241 коротких цитата Валентина Пикуля

Ниже 241 цитата Валентина Пикуля — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Время ведь тоже абстракция, выдумка человека. Но выдумка столь драгоценная, что, не понимая времени, мы неспособны понять и всей нашей жизни...

   Время ведь тоже абстракция, выдумка человека. Но выдумка столь драгоценная, что, не понимая времени, мы неспособны понять и всей нашей жизни...

   — Мальчики с бантиками · книга
2. «

   Вдвоём или своим путём, И как зовут, и что потом - Мы не спросили ни о чём. И не клянёмся, что до гроба. Мы любим. Любим оба...

   Вдвоём или своим путём, И как зовут, и что потом - Мы не спросили ни о чём. И не клянёмся, что до гроба. Мы любим. Любим оба...

   — Окини-сан · книга
3. «

   Вам раньше казалось, что тяжело, а тяжело-то сейчас и начнётся. Свои всегда больней лупят. Райская жизнь кончилась.

   Вам раньше казалось, что тяжело, а тяжело-то сейчас и начнётся. Свои всегда больней лупят. Райская жизнь кончилась.

   — Отец Паисий · книга
4. «

   Известны слова Чуйкова об этом времени: — Если американцы говорят, что «время – деньги», то мы, русские, сейчас говорим иначе: «Время – это кровь...»

   Известны слова Чуйкова об этом времени: — Если американцы говорят, что «время – деньги», то мы, русские, сейчас говорим иначе: «Время – это кровь...»

   — Барбаросса · книга
5. «

   Пока остается хоть ничтожный шанс на сохранение мира, Россия никогда ни на кого не нападет. Агрессором явится тот, кто нападет на нас, и тогда мы станем защищаться!

   Пока остается хоть ничтожный шанс на сохранение мира, Россия никогда ни на кого не нападет. Агрессором явится тот, кто нападет на нас, и тогда мы станем защищаться!

   — Честь имею · книга
6. «

   Ну, скажите, какая дубина не дрогнет, увидев свое имя, свой труд в печати? Лейтенант шагал по Грейговской улице Кронштадта, не в силах сдержать улыбки, и нес журнал в руке, уверенный, все прохожие смотрят на него — вот, видите, идет сам автор!

   Ну, скажите, какая дубина не дрогнет, увидев свое имя, свой труд в печати? Лейтенант шагал по Грейговской улице Кронштадта, не в силах сдержать улыбки, и нес журнал в руке, уверенный, все прохожие смотрят на него — вот, видите, идет сам автор!

   — Три возраста Окини-сан · книга
7. «

   Молодости свойственна любовь к оружию, которое как бы дополняет недостаток наших моральных сил.

   Молодости свойственна любовь к оружию, которое как бы дополняет недостаток наших моральных сил.

   — Честь имею · книга
8. «

   Коковцев спросил, почему он (Атрыганьев) оказался на самом дне жизни. Атрыганьев ответил, что на дно жизни он не опускался: – Просто у меня не стало приличной одежды.

   Коковцев спросил, почему он (Атрыганьев) оказался на самом дне жизни. Атрыганьев ответил, что на дно жизни он не опускался: – Просто у меня не стало приличной одежды.

   — Коковцев · книга
9. «

   Князь Святополк-Мирский решил не извинять: — Да что вы тут заладили: Дмитрий Иванович да Дмитрий Иванович! Зовите меня просто, по-свойски — ваше высокопревосходительство.

   Князь Святополк-Мирский решил не извинять: — Да что вы тут заладили: Дмитрий Иванович да Дмитрий Иванович! Зовите меня просто, по-свойски — ваше высокопревосходительство.

   — Князь Святополк-Мирский · книга
10. «

    Когда женщина смотрит в нашу сторону, мы всегда хотим быть героями...

    Когда женщина смотрит в нашу сторону, мы всегда хотим быть героями...

    — Николай Сергеевич Потресов · книга
11. «

    Верно говорят солдаты, что, имей курды свой огород, в чужой бы и не совались. Нет страшнее народа без родины: сегодня нас режут, завтра армян, а потом их самих турки вырежут. К нам же и бегают спасаться! Однако в Крымскую кампанию, помнится, эти молодчики здорово помогли нашей армии восстанием — чуть было Багдад не взяли. Вояки матерые!

    Верно говорят солдаты, что, имей курды свой огород, в чужой бы и не совались. Нет страшнее народа без родины: сегодня нас режут, завтра армян, а потом их самих турки вырежут. К нам же и бегают спасаться! Однако в Крымскую кампанию, помнится, эти молодчики здорово помогли нашей армии восстанием — чуть было Багдад не взяли. Вояки матерые!

    — Юрий Тимофеевич Некрасов · книга
12. «

    Философия словно нарочно выискивает такие точки зрения на вещи, с каких на эти же вещи никогда не смотрит нормальный человек, ежедневно озабоченный добыванием куска хлеба насущного.

    Философия словно нарочно выискивает такие точки зрения на вещи, с каких на эти же вещи никогда не смотрит нормальный человек, ежедневно озабоченный добыванием куска хлеба насущного.

    — Генрих Карл Штейн · книга
13. «

    Еще раз подтверждаю, что Россия за мир, но мирная политика ее не всегда пассивна!

    Еще раз подтверждаю, что Россия за мир, но мирная политика ее не всегда пассивна!

    — Честь имею · книга
14. «

    Там, где ждут чуда, пути логики уже немыслимы, а всё здравое кажется губительным.

    Там, где ждут чуда, пути логики уже немыслимы, а всё здравое кажется губительным.

    — Нечистая сила · книга
15. «

    Война нависала над немцами, словно капля росы на кончике ветки, готовая вот-вот сорваться.

    Война нависала над немцами, словно капля росы на кончике ветки, готовая вот-вот сорваться.

    — Битва железных канцлеров · книга
16. «

    Что может быть горше мук, нежели муки совести?

    Что может быть горше мук, нежели муки совести?

    — Три возраста Окини-сан · книга
17. «

    ... А из отдаления, со стороны станции, неслось родимое, такое ветхозаветное и всем знакомое: «Карау-ул! Гра-а-абят...». — Черт знает, куда смотрит наша полиция, — сказал Столыпин, председатель Государственного совета, он же и Министр Внутренних Дел.

    ... А из отдаления, со стороны станции, неслось родимое, такое ветхозаветное и всем знакомое: «Карау-ул! Гра-а-абят...». — Черт знает, куда смотрит наша полиция, — сказал Столыпин, председатель Государственного совета, он же и Министр Внутренних Дел.

    — Нечистая сила · книга
18. «

    Нет такой матери, чтобы не спасла сына.

    Нет такой матери, чтобы не спасла сына.

    — Честь имею · книга
19. «

    Роман — это дом с открытыми дверями и окнами. Каждый может устраиваться в нем как ему удобнее.

    Роман — это дом с открытыми дверями и окнами. Каждый может устраиваться в нем как ему удобнее.

    — Нечистая сила · книга
20. «

    Ей было доступно лишь то счастье, которое она дарит другим.

    Ей было доступно лишь то счастье, которое она дарит другим.

    — Три возраста Окини-сан · книга