13 цитат-размышлений Терренса Дикса

Терренс Дикс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 13 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Ты хоть представляешь себе, кем они были, когда только начинали? Бывший пилот, наркоман, фермер, не сумевший разводить кур, сноб, неудавшийся торговец шампанским, с фальшивым дворянским титулом, и жалкий развратник, страдающий от хромоты. Сборище тунеядцев, во главе которых был несостоявшийся художник. Эйс пожала плечами: — Типичные политики!

   — Ты хоть представляешь себе, кем они были, когда только начинали? Бывший пилот, наркоман, фермер, не сумевший разводить кур, сноб, неудавшийся торговец шампанским, с фальшивым дворянским титулом, и жалкий развратник, страдающий от хромоты. Сборище тунеядцев, во главе которых был несостоявшийся художник. Эйс пожала плечами: — Типичные политики!

   — Доктор · книга
2. «

   — Как я выгляжу, Профессор? — Романтичная и загадочная. Эйс осмотрела себя в высоком зеркале. — Я похожа на Марлен Дитрих, у которой был тяжёлый день.

   — Как я выгляжу, Профессор? — Романтичная и загадочная. Эйс осмотрела себя в высоком зеркале. — Я похожа на Марлен Дитрих, у которой был тяжёлый день.

   — Доктор · книга
3. «

   — Самое ужасное, не считая проигранного сражения, — сказал Доктор, — это выигранное сражение. Старина Веллингтон сказал мне это, сразу после Ватерлоо. И он был прав. Романа нахмурилась. — Не очень-то логично. — Возможно. Но в этом всё равно есть глубокий смысл.

   — Самое ужасное, не считая проигранного сражения, — сказал Доктор, — это выигранное сражение. Старина Веллингтон сказал мне это, сразу после Ватерлоо. И он был прав. Романа нахмурилась. — Не очень-то логично. — Возможно. Но в этом всё равно есть глубокий смысл.

   — Доктор · книга
4. «

   — Nach Festival, bitte. Шофёр, раскрыв рот, повернулся к нему. — Nach Festival! – рявкнул Доктор. – Schnell! Лимузин тронулся с места. Эйс с ужасом в глазах посмотрела на Доктора. — Ты что творишь, Профессор? Откинувшись на спинку, Доктор сказал: — В авторитарных государствах люди обычно повинуются властному голосу. Это бывает полезно. — Ты ужасно рискуешь. — Посмотри на это иначе, Эйс. Никто, у кого нет на это права, не осмелится тут командовать шофёром служебного автомобиля. А раз мы только что это сделали, значит, у нас есть право так делать, потому что иначе мы бы так не сделали!

   — Nach Festival, bitte. Шофёр, раскрыв рот, повернулся к нему. — Nach Festival! – рявкнул Доктор. – Schnell! Лимузин тронулся с места. Эйс с ужасом в глазах посмотрела на Доктора. — Ты что творишь, Профессор? Откинувшись на спинку, Доктор сказал: — В авторитарных государствах люди обычно повинуются властному голосу. Это бывает полезно. — Ты ужасно рискуешь. — Посмотри на это иначе, Эйс. Никто, у кого нет на это права, не осмелится тут командовать шофёром служебного автомобиля. А раз мы только что это сделали, значит, у нас есть право так делать, потому что иначе мы бы так не сделали!

   — Доктор · книга
5. «

   — Ты меня похищаешь? — Нет, определённо нет. Никто тебя сюда не приглашал. Ты ворвалась сюда силой. Если кого-то здесь и похищают, то меня. Сэм продолжала свою цепочку размышлений. — Если меня похищают, хорошо, это новый опыт. Но ничего забавного.

   — Ты меня похищаешь? — Нет, определённо нет. Никто тебя сюда не приглашал. Ты ворвалась сюда силой. Если кого-то здесь и похищают, то меня. Сэм продолжала свою цепочку размышлений. — Если меня похищают, хорошо, это новый опыт. Но ничего забавного.

   — Доктор · книга
6. «

   Король – это важный символ... а ещё важнее, что именно он символизирует.

   Король – это важный символ... а ещё важнее, что именно он символизирует.

   — Доктор · книга
7. «

   — Постой, Профессор! Толпа зомби загоняет нас на вершину башни, а ты решил взорвать эту башню атомной бомбой? — Точно. Довольно радикальное решение проблемы. А что тебе не нравится? Башня, казалось, уже раскачивалась. В парапете появилась трещина, и от него отвалился кусок. — Профессор! – закричала Эйс. – Мы стоим на крыше башни. Той самой, которую ты взрываешь!

   — Постой, Профессор! Толпа зомби загоняет нас на вершину башни, а ты решил взорвать эту башню атомной бомбой? — Точно. Довольно радикальное решение проблемы. А что тебе не нравится? Башня, казалось, уже раскачивалась. В парапете появилась трещина, и от него отвалился кусок. — Профессор! – закричала Эйс. – Мы стоим на крыше башни. Той самой, которую ты взрываешь!

   — Доктор · книга
8. «

   — То есть, ТАРДИС... Где она? — Ну, тут её нет... — Ты гений, Профессор. — Значит, что-то её забрал. — Ещё гениальнее! — Значит, нам нужно узнать, кто и куда её забрал. — И как же мы это сделаем? — При помощи гениальной научной методики, – сказал Доктор. – Она называется «спросить у кого-нибудь».

   — То есть, ТАРДИС... Где она? — Ну, тут её нет... — Ты гений, Профессор. — Значит, что-то её забрал. — Ещё гениальнее! — Значит, нам нужно узнать, кто и куда её забрал. — И как же мы это сделаем? — При помощи гениальной научной методики, – сказал Доктор. – Она называется «спросить у кого-нибудь».

   — Доктор · книга
9. «

   Убийца мнит, что убивает, Или он мнит, что пал в крови, – Но он, увы, совсем не знает, Куда ведут пути мои.

   Убийца мнит, что убивает, Или он мнит, что пал в крови, – Но он, увы, совсем не знает, Куда ведут пути мои.

   — Доктор Кто: Времяточец - исход · книга
10. «

    — Шобоганы достаточно безвредны, — согласился Шестой Доктор. — Вы просто не умеете с ними ладить. Напейтесь пару раз, немного подеритесь. Скоро вы обнаружите, что они едят у вас с рук. — Или откусывают их! — сказал Доктор.

    — Шобоганы достаточно безвредны, — согласился Шестой Доктор. — Вы просто не умеете с ними ладить. Напейтесь пару раз, немного подеритесь. Скоро вы обнаружите, что они едят у вас с рук. — Или откусывают их! — сказал Доктор.

    — Доктор · книга
11. «

    — В конце концов, одна голова хорошо, а две лучше. — Даже если это одна и та же голова? — скептически заметил Пятый Доктор.

    — В конце концов, одна голова хорошо, а две лучше. — Даже если это одна и та же голова? — скептически заметил Пятый Доктор.

    — Доктор · книга
12. «

    — Оно всё ещё в тебе, да? — произнёс Доктор. — Что? — Безжалостное высокомерие, проклятие расы повелителей времени. Ничто не должно подвергать нас опасности, ничто не должно стоять на нашем пути. И если жизни низших существ нужно принести в жертву — да будет так! — Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне… — Замолчи и слушай, — строго оборвал его Доктор. — Я старше и мудрее тебя. Мои воспоминания, возможно, ушли, но моральные устои не затронуты. Ты покинул Галлифрей в порыве досады, в украденной ТАРДИС, когда твои коллеги по Высшему совету отказались мириться с твоим высокомерием. Ты эгоистично взял Сьюзан с собой, потому что тебе нравилась её компания, ты не подумал, что расставание с Галлифреем значило для неё.

    — Оно всё ещё в тебе, да? — произнёс Доктор. — Что? — Безжалостное высокомерие, проклятие расы повелителей времени. Ничто не должно подвергать нас опасности, ничто не должно стоять на нашем пути. И если жизни низших существ нужно принести в жертву — да будет так! — Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне… — Замолчи и слушай, — строго оборвал его Доктор. — Я старше и мудрее тебя. Мои воспоминания, возможно, ушли, но моральные устои не затронуты. Ты покинул Галлифрей в порыве досады, в украденной ТАРДИС, когда твои коллеги по Высшему совету отказались мириться с твоим высокомерием. Ты эгоистично взял Сьюзан с собой, потому что тебе нравилась её компания, ты не подумал, что расставание с Галлифреем значило для неё.

    — Доктор · книга
13. «

    Вырвать росток легче, чем выкорчевать дерево.

    Вырвать росток легче, чем выкорчевать дерево.

    — Доктор · книга