148 цитат Веры Полозковы — читать онлайн

Подборка из 148 цитат Веры Полозковы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Лучше йогурта по утрам только водка и гренадин. Обещай себе жить без драм — и живи один.

   Лучше йогурта по утрам только водка и гренадин. Обещай себе жить без драм — и живи один.
2. «

   Нет, и всё же это большое счастье — быть женщиной. Я не променяла бы его ни на какую самую благополучную мужскую судьбу.

   Нет, и всё же это большое счастье — быть женщиной. Я не променяла бы его ни на какую самую благополучную мужскую судьбу.
3. «

   осень опять надевается с рукавов, электризует волосы — ворот узок. мальчик мой, я надеюсь, что ты здоров и бережёшься слишком больших нагрузок. мир кладёт тебе в книги душистых слов, а в динамики — новых музык.

   осень опять надевается с рукавов, электризует волосы — ворот узок. мальчик мой, я надеюсь, что ты здоров и бережёшься слишком больших нагрузок. мир кладёт тебе в книги душистых слов, а в динамики — новых музык.
4. «

   — Уходить от него. Динамить. Вся природа ж у них – дрянная. — У меня к нему, знаешь, память – Очень древняя, нутряная. — Значит, к черту, что тут карьера? Шансы выбиться к небожителям? — У меня в него, знаешь, вера; Он мне – ангелом-утешителем. — Завяжи с этим, есть же средства; Совершенно не тот мужчина. — У меня к нему, знаешь, – детство, Детство – это неизлечимо.

   — Уходить от него. Динамить. Вся природа ж у них – дрянная. — У меня к нему, знаешь, память – Очень древняя, нутряная. — Значит, к черту, что тут карьера? Шансы выбиться к небожителям? — У меня в него, знаешь, вера; Он мне – ангелом-утешителем. — Завяжи с этим, есть же средства; Совершенно не тот мужчина. — У меня к нему, знаешь, – детство, Детство – это неизлечимо.
5. «

   звонит ближе к полвторому, подобен грому телефон нащупываешь сквозь дрему, и снова он тебе про ерему, а ты ему про фому.

   звонит ближе к полвторому, подобен грому телефон нащупываешь сквозь дрему, и снова он тебе про ерему, а ты ему про фому.
6. «

   Доктор, как хорошо, что Вы появились. Доктор, а я волнуюсь, куда ж Вы делись. Доктор, такое чувство, что кто-то вылез И по лицу сползает из слезных желез.

   Доктор, как хорошо, что Вы появились. Доктор, а я волнуюсь, куда ж Вы делись. Доктор, такое чувство, что кто-то вылез И по лицу сползает из слезных желез.
7. «

   Я бы стала непобедимая, словно рать Грозных роботов, даже тех, что в приставке Денди. Мы летали бы над землей – Питер Пэн и Венди. Только ты, дурачок, не хочешь со мной играть.

   Я бы стала непобедимая, словно рать Грозных роботов, даже тех, что в приставке Денди. Мы летали бы над землей – Питер Пэн и Венди. Только ты, дурачок, не хочешь со мной играть.
8. «

   ...из всех мужчин только ветер и стоит слез. Когда катишься пятьдесят километров в час, он уже принимает тебя всерьез.

   ...из всех мужчин только ветер и стоит слез. Когда катишься пятьдесят километров в час, он уже принимает тебя всерьез.
9. «

   Взглядом снимет скальп - Но умеет плакать, И тем бесценна.

   Взглядом снимет скальп - Но умеет плакать, И тем бесценна.
10. «

    Мир — это диск, как некогда Терри Пратчетт Верно подметил; в трещинах и пиратский.

    Мир — это диск, как некогда Терри Пратчетт Верно подметил; в трещинах и пиратский.
11. «

    На, хочешь, бери – глазищи, как у борзой. Сначала живешь с ней – кажется, свергли в ад. Но как-то проснешься, нежностью в тыщу ватт Застигнутый, как грозой.

    На, хочешь, бери – глазищи, как у борзой. Сначала живешь с ней – кажется, свергли в ад. Но как-то проснешься, нежностью в тыщу ватт Застигнутый, как грозой.
12. «

    Что-то догнивает, а что-то выжжено – зима была тяжела, а ты все же выжила, хоть не знаешь, зачем жила, почему-то всех победила и всё смогла.

    Что-то догнивает, а что-то выжжено – зима была тяжела, а ты все же выжила, хоть не знаешь, зачем жила, почему-то всех победила и всё смогла.
13. «

    Не видимся совершенно, а чувство, словно ношу тебя, как заложника, в голове...

    Не видимся совершенно, а чувство, словно ношу тебя, как заложника, в голове...
14. «

    Сделай так, Господи, чтобы наши любимые оказались нас достойны. Чтобы мы, по крайней мере, никогда не узнали, что это не так.

    Сделай так, Господи, чтобы наши любимые оказались нас достойны. Чтобы мы, по крайней мере, никогда не узнали, что это не так.
15. «

    Как у него дела? Сочиняешь повод И набираешь номер; не так давно вот Встретились, покатались, поулыбались. Просто забудь о том, что из пальца в палец Льется чугун при мысли о нём — и стынет; Нет ничего: ни дрожи, ни темноты нет Перед глазами; смейся, смотри на город, Взглядом не тычься в шею-ключицы-ворот, Губы-ухмылку-лунки ногтей-ресницы — Это потом коснется, потом приснится; Двигайся, говори; будет тихо ёкать Пульс где-то там, где держишь его под локоть; Пой; провоцируй; метко остри — но добро. Слушай, как сердце перерастает рёбра, Тестом срывает крышки, течёт в груди, Если обнять. Пора уже, всё, иди.

    Как у него дела? Сочиняешь повод И набираешь номер; не так давно вот Встретились, покатались, поулыбались. Просто забудь о том, что из пальца в палец Льется чугун при мысли о нём — и стынет; Нет ничего: ни дрожи, ни темноты нет Перед глазами; смейся, смотри на город, Взглядом не тычься в шею-ключицы-ворот, Губы-ухмылку-лунки ногтей-ресницы — Это потом коснется, потом приснится; Двигайся, говори; будет тихо ёкать Пульс где-то там, где держишь его под локоть; Пой; провоцируй; метко остри — но добро. Слушай, как сердце перерастает рёбра, Тестом срывает крышки, течёт в груди, Если обнять. Пора уже, всё, иди.
16. «

    Глаза – пещерное самоцветье, И губы – нагло-хмельными вишнями. В такой любви, как твоя – не третьи, Уже вторые бывают лишними.

    Глаза – пещерное самоцветье, И губы – нагло-хмельными вишнями. В такой любви, как твоя – не третьи, Уже вторые бывают лишними.
17. «

    Хвала отчаявшимся. Если бы не мы, То кто бы здесь работал на контрасте. Пока живые избегают тьмы, Дерутся, задыхаются от страсти, Рожают новых и берут взаймы, Мы городские сумрачные власти. Любимые наместники зимы.

    Хвала отчаявшимся. Если бы не мы, То кто бы здесь работал на контрасте. Пока живые избегают тьмы, Дерутся, задыхаются от страсти, Рожают новых и берут взаймы, Мы городские сумрачные власти. Любимые наместники зимы.
18. «

    Всматриваться в афиши, на каждой вдруг Взгляд узнавая, брови, ресницы, волосы. Знать, что в конце тоннеля — не свет, а звук.

    Всматриваться в афиши, на каждой вдруг Взгляд узнавая, брови, ресницы, волосы. Знать, что в конце тоннеля — не свет, а звук.
19. «

    Я хотела как лучше, правда: надумать наших Общих шуток, кусать капризно тебя за палец, Оставлять у твоей кровати следы от чашек, Улыбаться, не вылезать из твоих рубашек, Но мы как-то разбились. Выронились. Распались.

    Я хотела как лучше, правда: надумать наших Общих шуток, кусать капризно тебя за палец, Оставлять у твоей кровати следы от чашек, Улыбаться, не вылезать из твоих рубашек, Но мы как-то разбились. Выронились. Распались.
20. «

    Они уйдут.

    Они уйдут.