96 цитат Урсулы Ле Гуина: от иронии до философии

Ниже 96 цитат Урсулы Ле Гуина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Конечно, это очень просто — писать для детей. Также просто, как рожать их.

   Конечно, это очень просто — писать для детей. Также просто, как рожать их.
2. «

   Вселенная — это живое существо, верно? Может быть, единство вселенной проявляется в единой душе, и единство каждого существа со многими другими — знак и символ этой единой души? В конце концов, мы все живем в таком доме, который сам себя создал и сам наводит в себе порядок.

   Вселенная — это живое существо, верно? Может быть, единство вселенной проявляется в единой душе, и единство каждого существа со многими другими — знак и символ этой единой души? В конце концов, мы все живем в таком доме, который сам себя создал и сам наводит в себе порядок.

   — Старый Кролик · книга
3. «

   Велика заключенная в тебе сила. Надеюсь, она сильнее твоей гордыни.

   Велика заключенная в тебе сила. Надеюсь, она сильнее твоей гордыни.

   — Огион Молчаливый · книга
4. «

   Любое политическое или научное течение, объявляющее себя голосом здравомыслия, — это игра в бога, а за это надлежит шлепать и ставить в угол.

   Любое политическое или научное течение, объявляющее себя голосом здравомыслия, — это игра в бога, а за это надлежит шлепать и ставить в угол.
5. «

   Огонь и страх хорошие слуги, но плохие хозяева.

   Огонь и страх хорошие слуги, но плохие хозяева.

   — Терем Харт Рём ир Эстравен · книга
6. «

   Самое лучшее работать, когда трудятся не только голова, но и руки.

   Самое лучшее работать, когда трудятся не только голова, но и руки.

   — Говорящий Камень · книга
7. «

   В искусстве сделать «достаточно хорошо» — недостаточно хорошо.

   В искусстве сделать «достаточно хорошо» — недостаточно хорошо.
8. «

   Как говорится у нас в Долине, нет большего удовольствия, чем дарить.

   Как говорится у нас в Долине, нет большего удовольствия, чем дарить.

   — Говорящий Камень · книга
9. «

   Только те, что смертны, способны нести в себе жизнь... Только в смерти — залог возрождения.

   Только те, что смертны, способны нести в себе жизнь... Только в смерти — залог возрождения.

   — Гед · книга
10. «

    Если кому-то и удалось бы вдруг обнаружить чудом уцелевший письменный памятник, датированный той далекой эпохой, что могло измениться? Такой-то король правил тогда-то и тогда-то в Азбахане, Империя некогда обратилась в язычество, на Be однажды рухнул потерявший управление ракетоплан. Находка попросту затерялась бы в круговерти царей, империй, нашествий, среди триллионов душ, обитавших в миллионах давно исчезнувших государств: монархий, демократий, олигархий и анархии, — в веках хаоса и тысячелетиях относительного порядка. Боги громоздились здесь пантеон на пантеон, бесчисленные баталии на миг сменялись мирной жизнью, свершались великие научные открытия, бесследно канувшие затем в Лету, триумфы наследовали кошмарам — словно шла некая беспрерывная репетиция сиюминутного настоящего. Что проку пытаться описать капля за каплей течение полноводной реки? В конце концов, махнув рукой, ты сдашься и скажешь себе: «Вот великая река, она течет здесь испокон веку и имя ей — История».

    Если кому-то и удалось бы вдруг обнаружить чудом уцелевший письменный памятник, датированный той далекой эпохой, что могло измениться? Такой-то король правил тогда-то и тогда-то в Азбахане, Империя некогда обратилась в язычество, на Be однажды рухнул потерявший управление ракетоплан. Находка попросту затерялась бы в круговерти царей, империй, нашествий, среди триллионов душ, обитавших в миллионах давно исчезнувших государств: монархий, демократий, олигархий и анархии, — в веках хаоса и тысячелетиях относительного порядка. Боги громоздились здесь пантеон на пантеон, бесчисленные баталии на миг сменялись мирной жизнью, свершались великие научные открытия, бесследно канувшие затем в Лету, триумфы наследовали кошмарам — словно шла некая беспрерывная репетиция сиюминутного настоящего. Что проку пытаться описать капля за каплей течение полноводной реки? В конце концов, махнув рукой, ты сдашься и скажешь себе: «Вот великая река, она течет здесь испокон веку и имя ей — История».

    — Четыре пути к прощению · книга
11. «

    Хоть я и служу вам, все же я не ваш слуга.

    Хоть я и служу вам, все же я не ваш слуга.

    — Вик · книга
12. «

    Жизнь — это не замкнутое пространство, а вечная дорога; и если что-то оставишь позади, там оно и останется, и отныне будет для тебя как бы потеряно. Повернуть назад ты никогда не сможешь.

    Жизнь — это не замкнутое пространство, а вечная дорога; и если что-то оставишь позади, там оно и останется, и отныне будет для тебя как бы потеряно. Повернуть назад ты никогда не сможешь.

    — Малафрена · книга
13. «

    Зерно лучше всего прорастает в дерьме.

    Зерно лучше всего прорастает в дерьме.
14. «

    Раз ты дал мне слово, я тебя на слове и ловлю.

    Раз ты дал мне слово, я тебя на слове и ловлю.

    — Ведьма · книга
15. «

    Нет правильных ответов на неправильные вопросы.

    Нет правильных ответов на неправильные вопросы.
16. «

    Не только во снах мы сталкиваемся с грядущим лицом к лицу, это часто открывается нам в том, что давно забыто; и часто сказанное кажется нам чепухой, потому что мы не желаем понять истинного значения этих слов.

    Не только во снах мы сталкиваемся с грядущим лицом к лицу, это часто открывается нам в том, что давно забыто; и часто сказанное кажется нам чепухой, потому что мы не желаем понять истинного значения этих слов.

    — Гед · книга
17. «

    Взрослый творческий человек — это ребенок, который выжил.

    Взрослый творческий человек — это ребенок, который выжил.
18. «

    Человеку хотелось бы увидеть цель, к которой он движется, но увидеть ее он не может, пока не повернет назад, пока не вернется к своим истокам, не сохранит память о них в душе своей. Если он не хочет стать щепкой, бессильной в водах несущего ее ручья, то должен сам стать ручьем, стать сильнее влекущего его течения — и пройти путь от истоков дор устья на берегу моря.

    Человеку хотелось бы увидеть цель, к которой он движется, но увидеть ее он не может, пока не повернет назад, пока не вернется к своим истокам, не сохранит память о них в душе своей. Если он не хочет стать щепкой, бессильной в водах несущего ее ручья, то должен сам стать ручьем, стать сильнее влекущего его течения — и пройти путь от истоков дор устья на берегу моря.

    — Волшебник Огион · книга
19. «

    Я не более одинока, чем тот сумасшедший у пруда, который смеется так громко, потому что думает, будто он один.

    Я не более одинока, чем тот сумасшедший у пруда, который смеется так громко, потому что думает, будто он один.
20. «

    Ни один певец не предпочтёт песне молчание.

    Ни один певец не предпочтёт песне молчание.

    — На последнем берегу · книга