Что говорил Вадим Панов: 154 цитаты

Подборка из 154 цитаты Вадима Панова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — У тебя новые запонки, — осуждающе пробубнил князь. Бережливость считалась такой же семейной чертой навов, как и скверный характер. — Вам нравятся? — улыбнулся Сантьяга. — Мне тоже. — Он поднес правую руку к лицу и полюбовался на черные бриллианты. — Тархану Хамзи доставили четыре очень крупных камня. Я не смог устоять. - Иногда мне кажется, что мы напрасно не контролируем твои расходы, – желчно пробурчал повелитель Нави. - Мои новые запонки играют важную роль в обеспечении безопасности Великого Дома Навь, — официальным тоном произнес комиссар. Повелитель Темного Двора оторопел: — Каким же образом? — Мне в них комфортно думается.

   — У тебя новые запонки, — осуждающе пробубнил князь. Бережливость считалась такой же семейной чертой навов, как и скверный характер. — Вам нравятся? — улыбнулся Сантьяга. — Мне тоже. — Он поднес правую руку к лицу и полюбовался на черные бриллианты. — Тархану Хамзи доставили четыре очень крупных камня. Я не смог устоять. - Иногда мне кажется, что мы напрасно не контролируем твои расходы, – желчно пробурчал повелитель Нави. - Мои новые запонки играют важную роль в обеспечении безопасности Великого Дома Навь, — официальным тоном произнес комиссар. Повелитель Темного Двора оторопел: — Каким же образом? — Мне в них комфортно думается.

   — князь Темного Двора · книга
2. «

   Человека, который умеет не только махать кулаками, трудно сбить с пути.

   Человека, который умеет не только махать кулаками, трудно сбить с пути.

   — Стефан · книга
3. «

   Можно считать себя потомком отчаянных людей, храбрых землепроходцев, пешком прошедших через весь континент, но если в твоих глазах похмельная муть, между зубов застрял непережеванный бургер, а все физические усилия ограничиваются нажатием кнопок на телевизионном пульте, то кому какое дело до твоих предков? И традиции превращаются в карнавальные забавы…

   Можно считать себя потомком отчаянных людей, храбрых землепроходцев, пешком прошедших через весь континент, но если в твоих глазах похмельная муть, между зубов застрял непережеванный бургер, а все физические усилия ограничиваются нажатием кнопок на телевизионном пульте, то кому какое дело до твоих предков? И традиции превращаются в карнавальные забавы…

   — Царь горы · книга
4. «

   Ищущие знаний должны протоптать тропинку к ученой скамье.

   Ищущие знаний должны протоптать тропинку к ученой скамье.

   — Поводыри на распутье · книга
5. «

   Что в первую очередь интересует солдата? Правильно развлечения, ибо военная жизнь предельно формализована Уставом и всевозможными инструкциями.

   Что в первую очередь интересует солдата? Правильно развлечения, ибо военная жизнь предельно формализована Уставом и всевозможными инструкциями.

   — Урзак · книга
6. «

   Умный идет до конца.

   Умный идет до конца.

   — Поводыри на распутье · книга
7. «

   Чем проще устроен мозг, тем больше напыщенности ему требуется для существования.

   Чем проще устроен мозг, тем больше напыщенности ему требуется для существования.

   — Войны начинают неудачники · книга
8. «

   — А что такое «привычные рамки»? — снисходительно поинтересовалась Кара. — Когда-то даже лампочку считали чудом, а теперь они светят в каждом доме. Тысячу лет назад вас бы сожгли только за очки на вашем носу. — Но существуют незыблемые вещи, — пробормотал профессор, — уклад… — Незыблемых вещей нет. Есть или забытые, или новые. И когда мы сталкиваемся с ними, надо повнимательнее присмотреться к ним. Вполне возможно, что ваше таинственное нечто живет по привычным законам, просто выглядит по-другому.

   — А что такое «привычные рамки»? — снисходительно поинтересовалась Кара. — Когда-то даже лампочку считали чудом, а теперь они светят в каждом доме. Тысячу лет назад вас бы сожгли только за очки на вашем носу. — Но существуют незыблемые вещи, — пробормотал профессор, — уклад… — Незыблемых вещей нет. Есть или забытые, или новые. И когда мы сталкиваемся с ними, надо повнимательнее присмотреться к ним. Вполне возможно, что ваше таинственное нечто живет по привычным законам, просто выглядит по-другому.

   — Кара · книга
9. «

   Ранние пташки успевают много сделать.

   Ранние пташки успевают много сделать.

   — Поводыри на распутье · книга
10. «

    Все допускают ошибки, и все за них платят.

    Все допускают ошибки, и все за них платят.

    — Поводыри на распутье · книга
11. «

    Не следует набиваться в друзья к тем, кто этому противится.

    Не следует набиваться в друзья к тем, кто этому противится.

    — Поводыри на распутье · книга
12. «

    Нет смысла трястись от страха, когда все уже решено. Не следует цепляться за соломинку, которой нет.

    Нет смысла трястись от страха, когда все уже решено. Не следует цепляться за соломинку, которой нет.

    — Абдурахман · книга
13. «

    Банум давно познал все, что вызывает страх: предательство, боль, тлен. Из-за этого ему иногда не хватало эмоций, чувства прошедшего через все человека притупились, жизнь потеряла прежнюю яркость, но деланного не воротишь. Воплощение холодного разума — его выбор. И его защита.

    Банум давно познал все, что вызывает страх: предательство, боль, тлен. Из-за этого ему иногда не хватало эмоций, чувства прошедшего через все человека притупились, жизнь потеряла прежнюю яркость, но деланного не воротишь. Воплощение холодного разума — его выбор. И его защита.

    — Поводыри на распутье · книга
14. «

    Не всякий мотылек торопится к горящей свече.

    Не всякий мотылек торопится к горящей свече.

    — Поводыри на распутье · книга
15. «

    В любой роли главное — не переигрывать.

    В любой роли главное — не переигрывать.

    — Поводыри на распутье · книга
16. «

    Знаете, Андрей, чем больше я погружаюсь в реали современной Земли, тем меньше мне хочется захватывать эту прогнившую планету. Где огонь? Где ярость? Где та жемчужина, которую первые дети Спящего назвали раем? Где та Земля, из-за которой мы вели с асурами войну на взаимное уничтожение? Где мы? Где враги? Почему я могу купить едва ли не всех? Где принципы? Героев сменили бухгалтеры, а мне противно и скучно быть императором бухгалтеров, но я могу попробовать. Сколько ты хочешь за операцию? Такой язык тебе понятен?

    Знаете, Андрей, чем больше я погружаюсь в реали современной Земли, тем меньше мне хочется захватывать эту прогнившую планету. Где огонь? Где ярость? Где та жемчужина, которую первые дети Спящего назвали раем? Где та Земля, из-за которой мы вели с асурами войну на взаимное уничтожение? Где мы? Где враги? Почему я могу купить едва ли не всех? Где принципы? Героев сменили бухгалтеры, а мне противно и скучно быть императором бухгалтеров, но я могу попробовать. Сколько ты хочешь за операцию? Такой язык тебе понятен?

    — Ярга · книга
17. «

    Молодость и осторожность несовместимы. Кровь бурлит, душа требует решительных действий. Хочется доказать себе и всем, что ты лучше. А главное — молодость не может обойтись без маяков. Ты еще не понял, что должен бороться только с самим собой, и ищешь ориентиры вокруг, ищешь, на кого быть похожим, ищешь, чье бы место занять. Иногда маяки оказываются ложными, и корабли разбиваются о прибрежные рифы. Молодость об этом не задумывается...

    Молодость и осторожность несовместимы. Кровь бурлит, душа требует решительных действий. Хочется доказать себе и всем, что ты лучше. А главное — молодость не может обойтись без маяков. Ты еще не понял, что должен бороться только с самим собой, и ищешь ориентиры вокруг, ищешь, на кого быть похожим, ищешь, чье бы место занять. Иногда маяки оказываются ложными, и корабли разбиваются о прибрежные рифы. Молодость об этом не задумывается...

    — Царь горы · книга
18. «

    Любой бунт вызывается искусственно, уважаемый Хасим. Кто-то должен встать и сказать: «Пойдем». Кто-то должен показать, что можно перейти черту: ударить первым, разбить витрину, поджечь мобиль.

    Любой бунт вызывается искусственно, уважаемый Хасим. Кто-то должен встать и сказать: «Пойдем». Кто-то должен показать, что можно перейти черту: ударить первым, разбить витрину, поджечь мобиль.

    — Поводыри на распутье · книга
19. «

    А чудес не бывает. Они остались в детских сказках. В замечательных историях, в финале которых на сцену является и взмахом волшебной палочки исправляет безумства, сотворенные проклятым колдуном. Но если козни черного властелина можно расстроить, то сотворенное людьми зло остается навсегда. Потому что нет волшебных палочек. Нет добрых фей.

    А чудес не бывает. Они остались в детских сказках. В замечательных историях, в финале которых на сцену является и взмахом волшебной палочки исправляет безумства, сотворенные проклятым колдуном. Но если козни черного властелина можно расстроить, то сотворенное людьми зло остается навсегда. Потому что нет волшебных палочек. Нет добрых фей.

    — Костры на алтарях · книга
20. «

    И не смей показывать свою слабость! Ты должна быть безжалостной, как лесной пожар. Ты должна растоптать его прямо там, в кабинете. Только в этом случае у тебя появится шанс, что он опомнится и приползет с покаянием. Помни: к слабым не возвращаются!

    И не смей показывать свою слабость! Ты должна быть безжалостной, как лесной пожар. Ты должна растоптать его прямо там, в кабинете. Только в этом случае у тебя появится шанс, что он опомнится и приползет с покаянием. Помни: к слабым не возвращаются!

    — Марта Волкова · книга