42 цитат Томаса Стернза Элиота, которые цепляют

Томас Стернз Элиот — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 42 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Молодой английский поэт Стивен Спендер в 1937 году спросил у Элиота, каково будущее западной цивилизации. — У западной цивилизации нет никакого будущего, нас ждёт только одно — междоусобица. — Что значит «междоусобица»? — Просто люди будут резать друг друга на улицах.

   Молодой английский поэт Стивен Спендер в 1937 году спросил у Элиота, каково будущее западной цивилизации. — У западной цивилизации нет никакого будущего, нас ждёт только одно — междоусобица. — Что значит «междоусобица»? — Просто люди будут резать друг друга на улицах.
2. «

   Демократия восторжествовала, и теперь быть личностью стало ещё труднее, чем раньше.

   Демократия восторжествовала, и теперь быть личностью стало ещё труднее, чем раньше.
3. «

   Без поэта нет блистательного двора, без поэтов нет великого народа.

   Без поэта нет блистательного двора, без поэтов нет великого народа.
4. «

   Самый тяжкий грех для поэзии — скука.

   Самый тяжкий грех для поэзии — скука.
5. «

   Предположим, вы выглянули в окно и увидели дракона — вы будете этим поражены. Но вот, вы смотрите в окно и видите корову — она на вас не производит никакого впечатления. А между тем, знаем ли мы о коровах больше, чем о драконах?

   Предположим, вы выглянули в окно и увидели дракона — вы будете этим поражены. Но вот, вы смотрите в окно и видите корову — она на вас не производит никакого впечатления. А между тем, знаем ли мы о коровах больше, чем о драконах?
6. «

   У меня часто возникают очень глубокие сомнения по поводу моей ценности как поэта, но я успокаиваю себя напоминанием, что у меня часто бывают сомнения по поводу других поэтов, и что, в конце концов, всё это не имеет значения, и никто из нас никогда не узнает Истину.

   У меня часто возникают очень глубокие сомнения по поводу моей ценности как поэта, но я успокаиваю себя напоминанием, что у меня часто бывают сомнения по поводу других поэтов, и что, в конце концов, всё это не имеет значения, и никто из нас никогда не узнает Истину.
7. «

   Я жизнь свою по чайной ложке отмеряю.

   Я жизнь свою по чайной ложке отмеряю.

   — Альфред Пруфрок · книга
8. «

   Счастлив тот, кто в нужную минуту повстречал подходящего друга. Счастлив и тот, кому в нужную минуту повстречался подходящий враг. Я не одобряю уничтожения врагов: политика уничтожения или, как варварски выражаются, ликвидации врагов — одно из наиболее тревожащих нас порождений современной войны и мира.

   Счастлив тот, кто в нужную минуту повстречал подходящего друга. Счастлив и тот, кому в нужную минуту повстречался подходящий враг. Я не одобряю уничтожения врагов: политика уничтожения или, как варварски выражаются, ликвидации врагов — одно из наиболее тревожащих нас порождений современной войны и мира.
9. «

   Нобелевская премия – это свидетельство о смерти. Никто не совершил ничего после ее получения.

   Нобелевская премия – это свидетельство о смерти. Никто не совершил ничего после ее получения.
10. «

    Если христианство погибнет, вместе с ним погибнет вся наша культура. И придется начинать всё сначала, медленно и болезненно, и новая культура из ниоткуда не появится. Нужно подождать, пока прорастет трава, потом скормить её овцам, потом состричь шерсть, а уж затем вязать себе кофту. Нас ждут долгие века варварства. Скорее всего, мы не доживем до расцвета новой культуры, как и наши прапрапраправнуки — а если и доживем, вряд ли кому-либо из нас это принесет счастье.

    Если христианство погибнет, вместе с ним погибнет вся наша культура. И придется начинать всё сначала, медленно и болезненно, и новая культура из ниоткуда не появится. Нужно подождать, пока прорастет трава, потом скормить её овцам, потом состричь шерсть, а уж затем вязать себе кофту. Нас ждут долгие века варварства. Скорее всего, мы не доживем до расцвета новой культуры, как и наши прапрапраправнуки — а если и доживем, вряд ли кому-либо из нас это принесет счастье.
11. «

    Губы, данные нам для поцелуя, Шепчут молитвы битым камням.

    Губы, данные нам для поцелуя, Шепчут молитвы битым камням.
12. «

    Нет! Я не Гамлет и не мог им стать; Я из друзей и слуг его, я тот, Кто репликой интригу подтолкнёт, Подаст совет, повсюду тут как тут, Услужливый, почтительный придворный, Благонамеренный, витиеватый, Напыщенный, немного туповатый, По временам, пожалуй, смехотворный - По временам, пожалуй, шут.

    Нет! Я не Гамлет и не мог им стать; Я из друзей и слуг его, я тот, Кто репликой интригу подтолкнёт, Подаст совет, повсюду тут как тут, Услужливый, почтительный придворный, Благонамеренный, витиеватый, Напыщенный, немного туповатый, По временам, пожалуй, смехотворный - По временам, пожалуй, шут.
13. «

    Где ад? Ад — это ты, единственный на свете, другие в нём лишь вымысел. И некуда бежать. И неоткуда тоже. Есть только ты один.

    Где ад? Ад — это ты, единственный на свете, другие в нём лишь вымысел. И некуда бежать. И неоткуда тоже. Есть только ты один.
14. «

    И вот какими в старости дарами Венчается наш ежедневный труд. Во-первых, холод вянущего чувства, Разочарованность и беспросветность, Оскомина от мнимого плода Пред отпадением души от тела. Затем бессильное негодованье При виде человеческих пороков И безнадежная ненужность смеха. И, в-третьих, повторенье через силу Себя и дел своих, и запоздалый Позор открывшихся причин; сознанье, Что сделанное дурно и во вред Ты сам когда-то почитал за доблесть.

    И вот какими в старости дарами Венчается наш ежедневный труд. Во-первых, холод вянущего чувства, Разочарованность и беспросветность, Оскомина от мнимого плода Пред отпадением души от тела. Затем бессильное негодованье При виде человеческих пороков И безнадежная ненужность смеха. И, в-третьих, повторенье через силу Себя и дел своих, и запоздалый Позор открывшихся причин; сознанье, Что сделанное дурно и во вред Ты сам когда-то почитал за доблесть.
15. «

    Вот он пред ней — прыщавый клерк, плебей, Его бравада, мне по крайней мере, Напоминает шёлковый цилиндр На брэдфордском миллионере. Труба зовёт его, окончен ужин, Она устала и утомлена, Он к ласкам переходит, весь напружен, Как будто бы не против и она. Он пальцами влезает прямо в это, Но там все безразлично, словно вата, Его ж возня не требует ответа - И не беда, что плоть холодновата. <...> Венчает всё холодный поцелуй - И он по тёмной лестнице уходит... Уже едва ли думая о нём, Она глядится в зеркало немного, И мысль к ней приходит об одном: «Всё кончилось. И ладно. Слава Богу». Когда девица во грехе падёт И в комнату свою одна вернётся - Рукою по прическе проведёт И модною пластинкою займётся.

    Вот он пред ней — прыщавый клерк, плебей, Его бравада, мне по крайней мере, Напоминает шёлковый цилиндр На брэдфордском миллионере. Труба зовёт его, окончен ужин, Она устала и утомлена, Он к ласкам переходит, весь напружен, Как будто бы не против и она. Он пальцами влезает прямо в это, Но там все безразлично, словно вата, Его ж возня не требует ответа - И не беда, что плоть холодновата. <...> Венчает всё холодный поцелуй - И он по тёмной лестнице уходит... Уже едва ли думая о нём, Она глядится в зеркало немного, И мысль к ней приходит об одном: «Всё кончилось. И ладно. Слава Богу». Когда девица во грехе падёт И в комнату свою одна вернётся - Рукою по прическе проведёт И модною пластинкою займётся.
16. «

    Не знаю, бывают ли совсем безвредные книги, но не сомневаюсь: есть книги настолько бессмысленные, что причинить вред они просто не в состоянии.

    Не знаю, бывают ли совсем безвредные книги, но не сомневаюсь: есть книги настолько бессмысленные, что причинить вред они просто не в состоянии.
17. «

    То, что мы переживаем как читатели, никогда в точности не совпадает с переживаниями самого поэта.

    То, что мы переживаем как читатели, никогда в точности не совпадает с переживаниями самого поэта.
18. «

    Надо помнить, что стихи пишутся не для того лишь, чтобы служить предметом беседы.

    Надо помнить, что стихи пишутся не для того лишь, чтобы служить предметом беседы.
19. «

    Ад — это место, где ничто ни с чем не связано.

    Ад — это место, где ничто ни с чем не связано.
20. «

    К месту последней встречи Влачимся вместе, Страшимся речи На берегу полноводной реки.

    К месту последней встречи Влачимся вместе, Страшимся речи На берегу полноводной реки.