290 цитат Веры Полозковы: от иронии до философии

Подборка из 290 цитат Веры Полозковы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Хвала отчаявшимся. Если бы не мы, То кто бы здесь работал на контрасте. Пока живые избегают тьмы, Дерутся, задыхаются от страсти, Рожают новых и берут взаймы, Мы городские сумрачные власти. Любимые наместники зимы.

   Хвала отчаявшимся. Если бы не мы, То кто бы здесь работал на контрасте. Пока живые избегают тьмы, Дерутся, задыхаются от страсти, Рожают новых и берут взаймы, Мы городские сумрачные власти. Любимые наместники зимы.
2. «

   Анечка любит сосачки; Эдам Любит Ив; Честер любит Читос.

   Анечка любит сосачки; Эдам Любит Ив; Честер любит Читос.
3. «

   Воинам грехи отпущены наперёд. Им не увидеть больше родимой Спарты. Я отдала долги. Я открыла карты. И потому меня больше никто не ждет.

   Воинам грехи отпущены наперёд. Им не увидеть больше родимой Спарты. Я отдала долги. Я открыла карты. И потому меня больше никто не ждет.
4. «

   Я ждала тебя, говорит, я знала же, как ты выглядишь, как смеешься, как прядь отбрасываешь со лба; у меня до тебя все что ни любовь – то выкидыш, я уж думала – всё, не выношу, не судьба. Зачинаю – а через месяц проснусь и вою – изнутри хлещет будто чёрный горячий йод да смола. А вот тут, гляди, — родилось живое. Щурится. Улыбается. Узнает.

   Я ждала тебя, говорит, я знала же, как ты выглядишь, как смеешься, как прядь отбрасываешь со лба; у меня до тебя все что ни любовь – то выкидыш, я уж думала – всё, не выношу, не судьба. Зачинаю – а через месяц проснусь и вою – изнутри хлещет будто чёрный горячий йод да смола. А вот тут, гляди, — родилось живое. Щурится. Улыбается. Узнает.
5. «

   И он делается незыблемым, как штатив, И сосредоточенным, как удав, Когда приезжает, её никак не предупредив, Уезжает, её ни разу не повидав. Она чувствует, что он в городе — встроен чип. Смотрит в рот телефону — ну, кто из нас смельчак. И все дни до его отъезда она молчит. И все дни до его отъезда они молчат. Она думает — вдруг их где-то пересечет. Примеряет ухмылку, реплику и наряд. И он тоже, не отдавая себе отчёт. А из поезда пишет: «В купе все лампочки не горят». И она отвечает: «Чёрт».

   И он делается незыблемым, как штатив, И сосредоточенным, как удав, Когда приезжает, её никак не предупредив, Уезжает, её ни разу не повидав. Она чувствует, что он в городе — встроен чип. Смотрит в рот телефону — ну, кто из нас смельчак. И все дни до его отъезда она молчит. И все дни до его отъезда они молчат. Она думает — вдруг их где-то пересечет. Примеряет ухмылку, реплику и наряд. И он тоже, не отдавая себе отчёт. А из поезда пишет: «В купе все лампочки не горят». И она отвечает: «Чёрт».
6. «

   Я многими владел Хоромами, Умами, Но не обрёл за век Дороже ничего Чем золочёный свет И трепет между нами, Невозвратимый как Любое волшебство

   Я многими владел Хоромами, Умами, Но не обрёл за век Дороже ничего Чем золочёный свет И трепет между нами, Невозвратимый как Любое волшебство
7. «

   Дорогой товарищ Небесный Вождь, утолитель духовных жажд. Ниспошли нам, пожалуйста, мир и дождь, да, и хлеб наш насущный даждь. Я служу здесь осени двадцать две, я стараюсь глядеть добрей. Если хочешь пыточных в голове —

   Дорогой товарищ Небесный Вождь, утолитель духовных жажд. Ниспошли нам, пожалуйста, мир и дождь, да, и хлеб наш насущный даждь. Я служу здесь осени двадцать две, я стараюсь глядеть добрей. Если хочешь пыточных в голове —
8. «

   Вероятно, так выглядел Моисей Или, может быть, даже Ной. Разве только они не гробили пачки всей За полдня, как ты, не жгли одну за одной, Умели, чтоб Бог говорил с ними, расступалась у ног вода, Хотя не смотрели ни черно-белых, ни звуковых. И не спали с гойками – их тогда Не существовало как таковых.

   Вероятно, так выглядел Моисей Или, может быть, даже Ной. Разве только они не гробили пачки всей За полдня, как ты, не жгли одну за одной, Умели, чтоб Бог говорил с ними, расступалась у ног вода, Хотя не смотрели ни черно-белых, ни звуковых. И не спали с гойками – их тогда Не существовало как таковых.
9. «

   Мать-одиночка растит свою дочь скрипачкой, Вежливой девочкой, гнесинской недоучкой. «Вот тебе новая кофточка, не испачкай». «Вот тебе новая сумочка с крепкой ручкой». Дочь-одиночка станет алкоголичкой, Вежливой тётечкой, выцветшей оболочкой, Согнутой чёрной спичкой, проблемы с почкой. Мать постареет и все, чем ее ни пичкай, Станет оказывать только эффект побочный. Боженька нянчит, ни за кого не прочит, Дочек делить не хочет, а сам калечит. Если графа «отец», то поставлен прочерк, А безымянный палец – то без колечек. Оттого, что ты, Отче, любишь нас больше прочих, Почему-то еще ни разу не стало легче.

   Мать-одиночка растит свою дочь скрипачкой, Вежливой девочкой, гнесинской недоучкой. «Вот тебе новая кофточка, не испачкай». «Вот тебе новая сумочка с крепкой ручкой». Дочь-одиночка станет алкоголичкой, Вежливой тётечкой, выцветшей оболочкой, Согнутой чёрной спичкой, проблемы с почкой. Мать постареет и все, чем ее ни пичкай, Станет оказывать только эффект побочный. Боженька нянчит, ни за кого не прочит, Дочек делить не хочет, а сам калечит. Если графа «отец», то поставлен прочерк, А безымянный палец – то без колечек. Оттого, что ты, Отче, любишь нас больше прочих, Почему-то еще ни разу не стало легче.
10. «

    Идём, под тяжёлым веком несём пески И медленными сердцами тихонько стынем мы; Горбы маскируем скромно под рюкзаки – Нас ждут в оазисах, далеки, Круглосуточные ларьки

    Идём, под тяжёлым веком несём пески И медленными сердцами тихонько стынем мы; Горбы маскируем скромно под рюкзаки – Нас ждут в оазисах, далеки, Круглосуточные ларьки
11. «

    звонит ближе к полвторому, подобен грому телефон нащупываешь сквозь дрему, и снова он тебе про ерему, а ты ему про фому.

    звонит ближе к полвторому, подобен грому телефон нащупываешь сквозь дрему, и снова он тебе про ерему, а ты ему про фому.
12. «

    Ничто не отделяет, кроме речи, от темноты.

    Ничто не отделяет, кроме речи, от темноты.
13. «

    Жальче всего людей, одержимых неотступным желанием всех чему-нибудь научить. Это самый прискорбный пример моральных инвалидов: как правило, кроме того, чтобы вещать и делать снисходительное менторское лицо, они вообще ничего не умеют.

    Жальче всего людей, одержимых неотступным желанием всех чему-нибудь научить. Это самый прискорбный пример моральных инвалидов: как правило, кроме того, чтобы вещать и делать снисходительное менторское лицо, они вообще ничего не умеют.
14. «

    Все логично: тем туже кольца, тем меньше пульса. Я теперь с тоской вспоминаю время, когда при встрече Я могла улыбчиво говорить тебе: «Не сутулься», Расправляя твои насупившиеся плечи...

    Все логично: тем туже кольца, тем меньше пульса. Я теперь с тоской вспоминаю время, когда при встрече Я могла улыбчиво говорить тебе: «Не сутулься», Расправляя твои насупившиеся плечи...
15. «

    А бог нас покупает пачками, как валидол, (ему нас без рецепта отпускают), по одному выдавливает на ладонь и под язык кладёт, и ждёт. Не помогает…

    А бог нас покупает пачками, как валидол, (ему нас без рецепта отпускают), по одному выдавливает на ладонь и под язык кладёт, и ждёт. Не помогает…
16. «

    Не интересно быть в литературе проводником исключительно женских энергий и сил. На мой взгляд, это межгендерное пространство.

    Не интересно быть в литературе проводником исключительно женских энергий и сил. На мой взгляд, это межгендерное пространство.
17. «

    Жаль, в моих смс-архивах программы нету, Что стирала бы слой отмерший в режиме «авто». Я читаю «ну я же рядом с тобой» — а это Уже неправда.

    Жаль, в моих смс-архивах программы нету, Что стирала бы слой отмерший в режиме «авто». Я читаю «ну я же рядом с тобой» — а это Уже неправда.
18. «

    Всё уже позади, заканчивай эту травлю, Ну поверила, ну ещё одному кретину. Детка, детка, я никогда тебя не оставлю. Я уже никогда тебя Не покину.

    Всё уже позади, заканчивай эту травлю, Ну поверила, ну ещё одному кретину. Детка, детка, я никогда тебя не оставлю. Я уже никогда тебя Не покину.
19. «

    Нет той изюминки, интриги, что тянет за собой вперед; читаешь две страницы книги – и сразу видишь: не попрет; сигналит чуткий, свой, сугубый детектор внутренних пустот; берешь ладонь, целуешь в губы и тут же знаешь: нет, не тот. В пределах моего квартала нет ни одной дороги в рай; и я устала. Так устала, что хоть ложись да помирай.

    Нет той изюминки, интриги, что тянет за собой вперед; читаешь две страницы книги – и сразу видишь: не попрет; сигналит чуткий, свой, сугубый детектор внутренних пустот; берешь ладонь, целуешь в губы и тут же знаешь: нет, не тот. В пределах моего квартала нет ни одной дороги в рай; и я устала. Так устала, что хоть ложись да помирай.
20. «

    Гордые оба — знаю. Вместе — как на войне. Только — усмешка злая - Выбора просто нет:

    Гордые оба — знаю. Вместе — как на войне. Только — усмешка злая - Выбора просто нет: