220 фраз Терри Пратчетт: смешные цитаты для статуса

Подборка из 220 цитат Терри Пратчетт: смешные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Но, может, нам еще удастся увидеться до моего отъезда? — Я буду мыть голову, — холодно процедила Маграт. — Когда? — Всегда!

   — Но, может, нам еще удастся увидеться до моего отъезда? — Я буду мыть голову, — холодно процедила Маграт. — Когда? — Всегда!

   — Терри Пратчетт · книга
2. «

   Шесть оглушительно молчаливых ударов прокатились над городом: то городские часы по имени Старый Том демонстративно не пробили время.

   Шесть оглушительно молчаливых ударов прокатились над городом: то городские часы по имени Старый Том демонстративно не пробили время.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   – Послушай, в любом человеке живет частичка, которая хочет поступать так, как ты поступать не смеешь, и думать о том, о чем ты даже боишься задуматься. Нянюшка ответила бессмысленным взглядом. – Ну, например… – попыталась объяснить Агнесса. – Сорвать с себя одежду и голышом побегать под дождем? – Ага, тут ты абсолютно права, – согласилась нянюшка. – Думаю, Пердита – это такая частичка меня. – Правда? А у меня такой частичкой была я сама, – пожала плечами нянюшка. – Главное – не забыть, где одежду оставила.

   – Послушай, в любом человеке живет частичка, которая хочет поступать так, как ты поступать не смеешь, и думать о том, о чем ты даже боишься задуматься. Нянюшка ответила бессмысленным взглядом. – Ну, например… – попыталась объяснить Агнесса. – Сорвать с себя одежду и голышом побегать под дождем? – Ага, тут ты абсолютно права, – согласилась нянюшка. – Думаю, Пердита – это такая частичка меня. – Правда? А у меня такой частичкой была я сама, – пожала плечами нянюшка. – Главное – не забыть, где одежду оставила.

   — Терри Пратчетт · книга
4. «

   — Ха! Полкоролевства, — пробормотал патриций. — И рука вашей дочери в придачу, — закончил Воунз. — Насколько я понимаю, тетушка здесь не подойдет? — с надеждой в голосе спросил патриций. — Традиция настаивает на кандидатуре дочери, ваша милость.

   — Ха! Полкоролевства, — пробормотал патриций. — И рука вашей дочери в придачу, — закончил Воунз. — Насколько я понимаю, тетушка здесь не подойдет? — с надеждой в голосе спросил патриций. — Традиция настаивает на кандидатуре дочери, ваша милость.

   — Терри Пратчетт · книга
5. «

   – Стой! Кто идет? – Это я, Шон, твоя мамочка. – А, привет, мам. Привет, госпожа Ветровоск. – Будь пай-мальчиком, впусти нас. – А кто идет – друг или враг? – Что? – Я так должен сказать, мам. Так положено. А тебе следует ответить: «Друг». – Я – твоя мама. – Все нужно делать как положено, мам. Иначе зачем придумали правила? – Знаешь что, мой мальчик, еще минута, и я стану врагом. – О-о-о-а-а-а-у-у-у, мам! – Ну, хорошо, хорошо. Друг. – Да, но ты могла бы сказать это немножко другим тоном и… – Немедленно пропусти нас, Шон Ягг.

   – Стой! Кто идет? – Это я, Шон, твоя мамочка. – А, привет, мам. Привет, госпожа Ветровоск. – Будь пай-мальчиком, впусти нас. – А кто идет – друг или враг? – Что? – Я так должен сказать, мам. Так положено. А тебе следует ответить: «Друг». – Я – твоя мама. – Все нужно делать как положено, мам. Иначе зачем придумали правила? – Знаешь что, мой мальчик, еще минута, и я стану врагом. – О-о-о-а-а-а-у-у-у, мам! – Ну, хорошо, хорошо. Друг. – Да, но ты могла бы сказать это немножко другим тоном и… – Немедленно пропусти нас, Шон Ягг.

   — Терри Пратчетт · книга
6. «

   Пение дело такое: только начни петь своему отражению в зеркале, потом запоёшь дуэтом с какой-нибудь синичкой, затем подтянутся прочие лесные обитатели, ну а дальше остановить тебя можно будет только огнеметом.

   Пение дело такое: только начни петь своему отражению в зеркале, потом запоёшь дуэтом с какой-нибудь синичкой, затем подтянутся прочие лесные обитатели, ну а дальше остановить тебя можно будет только огнеметом.

   — Терри Пратчетт · книга
7. «

   Лицо это выражало непоколебимую благожелательность, что, честно говоря, изрядно смущает, особенно если знаешь, что благожелают именно тебе.

   Лицо это выражало непоколебимую благожелательность, что, честно говоря, изрядно смущает, особенно если знаешь, что благожелают именно тебе.

   — Терри Пратчетт · книга
8. «

   — Мне казалось, ты терпеть не можешь всякие книжки. — Не люблю. Они могут смотреть тебе прямо в глаза и нагло врать.

   — Мне казалось, ты терпеть не можешь всякие книжки. — Не люблю. Они могут смотреть тебе прямо в глаза и нагло врать.

   — Терри Пратчетт · книга
9. «

   — А что насчет лорда Витинари? — Я поручил это своему лучшему человеку, – сказал Ваймс. – Верному, надежному, знающему тут все ходы и выходы как свои пять пальцев. Другими словами, я сам этим займусь.

   — А что насчет лорда Витинари? — Я поручил это своему лучшему человеку, – сказал Ваймс. – Верному, надежному, знающему тут все ходы и выходы как свои пять пальцев. Другими словами, я сам этим займусь.

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    Редкая птица способна вести себя в клетке более спокойно, чем ланкрский ухтыястреб, он же мученик бородатый. Это плотоядная птица, пребывающая в вечных поисках возможности стать вегетарианцем. Большую часть времени ухтыястреб, но, когда совсем подводит желудок, он предпочитает спокойно сидеть на ветке и ждать, пока кто-нибудь умрет. Перед тем как погрузиться в сон, мученик бородатый покрепче обхватывает ветку когтями, после чего переворачивается вниз головой – и спокойно дремлет. Ходжесааргх разводил этих птиц лишь потому, что встречались они только в Ланкре, а еще ему нравилось их оперение. Но все заслуживающие уважения сокольничие соглашались с тем, что поразить дичь при помощи ухтыястреба можно одним-единственным способом – если метнуть им из пращи.

    Редкая птица способна вести себя в клетке более спокойно, чем ланкрский ухтыястреб, он же мученик бородатый. Это плотоядная птица, пребывающая в вечных поисках возможности стать вегетарианцем. Большую часть времени ухтыястреб, но, когда совсем подводит желудок, он предпочитает спокойно сидеть на ветке и ждать, пока кто-нибудь умрет. Перед тем как погрузиться в сон, мученик бородатый покрепче обхватывает ветку когтями, после чего переворачивается вниз головой – и спокойно дремлет. Ходжесааргх разводил этих птиц лишь потому, что встречались они только в Ланкре, а еще ему нравилось их оперение. Но все заслуживающие уважения сокольничие соглашались с тем, что поразить дичь при помощи ухтыястреба можно одним-единственным способом – если метнуть им из пращи.

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    Настоящий кот – не просто уравновешенный. И не просто неврастеник. Он уравновешенный неврастеник – совсем как настоящий человек.

    Настоящий кот – не просто уравновешенный. И не просто неврастеник. Он уравновешенный неврастеник – совсем как настоящий человек.

    — Терри Пратчетт · книга
12. «

    Некоторые опыты, проводимые новичками, давали поистине ВЗРЫВНОЙ результат, после чего приходилось ремонтировать очередную лабораторию, перед этим сыграв в увлекательнейшую игру под названием «Найди вторую почку».

    Некоторые опыты, проводимые новичками, давали поистине ВЗРЫВНОЙ результат, после чего приходилось ремонтировать очередную лабораторию, перед этим сыграв в увлекательнейшую игру под названием «Найди вторую почку».

    — Терри Пратчетт · книга
13. «

    Ему не нравилось жить в мире героев. Строишь-строишь цивилизацию, а потом появляется какой-нибудь герой и...

    Ему не нравилось жить в мире героев. Строишь-строишь цивилизацию, а потом появляется какой-нибудь герой и...

    — Терри Пратчетт · книга
14. «

    В узкой долине, зажатой между крутыми лесистыми склонами, примостилась деревушка, совсем крошечная, её ни в жизнь не найдешь на карте гор. Она едва заметна даже на карте самой деревни.

    В узкой долине, зажатой между крутыми лесистыми склонами, примостилась деревушка, совсем крошечная, её ни в жизнь не найдешь на карте гор. Она едва заметна даже на карте самой деревни.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    — А это Грибо. И если между нами, он сущий демон, исчадие ада. — Ну разумеется, он же кот. Чего еще ожидать от кота?

    — А это Грибо. И если между нами, он сущий демон, исчадие ада. — Ну разумеется, он же кот. Чего еще ожидать от кота?

    — Терри Пратчетт · книга
16. «

    План А сработал. План Б – нет. Все зависело от Плана В, в котором был только один недостаток: Кроули дошел только до буквы Б.

    План А сработал. План Б – нет. Все зависело от Плана В, в котором был только один недостаток: Кроули дошел только до буквы Б.

    — Терри Пратчетт · книга
17. «

    — Да, кстати, как можно эль принимать на грудь? — Ну, по-моему, это когда чаще промахиваешься мимо рта, чем попадаешь в него.

    — Да, кстати, как можно эль принимать на грудь? — Ну, по-моему, это когда чаще промахиваешься мимо рта, чем попадаешь в него.

    — Терри Пратчетт · книга
18. «

    ...все в этом псе буквально кричало о том, что перед вами пудель, кроме общего впечатления, которое кричало что-то нецензурное.

    ...все в этом псе буквально кричало о том, что перед вами пудель, кроме общего впечатления, которое кричало что-то нецензурное.

    — Терри Пратчетт · книга
19. «

    — Если я тебя сейчас брошу, то никогда себе этого не прощу. — А я никогда не прощу тебя, если ты останешься, а не прощать я умею куда лучше, чем ты.

    — Если я тебя сейчас брошу, то никогда себе этого не прощу. — А я никогда не прощу тебя, если ты останешься, а не прощать я умею куда лучше, чем ты.

    — Терри Пратчетт · книга
20. «

    – Армия Ведьмознатцев убивает только ведьм. Правило такое. В крайнем случае колдунов. Ну, еще демонов и бесов, конечно. – Да, но Антихрист – это хуже, чем просто ведьма или колдун. Он… он как Самый ГЛАВНЫЙ колдун. Хуже его вообще не бывает. – А, от него, значит, трудней отделаться, чем, скажем, от демона? – спросил Шедуэлл, оживившись. – Ненамного, – ответил Азирафель. Единственным способом отделаться от демона, к которому он когда-либо прибегал, был весьма недвусмысленный намек, что у него, Азирафеля, еще много работы, а ведь уже довольно поздно, не правда ли? И Кроули всегда правильно это понимал.

    – Армия Ведьмознатцев убивает только ведьм. Правило такое. В крайнем случае колдунов. Ну, еще демонов и бесов, конечно. – Да, но Антихрист – это хуже, чем просто ведьма или колдун. Он… он как Самый ГЛАВНЫЙ колдун. Хуже его вообще не бывает. – А, от него, значит, трудней отделаться, чем, скажем, от демона? – спросил Шедуэлл, оживившись. – Ненамного, – ответил Азирафель. Единственным способом отделаться от демона, к которому он когда-либо прибегал, был весьма недвусмысленный намек, что у него, Азирафеля, еще много работы, а ведь уже довольно поздно, не правда ли? И Кроули всегда правильно это понимал.

    — Терри Пратчетт · книга