152 цитаты, которые говорил Уильям Фолкнер

Ниже 152 цитаты Уильяма Фолкнера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я иногда задумываюсь, кто имеет право решать, нормальный человек или ненормальный. Иногда мне кажется, что нет между нами совсем нормального и совсем ненормального, и кто он есть – мы договариваемся и решаем. Выходит, не то важно, что человек делает, а то, как большинство людей посмотрит на его дела.

   Я иногда задумываюсь, кто имеет право решать, нормальный человек или ненормальный. Иногда мне кажется, что нет между нами совсем нормального и совсем ненормального, и кто он есть – мы договариваемся и решаем. Выходит, не то важно, что человек делает, а то, как большинство людей посмотрит на его дела.

   — Когда я умирала · книга
2. «

   Не было женской нерешительности, не было стыдливости, скрывающей желание и намерение в конце концов уступить. Казалось, что он боролся с мужчиной, за предмет, не представляющий для обоих никакой ценности, боролся только из принципа.

   Не было женской нерешительности, не было стыдливости, скрывающей желание и намерение в конце концов уступить. Казалось, что он боролся с мужчиной, за предмет, не представляющий для обоих никакой ценности, боролся только из принципа.

   — Свет в августе · книга
3. «

   Цель любого художника – с помощью искусства остановить движение, которое есть жизнь, и сохранить его так, чтобы через сто лет оно возобновилось под взглядом незнакомца.

   Цель любого художника – с помощью искусства остановить движение, которое есть жизнь, и сохранить его так, чтобы через сто лет оно возобновилось под взглядом незнакомца.
4. «

   … Гарисс, со своими двумя «с», умер в кресле новоорлеанской парикмахерской от обычного профессионального заболевания тридцать восьмого калибра.

   … Гарисс, со своими двумя «с», умер в кресле новоорлеанской парикмахерской от обычного профессионального заболевания тридцать восьмого калибра.

   — Особняк · книга
5. «

   Помню, в молодости я думал, что смерть — явление телесное; теперь я знаю, что она всего лишь функция сознания — сознания тех, кто переживает утрату. Нигилисты говорят, что она — конец; ретивые протестанты — что начало; на самом деле она не больше, чем выезд одного жильца или семьи из города или дома.

   Помню, в молодости я думал, что смерть — явление телесное; теперь я знаю, что она всего лишь функция сознания — сознания тех, кто переживает утрату. Нигилисты говорят, что она — конец; ретивые протестанты — что начало; на самом деле она не больше, чем выезд одного жильца или семьи из города или дома.

   — Когда я умирала · книга
6. «

   ... ecли выбирать между горем и ничем, то я выбираю горе.

   ... ecли выбирать между горем и ничем, то я выбираю горе.

   — Дикие пальмы · книга
7. «

   Смысл жизни — приготовиться к тому, чтобы долго быть мёртвым.

   Смысл жизни — приготовиться к тому, чтобы долго быть мёртвым.

   — Когда я умирала · книга
8. «

   … Люди, в общем, всюду одинаковы, но, видно, в маленьком городке, где зло осуществить труднее, где возможностей скрытничать меньше, люди зато могут придумать больше зла — приписав его другому.

   … Люди, в общем, всюду одинаковы, но, видно, в маленьком городке, где зло осуществить труднее, где возможностей скрытничать меньше, люди зато могут придумать больше зла — приписав его другому.

   — Свет в августе · книга
9. «

   Научился он смирению, именно такому смирению, которое одно только чего-нибудь да стоит: смирению признаться себе, что ты многого еще не понимаешь, не знаешь, но ежели у тебя хватит терпения смиренно и долго ко всему присматриваться, особенно если при этом еще оглядываться на свой путь, так ты все узнаешь.

   Научился он смирению, именно такому смирению, которое одно только чего-нибудь да стоит: смирению признаться себе, что ты многого еще не понимаешь, не знаешь, но ежели у тебя хватит терпения смиренно и долго ко всему присматриваться, особенно если при этом еще оглядываться на свой путь, так ты все узнаешь.

   — Рэтлиф · книга
10. «

    Она зажгла свет, разделась, взяла в постель книгу и снова решительно подавила свои мысли — так человек держит под водою щенка, пока тот не перестанет биться.

    Она зажгла свет, разделась, взяла в постель книгу и снова решительно подавила свои мысли — так человек держит под водою щенка, пока тот не перестанет биться.

    — Сарторис · книга
11. «

    Человек — сумма того и сего. Задачка на смешанные дроби с грязью, длинно и нудно сводимая к жизненному нулю — тупику страсти и праха.

    Человек — сумма того и сего. Задачка на смешанные дроби с грязью, длинно и нудно сводимая к жизненному нулю — тупику страсти и праха.

    — Шум и ярость · книга
12. «

    Нелегко осознать, что любовь ли, горесть — лишь бумажки, боны, наобум приобретенные, и срок им истечет — хочешь не хочешь, — и их аннулируют без всякого предупреждения, заменят тебя другим каким-нибудь наличным выпуском божьего займа.

    Нелегко осознать, что любовь ли, горесть — лишь бумажки, боны, наобум приобретенные, и срок им истечет — хочешь не хочешь, — и их аннулируют без всякого предупреждения, заменят тебя другим каким-нибудь наличным выпуском божьего займа.

    — Шум и ярость · книга
13. «

    Говорят, что любовь между двумя людьми умирает сама по себе. Это неверно. Она не умирает. Она просто покидает их, если они недостаточно хороши, недостойны её.

    Говорят, что любовь между двумя людьми умирает сама по себе. Это неверно. Она не умирает. Она просто покидает их, если они недостаточно хороши, недостойны её.

    — Уилбурн · книга
14. «

    … Любопытство — это такая возлюбленная, ради которой её рабы пойдут на любую жертву.

    … Любопытство — это такая возлюбленная, ради которой её рабы пойдут на любую жертву.

    — Особняк · книга
15. «

    И тут я понял, что нет человека храбрее, чем такой вот скромник и тихоня, если он вдруг решит, что его моральные устои и принципы требуют, чтобы он пошел на такие поступки, на какие он никогда в жизни не решился бы лично для себя, ради собственного интереса.

    И тут я понял, что нет человека храбрее, чем такой вот скромник и тихоня, если он вдруг решит, что его моральные устои и принципы требуют, чтобы он пошел на такие поступки, на какие он никогда в жизни не решился бы лично для себя, ради собственного интереса.

    — Рэтлиф · книга
16. «

    У Кларенса была одна хорошая черта — он никогда никого не подводил. Не получалось: каждому, кто с ним сталкивался, заранее было известно, что он сукин сын...

    У Кларенса была одна хорошая черта — он никогда никого не подводил. Не получалось: каждому, кто с ним сталкивался, заранее было известно, что он сукин сын...

    — Особняк · книга
17. «

    Что у тебя есть, то тебе дал Господь, даже если послал через дьявола; будет Его воля, Он и заберет, без твоей помощи.

    Что у тебя есть, то тебе дал Господь, даже если послал через дьявола; будет Его воля, Он и заберет, без твоей помощи.

    — Мозли · книга
18. «

    … Всё это было в том возрасте, когда клятвы в вечной верности испаряются быстрее, чем дыхание.

    … Всё это было в том возрасте, когда клятвы в вечной верности испаряются быстрее, чем дыхание.

    — Особняк · книга
19. «

    Женщине, чтобы другую бранить, причин не требуется.

    Женщине, чтобы другую бранить, причин не требуется.

    — Свет в августе · книга
20. «

    … Самый простой способ заставить девять человек из десяти делать по-вашему — это доверять им.

    … Самый простой способ заставить девять человек из десяти делать по-вашему — это доверять им.

    — Особняк · книга