — Сестра Керри · книга
6. «

   Сам он не имел охоты воевать — нелепое занятие для человека с ярко выраженной индивидуальностью.

   Сам он не имел охоты воевать — нелепое занятие для человека с ярко выраженной индивидуальностью.

   — Фрэнк Каупервуд · книга
7. «

   Какие страхи могут надолго удержаться при ярком свете утреннего солнца, под голубым небом, при свежем бодрящем ветерке? В четырех стенах ночью — и даже в сумрачные дни — страхи и зловещие предчувствия растут и крепнут, но на воздухе, в солнечную погоду, человек теряет страх даже перед смертью.

   Какие страхи могут надолго удержаться при ярком свете утреннего солнца, под голубым небом, при свежем бодрящем ветерке? В четырех стенах ночью — и даже в сумрачные дни — страхи и зловещие предчувствия растут и крепнут, но на воздухе, в солнечную погоду, человек теряет страх даже перед смертью.

   — Сестра Керри · книга
8. «

   Теперь, когда она [Керри] жила праздно, тяжёлый труд казался ей ещё более страшным, чем в то время, когда она сама работала.

   Теперь, когда она [Керри] жила праздно, тяжёлый труд казался ей ещё более страшным, чем в то время, когда она сама работала.

   — Сестра Керри · книга
9. «

   И тут при виде его удаляющейся фигуры ее охватило такое чувство, словно она чего-то лишилась.

   И тут при виде его удаляющейся фигуры ее охватило такое чувство, словно она чего-то лишилась.

   — Сестра Керри · книга
10. «

    Теперь, когда настало время приступить к своим незнакомым, непривычным обязанностям, настроение Керри сильно упало.

    Теперь, когда настало время приступить к своим незнакомым, непривычным обязанностям, настроение Керри сильно упало.

    — Сестра Керри · книга
11. «

    Он взял её за руку, предполагая в своём добродушном эгоизме, что только его отсутствие было причиною её тоски и слёз.

    Он взял её за руку, предполагая в своём добродушном эгоизме, что только его отсутствие было причиною её тоски и слёз.

    — Сестра Керри · книга
12. «

    И глаза её были сухи, но душа исходила слезами.

    И глаза её были сухи, но душа исходила слезами.

    — Дженни Герхардт · книга
13. «

    Если порой она и отступала от истины, то уж, по крайней мере, в тех случаях, когда считала это необходимым.

    Если порой она и отступала от истины, то уж, по крайней мере, в тех случаях, когда считала это необходимым.

    — Сестра Керри · книга
14. «

    Цветы и девушки не всегда хорошо переносят пересадку на новую почву. Порою требуется почва более богатая, атмосфера более благоприятная для того, чтобы продолжался хотя бы естественный рост.

    Цветы и девушки не всегда хорошо переносят пересадку на новую почву. Порою требуется почва более богатая, атмосфера более благоприятная для того, чтобы продолжался хотя бы естественный рост.

    — Сестра Керри · книга
15. «

    Спрашивайте и получите ответ.

    Спрашивайте и получите ответ.

    — Американская трагедия · книга
16. «

    По своим душевным качествам Керри, несомненно, была лучше Герствуда, точно так же, как по умственным способностям она стояла выше Друэ. Она явилась в Чикаго свежая, как воздух полей, лучи деревенского солнца еще блестели в ее глазах.

    По своим душевным качествам Керри, несомненно, была лучше Герствуда, точно так же, как по умственным способностям она стояла выше Друэ. Она явилась в Чикаго свежая, как воздух полей, лучи деревенского солнца еще блестели в ее глазах.

    — Сестра Керри · книга
17. «

    Сам он не имел охоты воевать — нелепое занятие для человека с ярко выраженной индивидуальностью. Пусть воюют другие, на свете достаточно бедняков, простаков и недоумков, готовых подставить свою грудь под пули: они только и годятся на то, чтобы ими командовали и посылали их на смерть. Что касается его, то свою жизнь он считал священной и целиком принадлежащей семье и деловым интересам.

    Сам он не имел охоты воевать — нелепое занятие для человека с ярко выраженной индивидуальностью. Пусть воюют другие, на свете достаточно бедняков, простаков и недоумков, готовых подставить свою грудь под пули: они только и годятся на то, чтобы ими командовали и посылали их на смерть. Что касается его, то свою жизнь он считал священной и целиком принадлежащей семье и деловым интересам.

    — Френк Каупервуд · книга
18. «

    Ему казалось, что праздная болтовня притупляет душевную боль.

    Ему казалось, что праздная болтовня притупляет душевную боль.

    — Сестра Керри · книга
19. «

    Разлука — это темная комната, в которой не видно даже любви.

    Разлука — это темная комната, в которой не видно даже любви.

    — Гений · книга
20. «

    Герствуд погрузился в мрачное уныние. Вся эта история вызвала в нем сильнейшее отвращение. Больше всего его мучило сознание, что его преследуют, как вора. Он начал понимать, сколь несправедливо так называемое общественное мнение, которое видит только одну сторону вопроса и судит о длительной трагедии подчас по какому-нибудь отдельно взятому эпизоду.

    Герствуд погрузился в мрачное уныние. Вся эта история вызвала в нем сильнейшее отвращение. Больше всего его мучило сознание, что его преследуют, как вора. Он начал понимать, сколь несправедливо так называемое общественное мнение, которое видит только одну сторону вопроса и судит о длительной трагедии подчас по какому-нибудь отдельно взятому эпизоду.

    — Сестра Керри · книга