358 цитат Веры Полозковы — избранное

Подборка из 358 цитат Веры Полозковы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Лишь бы билась внутри, как пульс, нутряная чьятость. Долгожданная, оглушительная твоязнь.

   Лишь бы билась внутри, как пульс, нутряная чьятость. Долгожданная, оглушительная твоязнь.
2. «

   Ты влюбленная до чертей, а он просто пьян.

   Ты влюбленная до чертей, а он просто пьян.
3. «

   Одному вроде как и легче, но помни впредь: До детей наша старость, что подвесная клеть, Всё качается темноте нежилым плутоном, И все думают — ну уж нет, там не жить, а тлеть.

   Одному вроде как и легче, но помни впредь: До детей наша старость, что подвесная клеть, Всё качается темноте нежилым плутоном, И все думают — ну уж нет, там не жить, а тлеть.
4. «

   И в школьные тетради — Мысли, сбитые, как прицелы... — Влюблена в него? — Нет. Но целый Космос спит у него во взгляде.

   И в школьные тетради — Мысли, сбитые, как прицелы... — Влюблена в него? — Нет. Но целый Космос спит у него во взгляде.
5. «

   ... Я знала, что будет, когда я тебя отыщу. Как знала и то, когда именно это случится. И мир рассмеется и бликами будет лучиться, И ты будешь дерзок, и я тебе это прощу,

   ... Я знала, что будет, когда я тебя отыщу. Как знала и то, когда именно это случится. И мир рассмеется и бликами будет лучиться, И ты будешь дерзок, и я тебе это прощу,
6. «

   Интервьюер: Как полюбить себя? Вера Полозкова: Начать наблюдать за тем, что дает сил, а что опустошает. Запретить окружению шутить гнусноватые шутки и обесценивать ваши чувства и состояния. Попрощаться с теми, кто вам серийно лжет, с теми, кто вас бесцеремонно потребляет, с теми, кто самоутверждается за ваш счет. Узнать, в каком освещении вы нравитесь себе больше всего, почаще туда наведываться. Понимаете, если вы с самим собой обращаетесь как с комом грязного белья, то ждать от других принятия и понимания – безнадежно. Не давайте себя в обиду. И все начнется.

   Интервьюер: Как полюбить себя? Вера Полозкова: Начать наблюдать за тем, что дает сил, а что опустошает. Запретить окружению шутить гнусноватые шутки и обесценивать ваши чувства и состояния. Попрощаться с теми, кто вам серийно лжет, с теми, кто вас бесцеремонно потребляет, с теми, кто самоутверждается за ваш счет. Узнать, в каком освещении вы нравитесь себе больше всего, почаще туда наведываться. Понимаете, если вы с самим собой обращаетесь как с комом грязного белья, то ждать от других принятия и понимания – безнадежно. Не давайте себя в обиду. И все начнется.
7. «

   У тебя есть пульт от меня. Все кнопки. Тело – хром, глаза – как система призм. Ты живешь в моей черепной коробке. Там отныне полный абсолютизм.

   У тебя есть пульт от меня. Все кнопки. Тело – хром, глаза – как система призм. Ты живешь в моей черепной коробке. Там отныне полный абсолютизм.
8. «

   От того, что ты, Отче, любишь нас больше прочих, почему-то ещё ни разу не стало легче.

   От того, что ты, Отче, любишь нас больше прочих, почему-то ещё ни разу не стало легче.
9. «

   чтобы они все ни орали, как бы ни доводили, ты неуязвима, пока при деле

   чтобы они все ни орали, как бы ни доводили, ты неуязвима, пока при деле
10. «

    ... Всё, что ещё неведомо – сядь, отведай. Всё, что с земли не видно – исследуй над. Это твоя последняя юность в конкретно этой Непростой системе координат.

    ... Всё, что ещё неведомо – сядь, отведай. Всё, что с земли не видно – исследуй над. Это твоя последняя юность в конкретно этой Непростой системе координат.
11. «

    ... Что ты делал? Учил своим параноидальным Фильмам, фразам, таскал по лучшим своим едальням, Ставил музыку, был ближайшим, всегдашним, дальним, Резал сыр тупой стороной ножа. За три года не-встречи дадут медаль нам...

    ... Что ты делал? Учил своим параноидальным Фильмам, фразам, таскал по лучшим своим едальням, Ставил музыку, был ближайшим, всегдашним, дальним, Резал сыр тупой стороной ножа. За три года не-встречи дадут медаль нам...
12. «

    как красивые и не мы в первый раз целуют друг друга в мочки, несмелы, робки как они подпевают радио, стоя в пробке как несут хоронить кота в обувной коробке как холодную куклу, в тряпке как на юге у них звонит, а они не снимают трубки, чтобы не говорить, тяжело дыша, «мама, все в порядке»; как они называют будущих сыновей всякими идиотскими именами слишком чудесные и простые, чтоб оказаться нами.

    как красивые и не мы в первый раз целуют друг друга в мочки, несмелы, робки как они подпевают радио, стоя в пробке как несут хоронить кота в обувной коробке как холодную куклу, в тряпке как на юге у них звонит, а они не снимают трубки, чтобы не говорить, тяжело дыша, «мама, все в порядке»; как они называют будущих сыновей всякими идиотскими именами слишком чудесные и простые, чтоб оказаться нами.
13. «

    Братья силятся в опечатках Разглядеть имена зазноб – Я влюбляюсь без отпечатков Пальцев. Правда, с контрольным в лоб.

    Братья силятся в опечатках Разглядеть имена зазноб – Я влюбляюсь без отпечатков Пальцев. Правда, с контрольным в лоб.
14. «

    Хвалю тебя, говорит, родная, за быстрый ум и весёлый нрав. За то, что ни разу не помянула, где был неправ. За то, что все люди груз, а ты антиграв. Что Бог живет в тебе, и пускай пребывает здрав.

    Хвалю тебя, говорит, родная, за быстрый ум и весёлый нрав. За то, что ни разу не помянула, где был неправ. За то, что все люди груз, а ты антиграв. Что Бог живет в тебе, и пускай пребывает здрав.
15. «

    Что ни фраза, то пулемётным речитативом, и что ни пауза, то болото или овраг. Разве враг я тебе, чтобы мне в лицо, да слезоточивым. Я ведь тебе не враг.

    Что ни фраза, то пулемётным речитативом, и что ни пауза, то болото или овраг. Разве враг я тебе, чтобы мне в лицо, да слезоточивым. Я ведь тебе не враг.
16. «

    Из лета как из котла протекла, пробилась из-под завала. А тут все палят дотла, и колокола. Сначала не помнишь, когда дома последний раз ночевала, Потом – когда дома просто была. Однако кроме твоих корабля и бала Есть еще другие дела. Есть мама – на корвалоле, но злиться в силе, От старости не загнувшись, но огребя. Душа есть, с большим пробегом – её носили Еще десятки других тебя, Да и в тебе ей сидеть осталось не так уж долго, Уже отмотала срока примерно треть, Бог стиснул, чревовещает ей – да без толку, Самой смешно на себя смотреть. Дурацкая, глаз на скотче, живот на вате, Полдня собирать детали, чтоб встать с кровати, Чтоб Он тебя, с миллиардом других сирот, Стерег, муштровал и строил, как в интернате. Но как-нибудь пожалеет И заберёт.

    Из лета как из котла протекла, пробилась из-под завала. А тут все палят дотла, и колокола. Сначала не помнишь, когда дома последний раз ночевала, Потом – когда дома просто была. Однако кроме твоих корабля и бала Есть еще другие дела. Есть мама – на корвалоле, но злиться в силе, От старости не загнувшись, но огребя. Душа есть, с большим пробегом – её носили Еще десятки других тебя, Да и в тебе ей сидеть осталось не так уж долго, Уже отмотала срока примерно треть, Бог стиснул, чревовещает ей – да без толку, Самой смешно на себя смотреть. Дурацкая, глаз на скотче, живот на вате, Полдня собирать детали, чтоб встать с кровати, Чтоб Он тебя, с миллиардом других сирот, Стерег, муштровал и строил, как в интернате. Но как-нибудь пожалеет И заберёт.
17. «

    Я много езжу и наедаюсь молчаньем досыта. Мне нравится быть вне адреса и вне доступа.

    Я много езжу и наедаюсь молчаньем досыта. Мне нравится быть вне адреса и вне доступа.
18. «

    Все ответы на все вопросы лежат внутри тебя...

    Все ответы на все вопросы лежат внутри тебя...
19. «

    А воздух его парфюма, пота и табака Да старой заварки — стал нестерпимо вкусным. Вдохнуть бы побольше, стать бы турбонаддувным.

    А воздух его парфюма, пота и табака Да старой заварки — стал нестерпимо вкусным. Вдохнуть бы побольше, стать бы турбонаддувным.
20. «

    Это новый какой-то уровень, левел раунд: белым-бело.. Эй, а делать-то что? Слова собирать из льдин? Мы истошно-живые!... Слышишь? Смотри в табло, На нём циферки: Пять, Четыре, Три, Два, Один...

    Это новый какой-то уровень, левел раунд: белым-бело.. Эй, а делать-то что? Слова собирать из льдин? Мы истошно-живые!... Слышишь? Смотри в табло, На нём циферки: Пять, Четыре, Три, Два, Один...