244 цитаты, которые говорил Терри Пратчетт: смешные цитаты

Подборка из 244 цитаты Терри Пратчетт: смешные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Со стороны часовой башни донесся затихающий металлический звон. Думминг и Чудакулли подождали немного, но не услышали ничего, кроме обычного городского шума типа грохота рушащихся стен и далеких пронзительных воплей.

   Со стороны часовой башни донесся затихающий металлический звон. Думминг и Чудакулли подождали немного, но не услышали ничего, кроме обычного городского шума типа грохота рушащихся стен и далеких пронзительных воплей.

   — Терри Пратчетт · книга
2. «

   — Обед бездрачия? — Ну, им не положено, это самое... — Что, совсем никакого этого самого? — Считается, что это вредит магическим способностям. — В интересном же месте у них хранятся магические способности.

   — Обед бездрачия? — Ну, им не положено, это самое... — Что, совсем никакого этого самого? — Считается, что это вредит магическим способностям. — В интересном же месте у них хранятся магические способности.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   И всегда, всегда носи свежее нижнее бельё, потому что невозможно заранее предсказать, когда тебя затопчет взбесившаяся лошадь, зато, если люди потом подберут твое бездыханное тело и увидят, что на тебе несвежее исподнее, ты просто помрешь со стыда.

   И всегда, всегда носи свежее нижнее бельё, потому что невозможно заранее предсказать, когда тебя затопчет взбесившаяся лошадь, зато, если люди потом подберут твое бездыханное тело и увидят, что на тебе несвежее исподнее, ты просто помрешь со стыда.

   — Терри Пратчетт · книга
4. «

   На крышке Сундука застыло выражение мрачной решимости. Вообще, ему немногое было нужно от этого мира — если не считать полного уничтожения всех других форм жизни.

   На крышке Сундука застыло выражение мрачной решимости. Вообще, ему немногое было нужно от этого мира — если не считать полного уничтожения всех других форм жизни.

   — Терри Пратчетт · книга
5. «

   В путешествиях при помощи магии всегда есть серьезные изъяны. <…> Дело даже не в том, что вы можете оказаться где угодно. «Где угодно» описывает весьма ограниченный диапазон возможностей по сравнению с истинным изобилием мест, куда способна перенести вас магия.

   В путешествиях при помощи магии всегда есть серьезные изъяны. <…> Дело даже не в том, что вы можете оказаться где угодно. «Где угодно» описывает весьма ограниченный диапазон возможностей по сравнению с истинным изобилием мест, куда способна перенести вас магия.

   — Терри Пратчетт · книга
6. «

   — А кто такой философ? — Тот, у кого хватило ума подыскать себе непыльную работенку, не связанную с подъемом тяжестей.

   — А кто такой философ? — Тот, у кого хватило ума подыскать себе непыльную работенку, не связанную с подъемом тяжестей.

   — Терри Пратчетт · книга
7. «

   Эта соблазнительная теория пришла в голову Виглету и Вадди, и, да, даже в не сильно тренированную голову Фреда Колона, и, насколько Ваймс смог понять, это было примерно так:

   Эта соблазнительная теория пришла в голову Виглету и Вадди, и, да, даже в не сильно тренированную голову Фреда Колона, и, насколько Ваймс смог понять, это было примерно так:

   — Терри Пратчетт · книга
8. «

   — Но, может, нам еще удастся увидеться до моего отъезда? — Я буду мыть голову, — холодно процедила Маграт. — Когда? — Всегда!

   — Но, может, нам еще удастся увидеться до моего отъезда? — Я буду мыть голову, — холодно процедила Маграт. — Когда? — Всегда!

   — Терри Пратчетт · книга
9. «

   Следующим служащим, просыпавшимся после Чудакулли и библиотекаря, был казначей, однако вовсе не потому, что казначей любил вставать рано, а потому, что к десяти часам весьма ограниченный запас терпения аркканцлера иссякал, Наверн Чудакулли вставал на нижней площадке лестницы и начинал орать: — Казначей!!! …Пока казначей не появлялся.

   Следующим служащим, просыпавшимся после Чудакулли и библиотекаря, был казначей, однако вовсе не потому, что казначей любил вставать рано, а потому, что к десяти часам весьма ограниченный запас терпения аркканцлера иссякал, Наверн Чудакулли вставал на нижней площадке лестницы и начинал орать: — Казначей!!! …Пока казначей не появлялся.

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    — Ха! Полкоролевства, — пробормотал патриций. — И рука вашей дочери в придачу, — закончил Воунз. — Насколько я понимаю, тетушка здесь не подойдет? — с надеждой в голосе спросил патриций. — Традиция настаивает на кандидатуре дочери, ваша милость.

    — Ха! Полкоролевства, — пробормотал патриций. — И рука вашей дочери в придачу, — закончил Воунз. — Насколько я понимаю, тетушка здесь не подойдет? — с надеждой в голосе спросил патриций. — Традиция настаивает на кандидатуре дочери, ваша милость.

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    Ноу Йоу всегда слушал внимательно. Так внимательно, что совершенно выбивал учителей из колеи: у них неизменно возникало подозрение, будто он хочет их на чем-то подловить.

    Ноу Йоу всегда слушал внимательно. Так внимательно, что совершенно выбивал учителей из колеи: у них неизменно возникало подозрение, будто он хочет их на чем-то подловить.

    — Терри Пратчетт · книга
12. «

    Никогда не доверяйте существам, которые постоянно презрительно усмехаются. За этим всегда что-то стоит.

    Никогда не доверяйте существам, которые постоянно презрительно усмехаются. За этим всегда что-то стоит.

    — Терри Пратчетт · книга
13. «

    — Ну, мне пора, — сказала Сьюзен. — Ровно в полночь госпожа Ноно проверяет спальни. — И сколько в школе спален? — поинтересовался ворон. — Около тридцати. — И ты веришь, что она проверяет все спальни ровно в полночь, но не веришь в Зубную Фею и Санта-Хрякуса?

    — Ну, мне пора, — сказала Сьюзен. — Ровно в полночь госпожа Ноно проверяет спальни. — И сколько в школе спален? — поинтересовался ворон. — Около тридцати. — И ты веришь, что она проверяет все спальни ровно в полночь, но не веришь в Зубную Фею и Санта-Хрякуса?

    — Терри Пратчетт · книга
14. «

    — Да, ваша милость. Я, э-э, обо всём позабочусь, то есть постараюсь позаботиться, я хочу сказать, попробую приглядеть за ним и прослежу, чтобы он не попал в беду. После чего мне можно будет наниматься жонглировать снежками в преисподней. Думаю, у меня получится, — горько проговорил он внутри своего черепа.

    — Да, ваша милость. Я, э-э, обо всём позабочусь, то есть постараюсь позаботиться, я хочу сказать, попробую приглядеть за ним и прослежу, чтобы он не попал в беду. После чего мне можно будет наниматься жонглировать снежками в преисподней. Думаю, у меня получится, — горько проговорил он внутри своего черепа.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    В наши дни все коты и кошки – шрёдингеровские. Стоит только это признать, и все становится на свои места.

    В наши дни все коты и кошки – шрёдингеровские. Стоит только это признать, и все становится на свои места.

    — Терри Пратчетт · книга
16. «

    Улицы были заполнены искателями сокровищ, у каждого в руке по лопате. Если дракон действительно устроил себе постель где-то в городе, то завтра ему придется спать на полу.

    Улицы были заполнены искателями сокровищ, у каждого в руке по лопате. Если дракон действительно устроил себе постель где-то в городе, то завтра ему придется спать на полу.

    — Терри Пратчетт · книга
17. «

    Ночь не была темной и ненастной. Должна была быть, но чего вы хотите от погоды? На каждого ученого маньяка, который радуется грозе, удачно случившейся как раз в ту ночь, когда Труд Всей Его Жизни закончен и выложен на операционный стол, приходятся десятки тех, кто в унынии смотрит, как в мирном свете звезд ассистент, которого, как правило, зовут Игор, рассчитывает сверхурочные.

    Ночь не была темной и ненастной. Должна была быть, но чего вы хотите от погоды? На каждого ученого маньяка, который радуется грозе, удачно случившейся как раз в ту ночь, когда Труд Всей Его Жизни закончен и выложен на операционный стол, приходятся десятки тех, кто в унынии смотрит, как в мирном свете звезд ассистент, которого, как правило, зовут Игор, рассчитывает сверхурочные.

    — Терри Пратчетт · книга
18. «

    В народных приметах он ориентировался с известным трудом, но был почти уверен, что если коровы ложатся – это к дождю. Если они встают, то, возможно, будет ясно. А те коровы, на которых он смотрел сейчас, крутили сальто, медленно и торжественно взмывая в воздух. Интересно, что это предвещает в смысле погоды, подумал Тайлер.

    В народных приметах он ориентировался с известным трудом, но был почти уверен, что если коровы ложатся – это к дождю. Если они встают, то, возможно, будет ясно. А те коровы, на которых он смотрел сейчас, крутили сальто, медленно и торжественно взмывая в воздух. Интересно, что это предвещает в смысле погоды, подумал Тайлер.

    — Терри Пратчетт · книга
19. «

    – Может, нам все-таки удастся создать маленькое облачко или еще что навроде? – Нельзя! Это жульничество. – Но ты-то всегда жульничаешь. – Я жульничаю за себя. А за других людей жульничать нельзя.

    – Может, нам все-таки удастся создать маленькое облачко или еще что навроде? – Нельзя! Это жульничество. – Но ты-то всегда жульничаешь. – Я жульничаю за себя. А за других людей жульничать нельзя.

    — Терри Пратчетт · книга
20. «

    — Иногда он приносит гитару и заставляет петь что-нибудь типа «Улицы Анк-Морпорка» или «Мы всё преодолеем». Это кошмар. — Не умеет петь, да? — Петь-то ещё ладно. Ты когда-нибудь видел, как зомби играет на гитаре? Приходится потом собирать его пальцы по всей комнате. Стыдоба просто.

    — Иногда он приносит гитару и заставляет петь что-нибудь типа «Улицы Анк-Морпорка» или «Мы всё преодолеем». Это кошмар. — Не умеет петь, да? — Петь-то ещё ладно. Ты когда-нибудь видел, как зомби играет на гитаре? Приходится потом собирать его пальцы по всей комнате. Стыдоба просто.

    — Терри Пратчетт · книга