147 цитат Веры Полозковы для поста и дневника

Подборка из 147 цитат Веры Полозковы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Рассчитай меня, Миша. Ночь, как чулок с бедра, Оседает с высоток, чтобы свернуться гущей В чашке кофе у девушки, раз в три минуты лгущей Бармену за стойкой, что ей пора, И, как правило, остающейся до утра.

   Рассчитай меня, Миша. Ночь, как чулок с бедра, Оседает с высоток, чтобы свернуться гущей В чашке кофе у девушки, раз в три минуты лгущей Бармену за стойкой, что ей пора, И, как правило, остающейся до утра.
2. «

   Когда мы стали такими злыми?.. Почему у нас вместо сердца пустой конвейер?..

   Когда мы стали такими злыми?.. Почему у нас вместо сердца пустой конвейер?..
3. «

   Братья силятся в опечатках Разглядеть имена зазноб – Я влюбляюсь без отпечатков Пальцев. Правда, с контрольным в лоб.

   Братья силятся в опечатках Разглядеть имена зазноб – Я влюбляюсь без отпечатков Пальцев. Правда, с контрольным в лоб.
4. «

   А воздух его парфюма, пота и табака Да старой заварки — стал нестерпимо вкусным. Вдохнуть бы побольше, стать бы турбонаддувным.

   А воздух его парфюма, пота и табака Да старой заварки — стал нестерпимо вкусным. Вдохнуть бы побольше, стать бы турбонаддувным.
5. «

   Я ждала тебя, говорит, я знала же, как ты выглядишь, как смеешься, как прядь отбрасываешь со лба; у меня до тебя все что ни любовь – то выкидыш, я уж думала – всё, не выношу, не судьба. Зачинаю – а через месяц проснусь и вою – изнутри хлещет будто чёрный горячий йод да смола. А вот тут, гляди, — родилось живое. Щурится. Улыбается. Узнает.

   Я ждала тебя, говорит, я знала же, как ты выглядишь, как смеешься, как прядь отбрасываешь со лба; у меня до тебя все что ни любовь – то выкидыш, я уж думала – всё, не выношу, не судьба. Зачинаю – а через месяц проснусь и вою – изнутри хлещет будто чёрный горячий йод да смола. А вот тут, гляди, — родилось живое. Щурится. Улыбается. Узнает.
6. «

   А ещё ты такая славная с этой чёлкой. Повезёт же весной какому-то Дураку.

   А ещё ты такая славная с этой чёлкой. Повезёт же весной какому-то Дураку.
7. «

   Не ищите новых встреч со старой мечтой. О, это погоня за миражами.

   Не ищите новых встреч со старой мечтой. О, это погоня за миражами.
8. «

   Ещё рано – ещё так многое по плечу, не взяла кредитов, не родила детей. Не наелась дерьма по самое не хочу, не устала любить людей. Ещё кто-то тебе готовит бухло и снедь, открывает дверь, отдувает прядь. Поскулишь потом, когда будет за что краснеть, когда выслужишь, что терять.

   Ещё рано – ещё так многое по плечу, не взяла кредитов, не родила детей. Не наелась дерьма по самое не хочу, не устала любить людей. Ещё кто-то тебе готовит бухло и снедь, открывает дверь, отдувает прядь. Поскулишь потом, когда будет за что краснеть, когда выслужишь, что терять.
9. «

   Инфинитивами думать. Слякоть Месить и клясться — я не вернусь. И кашлять вместо того, чтобы плакать, И слушать горлом проклятый пульс.

   Инфинитивами думать. Слякоть Месить и клясться — я не вернусь. И кашлять вместо того, чтобы плакать, И слушать горлом проклятый пульс.
10. «

    Мужчины, зачеты, трудности, Балконы в цветном белье — Я буду судить о юности, Как опытный сомелье.

    Мужчины, зачеты, трудности, Балконы в цветном белье — Я буду судить о юности, Как опытный сомелье.
11. «

    Я бы стала непобедимая, словно рать Грозных роботов, даже тех, что в приставке Денди. Мы летали бы над землей – Питер Пэн и Венди. Только ты, дурачок, не хочешь со мной играть.

    Я бы стала непобедимая, словно рать Грозных роботов, даже тех, что в приставке Денди. Мы летали бы над землей – Питер Пэн и Венди. Только ты, дурачок, не хочешь со мной играть.
12. «

    Но под утро приснится, что ты приехал, мне не сказали, И целуешь в запястье, и вниз до локтя, легко и больно И огромно, как обрушение бастиона. Я, понятно, проснусь с ошпаренными глазами, От того, что сердце колотится баскетбольно, Будто в прорезиненное покрытие стадиона.

    Но под утро приснится, что ты приехал, мне не сказали, И целуешь в запястье, и вниз до локтя, легко и больно И огромно, как обрушение бастиона. Я, понятно, проснусь с ошпаренными глазами, От того, что сердце колотится баскетбольно, Будто в прорезиненное покрытие стадиона.
13. «

    Ты просишь: — Можно я поживу у него пока? Надеясь: — Можно я поживу с ним? Глотая: — Можно я поживу в нём?...

    Ты просишь: — Можно я поживу у него пока? Надеясь: — Можно я поживу с ним? Глотая: — Можно я поживу в нём?...
14. «

    Ведь дыра же между ребер – ни задраить, ни заштопать. Ласки ваши бьют навылет, молодцы-богатыри. Тушь подмешивает в слезы злую угольную копоть. Если так черно снаружи – представляешь, что внутри.

    Ведь дыра же между ребер – ни задраить, ни заштопать. Ласки ваши бьют навылет, молодцы-богатыри. Тушь подмешивает в слезы злую угольную копоть. Если так черно снаружи – представляешь, что внутри.
15. «

    Тут бы я, конечно, вспомнила о тебе, Если бы когда-нибудь забывала.

    Тут бы я, конечно, вспомнила о тебе, Если бы когда-нибудь забывала.
16. «

    И не знаешь, к кому идти такой смурной — к психотерапевту или гробовщику.

    И не знаешь, к кому идти такой смурной — к психотерапевту или гробовщику.
17. «

    Если пить — то сейчас, если думать — то крайне редко, Избегая счастливых, мамы и темноты. Для чего мне все эти люди, детка, Если ни один всё равно не ты.

    Если пить — то сейчас, если думать — то крайне редко, Избегая счастливых, мамы и темноты. Для чего мне все эти люди, детка, Если ни один всё равно не ты.
18. «

    Расстояние лучший врач. Расставания больше встреч. Драгоценно то, что хватило ума не присвоить, не сфотографировать, не облечь Ни в одну из условностей; молчанье точней, чем речь. Того, чего не имеешь – не потерять. Что имеешь – не уберечь.

    Расстояние лучший врач. Расставания больше встреч. Драгоценно то, что хватило ума не присвоить, не сфотографировать, не облечь Ни в одну из условностей; молчанье точней, чем речь. Того, чего не имеешь – не потерять. Что имеешь – не уберечь.
19. «

    От того, что ты, Отче, любишь нас больше прочих, почему-то ещё ни разу не стало легче.

    От того, что ты, Отче, любишь нас больше прочих, почему-то ещё ни разу не стало легче.
20. «

    Я много езжу и наедаюсь молчаньем досыта. Мне нравится быть вне адреса и вне доступа.

    Я много езжу и наедаюсь молчаньем досыта. Мне нравится быть вне адреса и вне доступа.