277 коротких цитат Валентина Пикуля

Ниже 277 цитат Валентина Пикуля — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   От печки же и происходит весь смак нашей человеческой жизни. У печки — любовь. У печки — мир. У печки — согласие.

   От печки же и происходит весь смак нашей человеческой жизни. У печки — любовь. У печки — мир. У печки — согласие.

   — Из тупика · книга
2. «

   И вдруг... О эти «вдруг»! Как они играют человеком.

   И вдруг... О эти «вдруг»! Как они играют человеком.

   — Из тупика · книга
3. «

   Это случилось недавно – всего лишь сто лет назад.

   Это случилось недавно – всего лишь сто лет назад.

   — Три возраста Окини-сан · книга
4. «

   Победить русских очень трудно, но и самим русским трудно быть победителями!

   Победить русских очень трудно, но и самим русским трудно быть победителями!

   — Конрад-фон-Гетцендорф · книга
5. «

   Когда черт стареет, он делается монахом.

   Когда черт стареет, он делается монахом.

   — Леня Эйлер · книга
6. «

   Война закончилась Версальским миром, который офицеры называли «позорным», готовые хоть сейчас «переиграть» войну заново. Германия была в разброде чувств и мнений, все чего-то хотели, все кого-то ненавидели, а больше всего немцы хотели... есть! Однажды в отеле «Бристоль», где вместо масла подавали маргарин, а вместо свежего мяса консервы, Паулюс заказал натуральный бифштекс, который стоил четыреста марок, а одноглазый официант, распознавший в нём фронтовика, дружески предупредил: — Ешьте скорее, ибо цены растут, и, пока вы ковыряетесь с ножом и вилкой, бифштекс будет стоить уже семьсот марок...

   Война закончилась Версальским миром, который офицеры называли «позорным», готовые хоть сейчас «переиграть» войну заново. Германия была в разброде чувств и мнений, все чего-то хотели, все кого-то ненавидели, а больше всего немцы хотели... есть! Однажды в отеле «Бристоль», где вместо масла подавали маргарин, а вместо свежего мяса консервы, Паулюс заказал натуральный бифштекс, который стоил четыреста марок, а одноглазый официант, распознавший в нём фронтовика, дружески предупредил: — Ешьте скорее, ибо цены растут, и, пока вы ковыряетесь с ножом и вилкой, бифштекс будет стоить уже семьсот марок...

   — Барбаросса · книга
7. «

   Никогда не следует человеку отказываться от получения тех впечатлений, которые могут обогатить его сердце!

   Никогда не следует человеку отказываться от получения тех впечатлений, которые могут обогатить его сердце!

   — Брэнгвин · книга
8. «

   И с высоты трона вдруг раздалось — гневное, на весь зал: — А ты что морщишься, канцлер? — Зуб, матушка, схватило… — Так вырви его, и ходи ко мне веселый!

   И с высоты трона вдруг раздалось — гневное, на весь зал: — А ты что морщишься, канцлер? — Зуб, матушка, схватило… — Так вырви его, и ходи ко мне веселый!

   — Бестужев · книга
9. «

   Мир, основанный на унижении побеждённого, это не мир, а лишь краткое перемирие между двумя войнами.

   Мир, основанный на унижении побеждённого, это не мир, а лишь краткое перемирие между двумя войнами.

   — Александр II · книга
10. «

    Слушать вас — всё равно что соблазнять замужнюю даму или курить гашиш: и вредно, и приятно...

    Слушать вас — всё равно что соблазнять замужнюю даму или курить гашиш: и вредно, и приятно...

    — Андрей Карабанов · книга
11. «

    Вся жизнь – театр, а гастроли продолжаются...

    Вся жизнь – театр, а гастроли продолжаются...

    — Нечистая сила · книга
12. «

    Никита Иванович Рылеев, столичный обер-полицмейстер, был дурак очевидный. «Объявить домовладельцам с подпискою, — указывал он, — чтобы они заблаговременно, именно за три дни, извещали полицию — у кого в доме имеет быть пожар». В книге Радищева, которую он разрешил печатать, Рылеев ничего не понял, а скорее всего, даже не прочел её. Не вник, наверное, и в эпиграф из «Телемахиды», от которого мороз по коже дерёт: «Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй…»

    Никита Иванович Рылеев, столичный обер-полицмейстер, был дурак очевидный. «Объявить домовладельцам с подпискою, — указывал он, — чтобы они заблаговременно, именно за три дни, извещали полицию — у кого в доме имеет быть пожар». В книге Радищева, которую он разрешил печатать, Рылеев ничего не понял, а скорее всего, даже не прочел её. Не вник, наверное, и в эпиграф из «Телемахиды», от которого мороз по коже дерёт: «Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй…»

    — Фаворит · книга
13. «

    Конечно, глуп человек, который в старости не сделался консерватором, но ещё глупее тот, кто в юности никогда не был революционером.

    Конечно, глуп человек, который в старости не сделался консерватором, но ещё глупее тот, кто в юности никогда не был революционером.

    — Каторга · книга
14. «

    Коковцев спросил, почему он (Атрыганьев) оказался на самом дне жизни. Атрыганьев ответил, что на дно жизни он не опускался: – Просто у меня не стало приличной одежды.

    Коковцев спросил, почему он (Атрыганьев) оказался на самом дне жизни. Атрыганьев ответил, что на дно жизни он не опускался: – Просто у меня не стало приличной одежды.

    — Коковцев · книга
15. «

    Молодости свойственна любовь к оружию, которое как бы дополняет недостаток наших моральных сил.

    Молодости свойственна любовь к оружию, которое как бы дополняет недостаток наших моральных сил.

    — Честь имею · книга
16. «

    Умирать надо красиво.

    Умирать надо красиво.

    — Честь имею · книга
17. «

    Я согласен подставить себя под пули, но только под вражеские. Ждать, когда тебя убьют свои, противно.

    Я согласен подставить себя под пули, но только под вражеские. Ждать, когда тебя убьют свои, противно.

    — Артемьев · книга
18. «

    Быстры, как волны, дни нашей жизни, Что час, то короче наш жизненный путь Налей же, товарищ, Заздравную чару, Кто знает, что будет у нас впереди...

    Быстры, как волны, дни нашей жизни, Что час, то короче наш жизненный путь Налей же, товарищ, Заздравную чару, Кто знает, что будет у нас впереди...

    — Честь имею · книга
19. «

    Мне сейчас вдруг вспомнилось, что до революции на Путиловском заводе служил тишайший конторщик, который не умел говорить прозою. Он даже бухгалтерские накладные составлял в виршах. И вот как это у него получалось:

    Мне сейчас вдруг вспомнилось, что до революции на Путиловском заводе служил тишайший конторщик, который не умел говорить прозою. Он даже бухгалтерские накладные составлял в виршах. И вот как это у него получалось:

    — Пикуль Валентин · книга
20. «

    Я зарабатываю свой хлеб тем делом, которое люблю. Наверное, именно потому я и счастлив.

    Я зарабатываю свой хлеб тем делом, которое люблю. Наверное, именно потому я и счастлив.

    — Мальчики с бантиками · книга