26 известных цитат Уильяма Берроуза

Подборка из 26 цитат Уильяма Берроуза: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Тетушка Мария целый день ест конфеты, читает любовные романы и гадает по картам, липким и испачканным в шоколаде. От нее исходит тяжелый сладкий дух. Печальный и неумолимый, он изливается из нее, словно пена. Vecinos боятся этой сладости, которую они с фатализмом относят к разряду стихийных бедствий вроде землетрясения и вулканов. Они называют это «Сахар Марии». В один прекрасный день он может растечься и превратить город в торт.

   Тетушка Мария целый день ест конфеты, читает любовные романы и гадает по картам, липким и испачканным в шоколаде. От нее исходит тяжелый сладкий дух. Печальный и неумолимый, он изливается из нее, словно пена. Vecinos боятся этой сладости, которую они с фатализмом относят к разряду стихийных бедствий вроде землетрясения и вулканов. Они называют это «Сахар Марии». В один прекрасный день он может растечься и превратить город в торт.

   — Дикие мальчики · книга
2. «

   Когда перестаёшь расти, начинаешь умирать.

   Когда перестаёшь расти, начинаешь умирать.

   — Джанки · книга
3. «

   — Даже в нашем неидеальном обществе есть люди, — продолжает Фил, — которые могут служить прототипом будущих артистических граждан. Чем больше появится таких деятелей искусства, тем скорее реализуется идеальное мироустройство. — А первый шаг к идеальному обществу — это Атлантическая хартия? — перебивает Барбара. — Что-то не похожи Рузвельт и Черчилль на деятелей искусства. — Про Рузвельта и Черчилля ничего не могу сказать, — кривится Фил, — скорее всего их задача — выполнить грязную работу, необходимую для прогресса.

   — Даже в нашем неидеальном обществе есть люди, — продолжает Фил, — которые могут служить прототипом будущих артистических граждан. Чем больше появится таких деятелей искусства, тем скорее реализуется идеальное мироустройство. — А первый шаг к идеальному обществу — это Атлантическая хартия? — перебивает Барбара. — Что-то не похожи Рузвельт и Черчилль на деятелей искусства. — Про Рузвельта и Черчилля ничего не могу сказать, — кривится Фил, — скорее всего их задача — выполнить грязную работу, необходимую для прогресса.

   — Джек Керуак · книга
4. «

   Когда не знаешь, что делать — не делай ничего.

   Когда не знаешь, что делать — не делай ничего.

   — Билл · книга
5. «

   Он сказал, что после Деннисона они пошли к Эмпайр стейт билдинг. — Почему Эмпайр стейт билдинг? — удивился я. — Кажется, мы хотели спрыгнуть оттуда, — ответил он, — точно не помню. — Ничего себе.

   Он сказал, что после Деннисона они пошли к Эмпайр стейт билдинг. — Почему Эмпайр стейт билдинг? — удивился я. — Кажется, мы хотели спрыгнуть оттуда, — ответил он, — точно не помню. — Ничего себе.

   — Джек Керуак · книга
6. «

   Как и многие бездельники, он терпеть не может, если кто-то покушается на его время. Близких друзей у него нет. Точно назначать встречи он не любит. Ему не нравится чувствовать, что кто-то от него чего-то ожидает. Ему хочется жить вообще без всякого давления извне — насколько это возможно.

   Как и многие бездельники, он терпеть не может, если кто-то покушается на его время. Близких друзей у него нет. Точно назначать встречи он не любит. Ему не нравится чувствовать, что кто-то от него чего-то ожидает. Ему хочется жить вообще без всякого давления извне — насколько это возможно.

   — Пидор · книга
7. «

   Одного взгляда на Землю инопланетянину будет достаточно, чтобы сказать: «Позовите менеджера».

   Одного взгляда на Землю инопланетянину будет достаточно, чтобы сказать: «Позовите менеджера».
8. «

   Филип Туриан — семнадцатилетний юноша, сын турка и американки. Может выбирать из нескольких имен, но предпочитает зваться Туриан, хотя по отцу он Роджерс. Черные кудри, падающие на лоб, белоснежная кожа, зеленые глаза. Остальные еще не успели войти, а мальчишка уже развалился в самом удобном кресле, перекинув ногу через подлокотник. Туриан из тех, кому литературные педики посвящают сонеты.

   Филип Туриан — семнадцатилетний юноша, сын турка и американки. Может выбирать из нескольких имен, но предпочитает зваться Туриан, хотя по отцу он Роджерс. Черные кудри, падающие на лоб, белоснежная кожа, зеленые глаза. Остальные еще не успели войти, а мальчишка уже развалился в самом удобном кресле, перекинув ногу через подлокотник. Туриан из тех, кому литературные педики посвящают сонеты.

   — Джек Керуак · книга
9. «

   Типичная современная пуританка, она была способна поверить в грех, не веря в Бога. Вера казалась ей чем-то постыдным, проявлением слабости.

   Типичная современная пуританка, она была способна поверить в грех, не веря в Бога. Вера казалась ей чем-то постыдным, проявлением слабости.

   — Джек Керуак · книга
10. «

    Прошлой ночью проснулся от того, что кто-то сжал мою руку. Оказалось, это моя другая рука!

    Прошлой ночью проснулся от того, что кто-то сжал мою руку. Оказалось, это моя другая рука!

    — Голый завтрак · книга
11. «

    Надежда. Шанс. Шанс потерян. Надежда умирает. Крик, преследующий единственного, кто способен его услышать, но находящегося слишком далеко, чтобы слышать, болезненная, мучительная печаль. Это скорбь без свидетелей. «Ты последний. Последний человек кричит». Это древний крик. Немногие способны его услышать. Крик, причиняющий сильную боль. Был шанс, что свершится чудо. Шанс потерян. Неверный поворот. Неверное время. Слишком рано. Слишком поздно. Пробудить выдохшуюся магию — рисковать ужасной ценой поражения. Знать, что шанс потерян, потому что ты проиграл. Эта скорбь способна убить.

    Надежда. Шанс. Шанс потерян. Надежда умирает. Крик, преследующий единственного, кто способен его услышать, но находящегося слишком далеко, чтобы слышать, болезненная, мучительная печаль. Это скорбь без свидетелей. «Ты последний. Последний человек кричит». Это древний крик. Немногие способны его услышать. Крик, причиняющий сильную боль. Был шанс, что свершится чудо. Шанс потерян. Неверный поворот. Неверное время. Слишком рано. Слишком поздно. Пробудить выдохшуюся магию — рисковать ужасной ценой поражения. Знать, что шанс потерян, потому что ты проиграл. Эта скорбь способна убить.

    — Кот внутри · книга
12. «

    Мур улыбнулся своему отражению во внутреннем зеркале — улыбкой без тени тепла, но не холодной: бессмысленной улыбкой сенильного тлена, которой впору только вставные зубы, улыбкой состарившегося человека, необратимо поглупевшего в одиночном заточении исключительной любви к самому себе.

    Мур улыбнулся своему отражению во внутреннем зеркале — улыбкой без тени тепла, но не холодной: бессмысленной улыбкой сенильного тлена, которой впору только вставные зубы, улыбкой состарившегося человека, необратимо поглупевшего в одиночном заточении исключительной любви к самому себе.

    — Пидор · книга
13. «

    Параноик — это тот, кто немного разбирается в том, что происходит вокруг, а псих — это тот, кто только что окончательно во всем разобрался.

    Параноик — это тот, кто немного разбирается в том, что происходит вокруг, а псих — это тот, кто только что окончательно во всем разобрался.
14. «

    У смерти есть запах. Я имею в виду, что у неё – особенный запах, заглушающий запахи цианида, падали, крови, пороха и паленого мяса. Это как опиум. Однажды понюхал – никогда не забудешь. Я могу, гуляя по улице, почувствовать запах опиумного дыма и понять, что кто-то рядом отдает концы.

    У смерти есть запах. Я имею в виду, что у неё – особенный запах, заглушающий запахи цианида, падали, крови, пороха и паленого мяса. Это как опиум. Однажды понюхал – никогда не забудешь. Я могу, гуляя по улице, почувствовать запах опиумного дыма и понять, что кто-то рядом отдает концы.

    — Города красной ночи · книга
15. «

    ... красотой называют то, что вовсе ей не является. Большинство людей совсем не красивы, а если все-таки красивы, то быстро теряют красоту... Элегантность, грация, нежность, обаяние и отсутствие самоуверенности: существо, знающее, что оно красиво, красоту теряет... Миниатюрность: леопард слишком большой и слишком опасный, чтобы быть красивым... Невинность и доверчивость.

    ... красотой называют то, что вовсе ей не является. Большинство людей совсем не красивы, а если все-таки красивы, то быстро теряют красоту... Элегантность, грация, нежность, обаяние и отсутствие самоуверенности: существо, знающее, что оно красиво, красоту теряет... Миниатюрность: леопард слишком большой и слишком опасный, чтобы быть красивым... Невинность и доверчивость.

    — Кот внутри · книга
16. «

    Для человека, который на каждом своём шагу возводит сам для себя искусственные преграды, нет иного пути, кроме постепенной деградации.

    Для человека, который на каждом своём шагу возводит сам для себя искусственные преграды, нет иного пути, кроме постепенной деградации.

    — Джанки · книга
17. «

    В глубокой печали нет места сентиментальности. Она окончательна, как и сами горы, как констатация факта. Она просто есть. Осознав это, ты утрачиваешь способность жаловаться.

    В глубокой печали нет места сентиментальности. Она окончательна, как и сами горы, как констатация факта. Она просто есть. Осознав это, ты утрачиваешь способность жаловаться.

    — Джанки · книга
18. «

    ... я мог бы уничтожить себя, покончить с существованием, не предлагавшим, казалось, ничего, кроме нелепых страданий и унижения.

    ... я мог бы уничтожить себя, покончить с существованием, не предлагавшим, казалось, ничего, кроме нелепых страданий и унижения.

    — Пидор · книга
19. «

    Смерть — всегда твоя смерть.

    Смерть — всегда твоя смерть.

    — Порт святых · книга
20. «

    Каждый совершает жизненный круг, в артистическом смысле, посредством искусства, и это его личный творческий вклад в дело всего общества.

    Каждый совершает жизненный круг, в артистическом смысле, посредством искусства, и это его личный творческий вклад в дело всего общества.

    — Джек Керуак · книга