38 цитат Уильяма Фолкнера о смысле жизни

Ниже 38 цитат Уильяма Фолкнера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Богатство — ничто перед лицом Господа, потому что Он видит сердце.

   Богатство — ничто перед лицом Господа, потому что Он видит сердце.

   — Кэт · книга
2. «

   Человеческий характер — это единственная тема, которая не устаревает.

   Человеческий характер — это единственная тема, которая не устаревает.
3. «

   Грех, любовь, страх — просто звуки, которыми люди, никогда не грешившие, не любившие, не страшившиеся, обозначают то, чего они никогда не знали и не смогут узнать, пока не забудут слова.

   Грех, любовь, страх — просто звуки, которыми люди, никогда не грешившие, не любившие, не страшившиеся, обозначают то, чего они никогда не знали и не смогут узнать, пока не забудут слова.

   — Когда я умирала · книга
4. «

   Это свободная страна. Всем на всех наплевать.

   Это свободная страна. Всем на всех наплевать.

   — Особняк · книга
5. «

   Любят не за достоинства, а вопреки недостаткам.

   Любят не за достоинства, а вопреки недостаткам.
6. «

   Женщинам не надо никаких оснований на том основании, что они ни о каких основаниях и не знают и действуют без всяких оснований, просто как им хочется, а с этим ни один человек ничего поделать не может, поэтому только дурак станет вмешиваться в их дела.

   Женщинам не надо никаких оснований на том основании, что они ни о каких основаниях и не знают и действуют без всяких оснований, просто как им хочется, а с этим ни один человек ничего поделать не может, поэтому только дурак станет вмешиваться в их дела.

   — Особняк · книга
7. «

   Нужно, ещё не видя зла, быть готовым дать ему отпор, сказать «нет»; нужно сказать «нет», ещё даже не зная, что это такое.

   Нужно, ещё не видя зла, быть готовым дать ему отпор, сказать «нет»; нужно сказать «нет», ещё даже не зная, что это такое.
8. «

   Не тогда безнадёжность, когда поймёшь, что помочь не может никто — ни религия, ни гордость, ничто, — а вот когда ты осознаёшь, что и не хочешь ниоткуда помощи.

   Не тогда безнадёжность, когда поймёшь, что помочь не может никто — ни религия, ни гордость, ничто, — а вот когда ты осознаёшь, что и не хочешь ниоткуда помощи.

   — Шум и ярость · книга
9. «

   У художника нет времени слушать критиков. Тот, кто стремится быть писателем, читает рецензии, а у того, кто стремится творить литературу, на чтение рецензий нет времени.

   У художника нет времени слушать критиков. Тот, кто стремится быть писателем, читает рецензии, а у того, кто стремится творить литературу, на чтение рецензий нет времени.
10. «

    Часы — убийцы времени. Отщёлкиваемое колёсиками время мертво и оживает, лишь когда часы остановились.

    Часы — убийцы времени. Отщёлкиваемое колёсиками время мертво и оживает, лишь когда часы остановились.

    — Шум и ярость · книга
11. «

    Так уж устроены женщины. Им не свойственно, как нам, вникать в характеры людей. От рождения в мозгу у них посев готовых подозрений, плодоносящих то и дело. И они обычно не ошибаются, ибо на прегрешение и зло у них чутье, способность восполнять недостающие злу звенья. Готовя мозг для урожаев зла, инстинктивно, как спящий в одеяло, они кутаются в это действительное или придуманное ими, пока оно не сослужит свою службу.

    Так уж устроены женщины. Им не свойственно, как нам, вникать в характеры людей. От рождения в мозгу у них посев готовых подозрений, плодоносящих то и дело. И они обычно не ошибаются, ибо на прегрешение и зло у них чутье, способность восполнять недостающие злу звенья. Готовя мозг для урожаев зла, инстинктивно, как спящий в одеяло, они кутаются в это действительное или придуманное ими, пока оно не сослужит свою службу.

    — Шум и ярость · книга
12. «

    Самая суть зла в действии, а добро — это отсутствие действия.

    Самая суть зла в действии, а добро — это отсутствие действия.
13. «

    … Доверяешь не обязательно тому человеку, который никогда не обманул доверия: доверяешь тому, о ком по опыту знаешь, что он отлично понимает, когда выгодно обманывать, а когда невыгодно.

    … Доверяешь не обязательно тому человеку, который никогда не обманул доверия: доверяешь тому, о ком по опыту знаешь, что он отлично понимает, когда выгодно обманывать, а когда невыгодно.

    — Особняк · книга
14. «

    Прошлое не мертво. Оно даже не прошлое.

    Прошлое не мертво. Оно даже не прошлое.
15. «

    Книги, которые я читаю, я читаю уже много лет. Ветхий завет, Диккенса, Флобера, Бальзака, Достоевского, Толстого, Шекспира. Это старые друзья.

    Книги, которые я читаю, я читаю уже много лет. Ветхий завет, Диккенса, Флобера, Бальзака, Достоевского, Толстого, Шекспира. Это старые друзья.

    — Фолкнер · книга
16. «

    … Любопытство — это такая возлюбленная, ради которой её рабы пойдут на любую жертву.

    … Любопытство — это такая возлюбленная, ради которой её рабы пойдут на любую жертву.

    — Особняк · книга
17. «

    Это свободная страна. Люди имеют право писать мне письма, а я имею право не отвечать на них.

    Это свободная страна. Люди имеют право писать мне письма, а я имею право не отвечать на них.
18. «

    Никто, кроме меня, не знал, о чем и как я пишу. Сам я всегда знал: хорошо и точно я написал или нет. Никто другой не смог бы этого сказать. Если я считал, что получилось хорошо, мне было совершенно все равно, кто что мог подумать.

    Никто, кроме меня, не знал, о чем и как я пишу. Сам я всегда знал: хорошо и точно я написал или нет. Никто другой не смог бы этого сказать. Если я считал, что получилось хорошо, мне было совершенно все равно, кто что мог подумать.

    — Фолкнер · книга
19. «

    Тяжелая жизнь у женщин, верно. У некоторых. Моя мама, скажу, умерла на восьмом десятке. Работала каждый день, в дождь и в вёдро, ни дня не хворала с тех пор, как родила последнего — а потом вроде огляделась вокруг, пошла, взяла ночную рубашку с кружевом, сорок пять лет пролежавшую в сундуке и ненадёванную, надела, легла на кровать, натянула одеяло и глаза закрыла. «Вам теперь за отцом ухаживать. — сказала. — Старайтесь. Устала я».

    Тяжелая жизнь у женщин, верно. У некоторых. Моя мама, скажу, умерла на восьмом десятке. Работала каждый день, в дождь и в вёдро, ни дня не хворала с тех пор, как родила последнего — а потом вроде огляделась вокруг, пошла, взяла ночную рубашку с кружевом, сорок пять лет пролежавшую в сундуке и ненадёванную, надела, легла на кровать, натянула одеяло и глаза закрыла. «Вам теперь за отцом ухаживать. — сказала. — Старайтесь. Устала я».

    — Талл · книга
20. «

    Прошлое фактически не существует как некое «было», оно перешло в «есть».

    Прошлое фактически не существует как некое «было», оно перешло в «есть».

    — Шум и ярость · книга